Сабина изгоняет демонов - Галина Куликова

– Но я тебя не простила! – обжигающим тоном сказала она, глядя Тверитинову в переносицу. – И никогда не прощу! Так что можешь катиться к своей Пальваль!

– Ах, так?! – Сергей, который до сих пор казался спокойным, как профессиональный игрок в покер, неожиданно вскипел и сжал кулаки. – Ну и ладно! Сиди одна и наслаждайся своей обидой!

– Ну и буду! – крикнула Сабина ему в спину. Тверитинов уже открывал стеклянную дверь, собираясь уйти тем же путем, которым пришел. – И одна я уж точно не останусь!

– Тогда найди себе кого-нибудь верного и преданного, который гавкает на всех женщин и только тебе одной лижет пятки и приносит тапочки!

– И найду! – заявила Сабина, глядя ему вслед.

Тверитинов сбежал по загудевшим металлическим ступеням и теперь уходил прочь, шагая быстро и размашисто. Его спина казалась каменной. «Если его окликнуть, он не обернется», – поняла Сабина. Ей тоже захотелось завыть, как Виктору.

Впрочем, как только Тверитинов хлопнул дверью, собака неожиданно замолчала, повалилась на задницу и начала с остервенением выкусывать хвост.

– Что, привидения разбежались? – спросила Сабина, чувствуя, как две горячие слезы сползают вдоль носа. – Я знаю, знаю… Тверитинов невыносим! Его даже нечистая сила не переваривает.

Собака подняла голову и сочно гавкнула. Потом внезапно соскочила с дивана, подбежала к полуоткрытой двери, ведущей в коридор, и оглянулась на Сабину.

– Что? – спросила та, уже откровенно хлюпнув носом. – Тоже хочешь смыться? Ну, иди, кто тебя держит?

Собака гавкнула еще раз, как показалось Сабине, укоризненно.

– Ты меня куда-то зовешь? – догадалась та и еще раз посмотрела в окно. Спина Тверитинова исчезла бесследно. Без нее заводской пейзаж казался отвратительно блеклым и угрюмым. – Так и быть, пойдем. Все равно мой рабочий день давно закончился. А дома меня никто не ждет.

Вырвавшись в коридор, собака Виктор понеслась вперед воздушной рысью. Ее грязно-белый хвост развевался, как плюмаж на шлеме бравого воина. Когда она чувствовала, что Сабина отстает, то останавливалась и нетерпеливо оглядывалась. Глотая слезы, Сабина следовала за ней по коридору, потом вышла на улицу и через газон, заросший грязной кашкой, потрусила к забору.

– Что у тебя тут такое? – не переставала приговаривать она. Утерла слезы и подставила лицо ветерку. – Что ты задумала?

Собака привела ее к забору, отделявшему «Рекордсменку» от территории соседнего предприятия. И тут же бросилась к большой куче рыхлой земли. Принялась усердно раскапывать ее передними лапами, поглядывая на Сабину влажными карими глазами.

– Витя, что там? – испуганно спросила та. – Надеюсь, не труп? Учти: если сейчас из земли покажется окостеневшая рука, я упаду в обморок или с визгом побегу к воротам. Так что будь готова!

Холодок страха действительно пробежал по ее спине. Однако трупа в земле не оказалось. Вместо него на свет божий появилась какая-то грязная штука с серебряной бляшкой, тускло блеснувшей в приглушенном свете летних сумерек.

– Да ведь это ошейник! – воскликнула Сабина, когда собака радостно подбежала к ней, держа свою находку в зубах. – Он твой? Ты, оказывается, домашняя! Ну-ка, ну-ка…

Псина безропотно отдала ошейник Сабине. Та нетерпеливо потерла бляшку указательным пальцем. На ней проступила выгравированная надпись: «Вата хочет к хозяину». Дальше шел номер мобильного телефона.

– Вата! – воскликнула пораженная до глубины души Сабина. – Тебя зовут Вата?! Ну и фантазия у людей…

Услышав свое настоящее имя, псина зашлась радостным лаем. Она стала подпрыгивать и вертеться на месте, трясти головой и выражать свои бурные эмоции затейливыми подскоками.

– А я-то издевалась над Звонаревым за то, что он назвал тебя Виктором. Видно, твой настоящий хозяин недалеко от него ушел. Так-так… Сейчас мы вернемся в приемную и ему позвоним!

Кажется, собака Вата отлично понимала, что происходит. Она радостно потрусила за Сабиной. Хвост ее вращался, как пропеллер. Неожиданно Сабина почувствовала, что на нее кто-то смотрит. Повернула голову и увидела, что неподалеку на подъездной дорожке стоит один из охранников и внимательно наблюдает за ее перемещениями. Когда его заметили, он крикнул:

– А чего это вы там, в мусоре копались, что ли?

– В каком таком мусоре? – удивилась Сабина. – Я с собачкой играла. Нету там никакого мусора.

– Нет, есть, – уперся охранник. – Какой-то придурок сегодня утром вывалил туда офисный контейнер. Мусорка, вишь ли, вовремя не приехала… Так начальник отдела кадров лично головомойку уборщикам устроил. Велел все заново в мешки собрать, а что останется – немедленно закопать. Они честно закопали! А вы там раскапывали. Чего-то нашли? Чего-то интересное?

– Собачий ошейник.

Чтобы подтвердить свои слова, она потрясла в воздухе грязным ошейником.

– Тю… Находка, тоже мне, – охранник невежливо сплюнул на асфальт и вразвалочку отправился обратно к своей будке. Изнуряющая скука, владевшая им, казалась почти осязаемой.

Сабина тем временем изнывала от нетерпения. Добравшись до телефона, она немедленно набрала номер, указанный на ошейнике. Вата с надеждой смотрела на нее. Номер не отвечал. Сабина попробовала раз, другой, – бесполезно.

– Вот так облом, – обескураженно проговорила она. – Надеюсь, с твоим хозяином все в порядке.

Представив, что хозяин умер или попал в больницу, Сабина ужасно расстроилась. Находиться в неведении было выше ее сил.

– Значит, поступим следующим образом, – вслух сказала она, обращаясь к Вате. – Я заберу тебя домой и буду весь вечер дозваниваться до твоего хозяина. Ведь если я дозвонюсь, ему наверняка захочется забрать тебя сразу же. Конечно, ты не слишком чистая, и у тебя, как пить дать, есть блохи… Но ради собачьего счастья я это как-нибудь переживу. Кроме того, ты отвлечешь меня от всяких невеселых мыслей…

Не думать о Тверитинове было невозможно! Сабину до сих пор лихорадило, щеки горели так, будто их натерли снегом, руки тряслись, перед глазами стоял адреналиновый туман. Нет, но как долго он медлил, прежде чем явиться во второй раз! Она-то думала, он станет валяться у нее в ногах! А он, видите ли, считает, что она преувеличила. В отношении соперниц женщины никогда ничего не преувеличивают – они предвосхищают! Впрочем, откуда ему об этом знать?

Вата охотно и даже радостно запрыгнула на заднее сиденье машины и улеглась там, высунув трепещущий язык. Кончик языка был загнут вверх, точно псина собиралась свернуть его рулетом. Сабина завела мотор, но прежде, чем тронуться в путь, еще раз позвонила по номеру, указанному на ошейнике. Ей снова никто не ответил.

– А что, если нам самим попытаться узнать, кто он такой, твой хозяин? – вслух спросила она и постучала мобильником по ладони. – Знаю! Надо обратиться к Димасу.

Димас, или Дима Трухин, был другом Сабининого детства. Официально он числился инженером связи и спецтехники в какой-то мутной фирме, название которой он если и озвучивал, то исключительно «аббревиатурно». Считалось, что по части добывания информации из Сети ему нет равных. Уж узнать фамилию и адрес человека по номеру мобильника для него наверняка не проблема. Звонок Трухину был самым простым из того, что можно было сделать в сложившейся ситуации. Уже через минуту Сабина услышала знакомое ворчание.

– Чего тебе надо, Брусницына? – У Трухина был такой ужасный голос, как будто он проглотил наждак.

– Откуда ты знаешь, что мне что-то надо? – удивилась та.

– А ты хоть раз звонила просто так? – вопросом на вопрос ответил Трухин. – Спросить, как я поживаю? Не болит ли у меня поясница и не дергается ли глаз?

– Я и так знаю, что болит и дергается. Ты же сутками сидишь неподвижно и пялишься в монитор. Возможно, ты даже недоедаешь.

– Кстати, Брусницына, привези мне поесть. А если не привезешь, я тебе ничего не скажу.

– А что ты хотел мне сказать? – заинтересовалась Сабина.

– Понятия не имею. То, что ты хотела от меня узнать, не скажу. Я решил, что задаром работать на друзей, знакомых и родственников больше не буду. Всем от меня круглые сутки что-то надо. Вот давайте, платите за беспокойство. За мой титанический труд покупайте мне колбасы, вкручивайте перегоревшие лампочки, мойте посуду.

– Хочешь, я тебе пиццу привезу? – спросила добрая Сабина.

– Хочу, – быстро ответил Трухин. – У меня от запаха пиццы выделяется гормон радости.

– Надеюсь, ты будешь так сильно рад, что найдешь мне человека по номеру телефона.

– Сначала жратва, потом информация, – непререкаемым тоном ответил Трухин. – Домофон в подъезде сломан, так что тебя ничто не должно задержать на пути ко мне. Да, и захвати пару стаканчиков вкусного кофе. Вкусного – это значит не с автозаправочной станции, а из какого-нибудь приличного кафе, ясно?

– Куда уж яснее, – пробормотала Сабина и, отключившись, добавила: – Кстати, я приеду с собакой. Надеюсь, ты не будешь возражать.