Унылая соблазнительница - Картер Браун

– Интересная теория, – пробормотала она. – Будь у Венеры Милосской руки, любопытно, стала бы она придерживать ими подол?

– У меня вдруг появилось страстное деловое желание поскорее поехать к вам на квартиру, – признался я. – Машина ждет нас, пойдем!

Мы уже уходили, когда я увидел знакомую черную униформу, с трудом пробивающуюся сквозь толпу с полным подносом пустых стаканов. Я заметил, как двое перебравших парней преградили Тине дорогу. Один из них встал впереди, не давая ей пройти, второй подкрался сзади и неожиданно схватил ее за талию. Он поднял ее в воздух, поднос закачался и с грохотом полетел на землю. Тина отчаянно сопротивлялась, задевая иногда каблуками его голени.

– Эй! – проговорил стоявший впереди малый, еле ворочая языком. – Эта девчонка – просто милашка!

– Точно, классная куколка! – ответил второй, все еще держа извивающуюся Тину за талию в воздухе.

– Готов поспорить, что у нее под черной униформой ничего нет?

– Конечно, давай проверим, ставлю пятьдесят.

Как Тина ни сопротивлялась, она не смогла воспрепятствовать им задрать ее юбку так, что стали видны нежно-розовые трусики.

– Я выиграл! – в восторге выкрикнул парень, неожиданно отпуская ее.

Тина упала на землю, беспомощно дрыгая ногами.

Я подбежал, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке, и едва не получил ногой по физиономии.

– Эй! – схватил я ее за лодыжку. – Это же я, Дэнни Бойд, глупышка.

Я держал ее щиколотку, а свет прожекторов безжалостно высвечивал каждый сантиметр ее округлой очаровательной ножки, и тут я увидел скопление мелких точек от уколов чуть выше чулка на внутренней стороне бедра. От неожиданности я отпустил ее ногу. Тина наконец приняла сидячее положение и повернулась ко мне с пурпурным от гнева лицом.

– Ишь, герой выискался! – выкрикнула она в бешенстве.

– Сейчас я покажу, какой я герой, – сказал я небрежно.

Малый, выигравший спор, стоял, слегка покачиваясь, с блаженным выражением лица, пока его соперник отсчитывал пятьдесят проигранных долларов. Я подошел к ним и стал рядом, спокойно наблюдая, пока все деньги не были отсчитаны.

– Ну-с, приятели, – сочувственно сказал я им, – вам не повезло, что я здесь. Почему бы вам не прилечь отдохнуть после таких усилий?

– Я не устал, – решительно произнес победитель.

– Я тоже, – проворчал его соперник. Он долго смотрел на меня, стараясь сосредоточить свой взгляд, что ему, впрочем, плохо удавалось, затем тупо взглянул на приятеля. – Кто эта задница?

– Зовите меня просто сном, ребятки, – сказал я радостным голосом, затем отступил на шаг, схватил их за шеи и со всей силы столкнул лбами. Послышался тупой стук, я отпустил их, и они неуклюже распластались на траве. Потребовалось немало усилий, чтобы разжать пальцы победителя и вытащить из них деньги.

Тина и Доун Деймон стояли рядом и наблюдали за мной с одинаково напряженным выражением на лицах, когда я шел к ним.

– Вот такой я герой! – сказал я с покровительственной улыбкой.

– Ты знал, что это не опасно, – презрительно усмехнулась Тина. – Они до того набрались, что не могли даже смотреть прямо.

– Они хотели, чтобы ты получила компенсацию за ту неловкость, которую, должно быть, испытывала, – ответил я сдержанно. – Давай руку.

Догадавшись, о чем идет речь, Тина послушно протянула руку, ее глаза жадно загорелись. Я принялся отсчитывать пятерки, вкладывая их по одной в ее маленькую горячую ручку.

– Тридцать, тридцать пять, сорок! – Я улыбался, показывая довольство отлично выполненной работой.

– Ну спасибо! Ты лучше всех, Дэнни. Это правда! Эй! – Смутное подозрение вдруг мелькнуло на ее личике. – А как же еще десять?

– Мой гонорар.

– Что твой?

– Думаешь, я работаю задаром? – спросил я ледяным тоном. – Я и так взял с тебя по минимуму, как с лучшего друга.

Глава 7

Сидя в автомобиле вместе с Доун Деймон, я почувствовал себя в непривычно мирной и спокойной обстановке после дикого бедлама у Гаса Терри. Она сидела рядом со мной, и легкий бриз отбрасывал назад ее волосы, рот был полуоткрыт – казалось, езда доставляет ей удовольствие. Я достал сигареты из пачки в верхнем кармане и прикурил от зажигалки на приборной доске.

– Вы бываете на всех приемах у Гаса? – спросил я от нечего делать.

– Не на всех. Была, наверное, на четырех-пяти – никогда не считаю количество такого рода вечеринок.

– Вы актриса на телевидении?

Она печально улыбнулась:

– Мне хотелось бы ею быть. Я снималась в рекламе в этом году. По крайней мере, это хороший опыт.

– Вы явно не нуждаетесь в деньгах, – заметил я, – если в состоянии покупать уникальные костюмы у Аннет.

Легкая улыбка исчезла с ее лица, и я почувствовал, как она вся напряглась.

– Почему бы нам не сменить тему и не поговорить о вас? – равнодушно предложила она. – У вас, наверное, очень беспокойная жизнь, мистер Бойд?

– Дэнни, – поправил я. – Думаю, что лучше сразу называть друг друга по имени, чтобы избежать потом излишней неловкости, если вдруг решим лечь вместе в постель.

– Полагаю, что вторая по высоте вещь в Нью-Йорке после твоего «я» – Эмпайр-стейт-билдинг, – перейдя на «ты», все так же равнодушно заметила она.

– Не волнуйся, крошка, – успокоил ее я. – Даже если мы и ляжем с тобой в постель, совсем не обязательно для этого становиться друзьями. Огрызайся сколько угодно, меня это нисколько не раздражает, – возможно, я даже получу больше удовольствия. Подумай об этом, самое время сейчас привести мысли в порядок.

Ее губы сложились в твердую прямую линию.

– Ты самый грубый, самый вульгарный и самодовольный петух, какого я только имела несчастье встретить в жизни! – со страстным негодованием проговорила она.

– Ну а ты квохчешь, как несушка, – парировал я. – Хотелось бы думать, что это обаяние моей личности и мой греческий профиль вызывают такую реакцию.

– Ты, видно, растерял последние остатки своего тупого разума, если вообразил такое.

– Я так и думал, – согласился я. – Далеко нам еще?

Она смотрела через ветровое стекло прямо.

– Еще одну милю, потом повернешь налево на Крествью, я живу в середине четвертого квартала.

До самого дома она не проронила больше ни слова, и оставшиеся пять минут показались мне вечностью. Я остановил машину где-то посреди квартала, а она выскочила из нее, будто испугавшись, что я тут же начну к ней приставать, раз уж у меня обе руки свободны. Я не стал объяснять ей, что моя техника требует гораздо больше свободного пространства, чем переднее сиденье автомобиля, – подумав, что вскоре она сможет убедиться в этом.

Она жила в одном из безобразных калифорнийских трехэтажных домов, по стенам с облупившейся ярко-голубой краской которых взбирается гибискус. Мы поднялись на верхний этаж, она остановилась и несколько секунд шарила в сумочке, отыскивая ключ. Наконец выудила его и протянула мне.

– Что это? – проворчал я.

– Ключ от двери, – с досадой проговорила она, – вставь его в замочную скважину, поверни – дверка и откроется.

– Это что-то новенькое. – Я несколько оторопел и вернул ей ключ. – Покажи мне, как это делается?

Она нерешительно повертела ключ в руке, ее белый свитер приподнимался от дыхания чаще и выше обычного; будь я шибко ученым частным детективом, то непременно измерил бы объем ее груди, чтобы удостовериться.

– У Гаса Терри тебе казалось, будто за тобой кто-то следит, – тихо проговорил я. – Сейчас ты испытываешь такое же чувство?

– Нет! – вскрикнула она на пол-октавы выше обычного. – Нет, все прошло. – Она облизнула губы, взглянув на меня, и быстро отодвинулась в сторону.

– Это нервирует меня, и я ничего не могу с собой поделать. – Я потер рукой затылок. – Час от часу не легче. Открывай дверь, дорогая, и давай наконец войдем в твою квартиру.

– Да, конечно. – Она снова облизнула губы, и ключ издал резкий царапающий звук, когда она вставляла его в замок. – Это ты меня нервируешь! – Она медленно повернула ключ и снова замерла в нерешительности.

– Ты позволишь мне войти первым? – вежливо спросил я.

– Ты так хочешь? – Она посмотрела на меня с явным облегчением.

– Нет, – ответил я, недобро усмехнувшись. – Спросил из чистого любопытства.

Как только она снова повернулась к двери, я вытащил свой «кольт». Она распрямила плечи, а я, наблюдая за ней, позавидовал ее наставнику по актерскому мастерству. Наконец она сделала последнее из того, чего я от нее ожидал, – широко открыла дверь и вошла в квартиру. Препираться было некогда – я навалился на нее сзади, и мы оба тяжело рухнули на пол. Негромкий отрывистый звук – будто вылетела пробка из аккуратно открываемой бутылки шампанского – донесся откуда-то из глубины комнаты. Я оттолкнул рыжеволосую и стремительно перекатился по комнате, пока больно не стукнулся головой о ножку стола.

Замолчавший было пистолет заговорил снова, совсем близко от меня прошелестели разлетающиеся щепки – должно быть, пуля попала в стол.