Жемчужная маска - Дебора Мей

Приложив небольшие усилия, девушка выкатила из гаража машину и внимательно проверила ее состояние. Хотя, что могло измениться за этот месяц, ведь в тот печальный день они с дедушкой успешно завершили ремонт, и с тех пор Рита лишь один раз воспользовалась машиной. Девушка старательно вытерла пыль с автомобиля, сложила в машину весь необходимый инструмент и привязала к багажнику велосипед. Затем Рита надела дедушкину кепку, темные очки от пыли и, прощаясь, помахала родному дому рукой.

Вскоре она уже неслась по улицам Грейслоу, наслаждаясь быстрой ездой. Встречающиеся на пути лошади нервничали от шума автомобиля, поэтому Рита замедляла ход машины, когда оказывалась рядом с повозкой или экипажем. Ей не хотелось пугать животных. Но лишь только маленький городок остался позади, девушка испустила радостный возглас и прибавила скорость. Автомобиль стремительно пронесся по ухабам. Маленький двигатель весело пыхтел, и Рита чувствовала себя на вершине счастья. Ветер дул в лицо, навевая заманчивые мысли о свободе и независимости, и Рита беззаботно смеялась от радости – впервые за дни ее замужества.

Дни эти, надо сказать, были довольно однообразны и скучны. С мужем Рита встречалась исключительно во время завтрака и ужина.

Уильям всегда старательно интересовался делами своей молодой жены, проявляя почти искреннюю заботу и внимание. Дело в том, что вместе с ними за столом всегда находилась хозяйка их жилья – пожилая миссис Мэри Давс, которая не знала об истинной подоплеке их замужества. Но Рите было очень тяжело притворяться, изображая счастливую супругу преуспевающего молодого человека. Вот почему сейчас, быстро мчась в автомобиле по извилистым, грязным дорогам, она так веселилась. Ведь в эти минуты не приходилось играть придуманную роль.

Очень скоро девушка была дома. Она осторожно въехала в сарай и заглушила мотор. Выбравшись из автомобиля, девушка любовно похлопала его.

– Ну вот, Грейси, – проворковала Рита, использовав уменьшительное название родного города для наименования механического создания, которое она считала своим другом. – Теперь это твой новый дом. Потерпи немножко, я почищу тебя чуть позже.

Тщательно закрыв сарай, девушка пошла в дом, на ходу снимая пальто и очки. Она рассчитывала пройти наверх незамеченной, поскольку вид у нее сейчас был не из лучших: юбка и пальто перепачканы пылью и маслом, лицо чумазое, волосы растрепаны. Но лишь она вошла в холл, как тут же столкнулась лицом к лицу со своим мужем и двумя незнакомыми мужчинами.

Уильям посмотрел на нее так, как будто не узнал, даже нет, еще хуже – словно не захотел узнавать ее! Его серые глаза потемнели от негодования, и, глубоко вздохнув, он сухо произнес:

– Рита, познакомься с двумя моими коллегами. Это – Кевин Рэдде и Томас Стоун. Джентльмены, разрешите вам представить мою супругу Риту.

– Добрый день, рада с вами познакомиться, – сказала Рита, вежливо улыбаясь, и, слегка помедлив, протянула грязную руку, которую гости пожали с плохо скрываемой брезгливостью. – Извините за мой внешний вид. Я только что привела автомобиль из Грейслоу. Провозилась с ним целое утро.

– Вы сами водите автомобиль, миссис Мэдокс? – удивленно спросил один из мужчин.

– Да, – гордо ответила она. – Этому меня научил дедушка.

Гости озадаченно смотрели на Уильяма.

– Если вы позволите, я приведу себя в порядок, – вежливо извинилась Рита.

– Да, пожалуйста, сделай это, – обреченно согласился Уильям, не в силах произнести больше ни слова.

В расстроенных чувствах Рита стала подниматься по лестнице, с отчаянием представляя, насколько шокировала гостей.

– …нельзя позволять своей жене водить это новомодное устройство, – услышала она голос одного из мужчин, когда уже была вверху лестницы. – Что люди скажут?

Смущение тут же уступило место негодованию. «Мужчины! – со злостью подумала Рита. – Если женщина снимает свой фартук и делает что-нибудь более разумное, это сражает их наповал. А сами не способны на решительные поступки».

Едва она успела умыться, как в комнату с шумом ворвался ее супруг. Резко закрыв за собой дверь, он сурово заявил:

– Я не позволю тебе ездить на машине по городу.

– Потому что это не нравится твоим друзьям? – фыркнула девушка.

– Потому что это опасно, – возразил он. – Не смей ездить на автомобиле одна.

– Я буду делать то, что мне хочется, – огрызнулась она. – Я не твоя рабыня… и не твоя собственность.

– Ты – моя жена, и я отвечаю за тебя. Эта машина смертельно опасна!

– Не более, чем лошадь! А мнение твоих знакомых не имеет для меня никакого значения.

– Я забочусь о тебе, а не об их мнении, – раздраженно заметил он.

Сердце Риты екнуло.

– Неужели?

– Я не собираюсь это обсуждать, – добавил он уже более спокойно. – Ты должна твердо уяснить, что твое положение в обществе сейчас намного выше, нежели было раньше. И для соблюдения внешних приличий ты должна хотя бы немного изменить свое поведение.

Рита почувствовала обиду и боль. Да, чудесные беззаботные времена ее юности умерли вместе с дедушкой. Сейчас она должна приспосабливаться к нравам высшего общества и жить скучной жизнью. То, что Уильям сейчас так заботится о своей жене – всего лишь беспокойство о собственной репутации. Избави Бог от новых сплетен! Интересно, был бы он таким невыносимым с Лилианой, вздумай жена банкира ездить в автомобиле? Скорее всего, не произнес бы и слова.

– Я понимаю, – ответила она с трудом, и устало прислонилась к столу, словно потеряв опору под ногами.

Рита так внезапно побледнела, что Мэдокс в очередной раз почувствовал себя в чем-то виновным, словно и впрямь заслужил ее негодование. Непонятно, каким образом эта малышка умеет вызывать у него такие чувства. Но он должен растолковать ей, что даже в самом счастливом браке всегда бывают какие-то обязательства друг перед другом.

– Значит, нам не избежать определенных жертв в нашей совместной жизни? И речь идет именно о моих жертвах, – заговорила девушка сердито, собравшись с духом. – А мистер Мэдокс будет жить, как раньше. То есть проводить пятнадцать часов на работе, а потом отправляться на свидания с миссис Бронстон.

Незаслуженный упрек заставил Уильяма отвлечься от жалости к этой невоспитанной девчонке. Сколько еще она будет упрекать его Лилианой? Жестокая, глупая, бессердечная нахалка! Вот благодарность за то, что он не позволил ей стать бездомной бродяжкой. Его глаза сверкнули гневом:

– Наглая, бесчеловечная девчонка! Ты не умеешь ценить доброе отношение к себе… – Уильям сжал кулаки от негодования.

Рита вытянулась в струнку с гордо поднятой головой: