Кровавая регата - Сергей Иванович Зверев

кормовой и носовой. Опреснительная машина стала выдавать вполне приличное количество воды, годной для питья. Но на стоянке нужды в ней не было.

Девчонки видели, как работают Сэм и Марк, и наотрез отказывались бездельничать. Они вооружились швабрами, тряпками, ведрами, моющими средствами и придирчиво, чисто по-женски, принялись наводить порядок во внутренних помещениях катамарана, до которых у дяди Володи просто не доходили руки. Внучки сначала путались в морских терминах, потому что их любимый дед наотрез отказывался назвать вещи привычными именами.

– Сегодня у вас кают-компания, девчата, – сказал он им как-то за чашкой утреннего кофе. – Подволок протрите, барашки почистите. Рундук по штирборту пока не трогайте, я сам его разберу. Что еще? Да, всю посуду снесите на камбуз. Что-то я совсем ленивый стал.

После получения таких вот ценных указаний близняшки переглядывались и, поджав губы, неслись за консультацией к друзьям. Причем Вероника всегда обращалась к Марку, а Александра – к Сэму.

Сэм поколдовал с проводкой и протянул провода с мачтового ветрогенератора на гирлянду лампочек, закрепленных на носовом штаге. Теперь по вечерам молодежь собиралась на баке, освещенном слабыми цветными бликами, пила чай, смеялась и болтала до полуночи.

После ужина дядя Володя уходил в рубку, разбирался с картами, прокладывал маршрут гонки. Он копался в компьютере, рассматривал графики пассатов и муссонов, звонил знакомым, пил много кофе и курил.

Однажды он откуда-то с берега позвонил Веронике и сказал, что встретил старого друга. Мол, ужинайте без меня. Марк выслушал это известие, щелкнул пальцами и побежал к Сэму. После короткого совещания тот покинул борт. Дядя Володя категорически запретил парням делать это, но им уже осточертело мерить ногами маленькую палубу. Сэм вернулся через полчаса с большим пластиковым пакетом, явно не пустым. После ужина он вытащил на бак колонку из кают-компании, а Марк торжественно водрузил на стол бутыль, горлышко которой было заткнуто пробкой и залито сургучом.

– Сэм принес! Достал у местных греков. Говорит, что десятилетней выдержки. Так что сегодня будут танцы! Кавалеры приглашают дам!

– Попадет нам, – сказала Вероника, с сожалением поглядывая на бутылку. – На борту сухой закон, дед не пьет в море.

– Так мы еще не в море, – заявил Марк. – Сэм, давай музыку, только негромко.

– Ничего, – сказала Александра. – Повод у нас имеется.

В двенадцатом часу ночи по трапу «Ориона», слегка покачиваясь и напевая «славы нам чужой не надо», поднялся дядя Володя. Молодежь, увлеченная друг другом, не заметила его появления. Сэм учил Александру танцевать сиртаки. Девушка дурачилась, наступала кавалеру на ноги, трепала его шевелюру, восторгалась ее густотой и просила одолжить ей такие замечательные волосы. Сэм крутил головой и сбивался с такта. Вероника держала в руках бокал и внимательно слушала Марка, который увлеченно рассказывал ей о достоинствах спортивной подвески на «Ауди».

Яхт-клуб еще не спал. Где-то играла гитара, светились иллюминаторы в каютах, слышался женский и детский смех. Над черной водой, еле плюхающей мелкими волнами, по всей бухте растекался запах шашлыка. Возле шлагбаума на въезде стояло такси с желтым фонарем. Горела лампочка в домике сторожа.

Александра первая заметила в темноте фигуру деда.

– Все наверх, экипажу на шканцах строиться! – громко и звонко подала команду девушка, отодвинула Сэма в сторону и вытянулась по стойке «смирно».

– Ого! – сказал кто-то басом на соседней яхте, откуда тянуло дымом хорошей сигары, а в кокпите вспыхивал яркий огонек. – Старая школа!

– Так! – Дядя Володя приблизился к столику.

Марк убавил громкость на колонке, поднялся, понуро глядя под ноги. Сейчас начнется!

– Кто первый сказал «ну так что?», пока меня не было?!

– Я сказала, дед. – Вероника, еле видная в мерцающем свете, покачала бокалом, зажатым в руке. – Сегодня день рождения мамы, а ты и забыл, закрутился совсем со своими делами.

– Ах ты, дьявол! А ведь верно! – Дядя Володя потоптался на месте, почесал затылок и посмотрел на стрелки своих часов, светящихся в темноте.

– Ничего страшного, товарищ капитан первого ранга, – сказала Александра. – Она еще не спит, можно позвонить, поздравить.

– Да? – обрадовался дядя Володя. – Хорошо. Я пойду в каюту, позвоню, а вы здесь не очень-то. Поздно уже.

Александра улыбнулась, развернулась к баку и скомандовала:

– Отбой боевой тревоги!

Вероника взмахнула бокалом.

– Эй, на кабестане! Травить якоря до жвака-галса!

На соседней яхте раздался такой хохот, что эхо пошло гулять по всей безветренной бухте.

– Отличный экипаж у тебя, Михалыч! – прогудел бас в темноте.

– Чтоб я сдох на одном из Карибских островов! – пробормотал себе под нос дядя Володя.

Полицейский «уазик» подъехал к белому шлагбауму, преграждавшему въезд в яхт-клуб. Пожилой сторож в будке поставил кружку с чаем на стол, одернул выцветшую тельняшку, натянул на лысину старую лоцманскую фуражку, сунул ноги в шлепанцы и вышел на крыльцо.

Дверь «уазика» открылась, оттуда высунулся человек в форме.

– Ты чего, старый краб, полицию не пускаешь?

– Да погоди ты, Сергей! – заявил сторож. – Я законы знаю. А это кто с тобой? – Он показал на джип, стоявший за «уазиком». – Посторонним не велено!

– А это со мной! – веско сказал участковый. – Открывай уже, Степаныч, у меня времени нет.

Степаныч, что-то бурча под нос, поднял шлагбаум. Обе машины проехали до причала и завернули на небольшую стоянку под обрывом, посыпанную гравием.

Из джипа выбрался крупный бритоголовый мужчина в светлой футболке и синих джинсах. Темные очки скрывали подживающие, уже пожелтевшие синяки под глазами. Он быстро прошелся по стоянке, осмотрел машины, припаркованные там, и вернулся к участковому.

– Ну и что? – спросил Сергей.

– Их машины здесь нет. Давай по причалам пройдемся.

– Давай. – Участковый вздохнул. – Только побыстрей, да? Сейчас сезон, на лодках полно народу, кто к гонкам готовится, кто просто в отпуске с яхтой возится. Если всех опрашивать, то до утра не справимся.

– Никого опрашивать не надо. – Мужчина зло сплюнул под ноги. – Я их сразу узнаю, если они здесь.

Они пошли к первому причалу.

Участковый двигался вдоль лодок, приветствовал их обитателей, интересовался здоровьем, планами на отпуск, спрашивал о наличии посторонних. Люди узнавали Сергея, охотно болтали с ним и обещали в случае чего позвонить. Бритоголовый тип шел вслед за ним.

Возле одной из яхт они задержались.

– А это кто? – Сергей показал на молодого загорелого человека в черной майке и рваных джинсовых шортах, который сидел на доске, закрепленной по краям двумя веревками, спущенными с яхты почти до самой воды, и аккуратно красил борт.

– Это я местного паренька нанял, – ответил невысокий бородатый дядечка, наблюдавший за работой. – Сам-то уже не могу, видишь? – Он пошлепал ладонью по своему объемистому животу.

– Понятно. А так посторонние здесь бывают?

Бородач пожал