Коварная соперница - Сильвия Торп

Некоторое время разбойник внимательно вглядывался в его лицо.

— Карты, капитан? — поинтересовался он.

— И карты тоже, — засмеялся Адриан. — Ну что? Берешь меня в подмастерья?

— Почту за честь, сэр, — согласился, наконец, Джерими. — Дайте мне пару дней, капитан, а потом приезжайте снова. А пока расскажите Джейфету и Полли, что вы надумали. Они должны знать, если вы правда хотите здесь остаться.

— А могу я не посвящать их в это?

Джерими хмыкнул.

— Я живу здесь один иногда неделями, в полном одиночестве. А их гостиница — настоящая кроличья нора, если знаешь их секреты, и нет никаких слуг, которые суют нос не в свои дела. Все держится в семье, понятно? Девчонки помогают Полли на кухне, Джейфет и Рубен и ее два парня делают все остальное. Все, что вам нужно, — придумать какую-нибудь правдоподобную историйку, почему вы здесь остаетесь. Потому как в таких местах такие джентльмены долго не задерживаются.

— Предоставь это мне, — сказал Адриан, вставая и протягивая ему руку. — Значит, встретимся через два дня.

Довольный результатами поездки, он вернулся в гостиницу и нашел Кристину в гостиной. Она сидела за столом с грудой бумаг и ручкой в руке. Когда он вошел, она быстро подняла голову.

— Видите, я вняла вашему совету, — сказала она после того, как они поздоровались, — и делаю копии с бумаг отца.

Адриан оперся руками о стул, придвинутый к столу, посмотрел на нее и улыбнулся:

— Как я понял, вы намерены проконсультироваться у Вальтера Келсби?

— Да, завтра Диккон отвезет меня в Мальборо на двуколке. Так что я должна закончить копировать эти документы сегодня.

Дикконом звали младшего сына Барнби, парня лет пятнадцати.

— Вы же не собираетесь ехать одна? — обеспокоенно спросил Адриан.

— Со мной поедет Стивен — мама чувствует себя сегодня слишком плохо.

Адриан подозревал: недомогания миссис Вестлейк вызваны страхом, что ей придется помогать Кристине в ее заботах, но он промолчал и только вежливо выразил надежду, что она скоро будет здорова. Кристина ничего не ответила на это, но, посмотрев на ручку у нее в руке, спросила:

— Капитан Клер, вы видели вчера моего дядю?

— Да. — Адриан на мгновение замолчал, вспоминая комнату с зажженными свечами и зловещую фигуру Маркуса Вестлейка в дверях. Ему будет трудно объективно описать этого человека — необходимо преодолеть инстинктивную неприязнь по отношению к мужу Элен, иначе описание не будет точным.

Кристина с замиранием сердца смотрела на него. Адриан сел и со всей беспристрастностью, на которую был способен, описал встречу с Вестлейком и свои впечатления об этом человеке. Она слушала не перебивая, пока он не сказал: ему показалось, что ее дядю гнетет какая-то тяжесть, и тут она негодующе проговорила:

— Это совесть, не иначе! Если у кого и есть причины раскаиваться, так это у него!

У Адриана сложилось впечатление, что раскаяние неведомо Маркусу Вестлейку, но он промолчал и вместо этого сказал:

— Я видел портрет вашего отца в «Кумб Ройал». Вы очень на него похожи.

Кристина покраснела от удовольствия, но, когда она заговорила, ее голос все еще был полон возмущения:

— Неужели у моего дяди нет ни капли стыда? Как он может жить, видя постоянное напоминание о своем брате, которого он оговорил и ограбил?

— Что до портрета, то я думаю, в этом повинна миссис Вестлейк. — Адриан старался говорить бесстрастно. — Портрет висит в ее будуаре. У нее есть еще и миниатюра с портретом Эдмунда Вестлейка.

Глаза Кристины загорелись.

— О, благослови ее Бог за это! У нее, должно быть, доброе сердце, — она ведь не знает всей правды и все же не верит в виновность моего отца, иначе не повесила бы его портрет в своей комнате.

Адриан ничего не сказал, но с удивлением ощутил в себе совершенно противоположные чувства. Каким-то образом теплые чувства Кристины усилили непонятную тень сомнения, закравшуюся в его душу со вчерашнего вечера. Он уловил насмешку в голосе Элен, когда она говорила о смерти братьев мужа, и знал: какие бы причины ни побудили ее поместить их портреты на почетное место, это было вызвано отнюдь не добротой. Элен была манящей, сводящей с ума, желанной, но не доброй.

— По крайней мере, у них нет детей! — ворвался в его мысли голос Кристины. — И я благодарна Богу за это! Будь у них дети, я не смогла бы заявить о своих правах даже ради своего отца.

От необходимости отвечать на эти слова его спасла Рут, младшая из дочерей Барнби, которая вошла в комнату с письмом в руке. Она сказала, что его принес слуга из «Кумб Ройал», сейчас он на кухне и ждет ответа. Адриан распечатал конверт и нашел там официальное, написанное знакомым почерком Элен приглашение отобедать завтра с ней и ее мужем.

— Извините меня, я должен дать ответ, — сказал Адриан Кристине и быстро вышел из комнаты.

Рут последовала за ним, а мисс Вестлейк вздохнула, взяла ручку и снова обратилась к прерванному занятию, показавшемуся ей еще более скучным, чем прежде.

На следующее утро Диккон вывез двуколку из ворот гостиницы, его старший брат, Клем, вел под уздцы лошадь Энкрофта, и через несколько минут эта небольшая компания отправилась в Мальборо. Когда они миновали пруд с утками и выехали на дорогу, Кристина обернулась назад, но если она надеялась хоть мельком увидеть высокую, элегантную фигуру капитана Клера, то она смотрела напрасно.

Путешествие проходило без происшествий, если не считать мелких неприятностей, вызванных плачевным состоянием дорог, но Кристина все равно была очень рада, когда они, наконец, добрались до города. Оставив Диккона с двуколкой в одной из скромных гостиниц, они со Стивеном пешком направились к тихому старому дому, где жил мистер Бочамп и где Вальтер Келсби все еще вел его дела.

Молодой клерк, встретивший их, был откровенно смущен их бедным видом, и имя Вестлейк, которое торжественно назвал мистер Энкрофт, вызвало у него лишь недоверчивый взгляд. Стивен растерялся, но, прежде чем он успел заговорить снова, Кристина успокаивающе притронулась к его руке и твердо сказала:

— Пожалуйста, будьте так любезны и сообщите мистеру Келсби, что дочь Годфри Вестлейка желает поговорить с ним.

Спокойное достоинство ее речи не преминуло вызвать нужный эффект, и юнец, неловко указав ей на стул, исчез за дверью в дальнем конце комнаты. Через несколько минут он вернулся в сопровождении пожилого человека в порыжевшем от времени черном костюме, с узкими, сутулыми плечами и гривой седых волос. Почтенный человек быстро подошел к Кристине и, уставившись на нее сквозь очки, воскликнул: «Господи благослови!» Затем он повернулся к своему молодому коллеге и распорядился немедленно доложить мистеру Келсби, что его желает видеть мисс Вестлейк.