Я тебя нагадала - Татьяна Ма

кафе с той же Викой, на такси. Для таких расходов у Сони была отдельная карта, а вот та, с которой совершались большие покупки или приобретение продуктов, была оформлена на имя Вадима. Нельзя сказать, чтобы он следил за всеми тратами с этой карты, но раз в квартал сверял счета. А однажды, обнаружив, что Соня купила очень дорогой наряд, даже отчитал ее.

— Ты же сам сказал купить что-нибудь дизайнерское, — растерянно пробормотала Соня.

Они собирались на корпоратив компании, в которой работал Вадим, и он сказал:

— Моя жена должна затмить всех, поэтому приобрети что-нибудь элегантное и дорогое. Там такие люди будут, сразу заметят, если платье сшито для массового потребителя.

Себе Вадим по такому случаю заказал костюм, пошитый индивидуально, по снятым с него меркам.

А в результате Соня оказалась виноватой: потратила слишком много денег на какую-то «тряпку». Теперь-то, по прошествии времени, когда у Сони потихоньку открывались на все глаза, она понимала: что бы она ни купила тогда, Вадим все равно не одобрил бы.

Вот и получалось, что в чем-то Вадим прав: Соня так доверяла ему, что не заметила, как стала полностью от него зависеть. Она ведь представления не имела о материальном положении их с Вадимом семьи, и только когда дело дошло до развода, узнала: за годы брака Вадим купил не только квартиру, где они жили, но и еще одну — в одном из лучших районов столицы, а также приобрел большой участок земли. Вадим ей про эту землю заикался. Мол, было бы здорово иметь небольшой загородный дом. Но он ведь не сказал Соне, что в результате землю купил.

Вздохнув, Соня провела ладонью по лбу. От мыслей о прошлом, о своей такой слепой доверчивости и даже глупости сделалось тошно. Не зря, видимо, Вадим считал ее никчемной. Она ведь правда самовольно позволила ему поселить себя в этакий мыльный пузырь. Удивительно, как еще у нее хватило сил взять иголку и пузырь этот проколоть.

Поразмыслив, Соня поняла, что единственный выход, если уж она правда собралась начинать свое дело, — это продать квартиру и переехать на съемное жилье. Мысль эта даже самой Соне не очень нравилась, а потому она еще долго крутила ее в голове, переворачивала и так, и эдак, обсасывала со всех сторон. И нашла-таки хорошее решение.

Вечером, когда Вика вернулась с работы, Соня сказала:

— Знаешь, я надумала продавать квартиру.

— Сонь, это неразумно, — тут же попыталась переубедить ее подруга.

— Разумно. Вот посмотри, московскую квартиру продам, а куплю однушку в нашем родном Сергиевом Посаде.

— Ну кто продает квартиру в Москве, чтобы купить квартиру в Посаде? — закатила глаза Вика.

— Я продаю. Не хочу я быть при московской квартире, но работать уборщицей. Я все-таки хочу попробовать встать на ноги, а для этого мне нужны деньги. Влезать в кредиты не вижу смысла. Вот, я все прикинула, — она пододвинула к подруге лист, испещренный расчетами, — московскую трешку продам, в Посаде куплю однушку или студию, и у меня еще останется достаточно денег, чтобы открыть свое дело и прожить на них до того, как кофейня начнет работать. Я бы, может, и не покупала даже, а сняла…

— Ну уж нет! Бомжом чтобы стать? — вспылила Вика. — Давай-ка мне свои расчеты. Я найду тебе хорошего риэлтора. Посмотрим, все ли так радужно будет на деле, как ты тут написала.

Глава 10

Пока искали благонадежного риэлтора, который бы помог выгодно продать квартиру, Вика без устали продолжала убеждать Соню, что она совершает ошибку, собираясь вернуться в Сергиев Посад.

— Сонь, в Москве все же больше перспектив. Тут сколько народу живет? А сколько приезжает? Если открыть кафе в хорошем месте, то ты озолотишься.

— А я не хочу обогащаться и потом чахнуть над златом, как Крез, — упрямо возражала Соня.

— Над златом чах Кащей, а не Крез, — покачала головой Вика.

— Да хоть Мидас — не важно! Как ты не понимаешь, Вик, то, о чем ты думаешь, во-первых, практически не осуществимо, а во-вторых, несет больше рисков.

— Почему это?

— Да потому что, чтобы открыть свое кафе, мне нужны деньги. А где мне их взять? — рассуждала Соня. — Найти я их могу только продав квартиру. Но ведь, как ты правильно заметила на днях, мне нужно где-то жить. Снимать — не вариант.

— Живи у меня, — тут же предложила Вика.

— Нет, я и так уже слишком долго пользуюсь твоим гостеприимством. И к тому же, я не хочу ни от кого зависеть, как ты не понимаешь?

— Я понимаю, но…

— Нет никаких «но», — нетерпеливо перебила подругу Соня. — Я не хочу озолотиться, а мечтаю создать уютное, даже ламповое место, которое бы приносило достаточно денег, чтобы мне хватало на жизнь. И знаешь, как говорят? Дома и стены помогают. Поэтому я сделаю так, как задумала. — Она так уверенно это произнесла, что сама себе удивилась.

— Надо же, сколько решительности, — шокировано заметила Вика. — Ладно, делай как знаешь. Главное, потом не жалуйся.

Соня не признавалась подруге, но ее уже порядком тошнило от столицы и ее суматошного темпа жизни. Она никогда не чувствовала себя здесь комфортно. Может, оттого что все эти годы, пока была замужем за Вадимом, прожила замкнуто. Да, были рестораны, салоны красоты, магазины и красивая одежда, но это так и не заставило Соню почувствовать себя москвичкой. Новыми друзьями она так и не обзавелась. И сейчас, когда она постепенно начала отходить от брака, пришло понимание, под каким агрессивным влиянием мужа и его семьи жила, так и не приняв за все время ни одного самостоятельного решения. Соня вдруг осознала, что если она послушает Вику и останется в Москве, то окончательно потеряет себя. Этого Соня не хотела. Наоборот, она мечтала стряхнуть с себя прошлое, прилипшую к ней столичную пыль с налетом пафоса и гламура и наконец обрести себя. И было еще кое-что, в чем она даже самой себе признаваться не хотела: она боялась новых встреч с Вадимом. Боялась, прознай он, где и что она открывает, будет приходить, смеяться над ней, говорить гадости, еще как-то вредить. Нет! Вон, вон из Москвы! Она уже по горло сыта и столицей, и бывшим мужем, который мерещился ей на каждом шагу.

— Все в столицу, а ты из столицы, — ворчала Вика.

— Ну и пусть.

— Посад — слишком маленький город, чтобы строить грандиозные планы, Сонь.

— В том-то и дело, что я не строю грандиозных планов. Мои — вполне себе приземленные. К тому же ты прекрасно знаешь,