Чёрная Рука - Иван Романов

голове честный ответ на вопрос: зачем мне нужен контракт со зверем? - ответил на вопрос наставника Фридрих, похрустывая костяшками на руках.

— Верно. Я тебя немного поднатаскал за месяц, и думаю, что этого хватит для того, чтобы не провалиться на испытании, а хотя бы достойно выступить перед советом. А теперь - вперёд, - он подтолкнул его, слегка похлопав по плечу, - тебя уже ждут.

Фридрих, ведомый своими мыслями и чувствами, вошёл в комнату, расположенную в главном здании деревни эльфов. В этой комнате, опшарпанной и разрушенной временем, что говорило о том, что её не использовали довольно давно, не было ничего кроме лестницы вниз, на подземный уровень. Он спустился осторожно, внимательно рассматривая каждую ступеньку, на которую ступал. Звук трескающихся подгнивших досок под ногами заменял страх провала на испытании, страхом провалиться под лестницу и переломать всё тело в результате падения. И он не был безосновательным. Под юношей была зияющая пустота, глубину которой он проверил камнем, запустив его вниз. Двенадцать секунд летел камень, прежде чем удариться о возможное дно. У него не было варианта развернуться и пойти назад, а потому пришлось двигаться дальше, делая остановки на прочных с виду ступенях.

С каждой пройденной ступенькой напряжение нарастало, а пика оно достигло тогда, когда свет полностью закончился. Непроглядная тьма окружала парня со всех сторон. Он не видел ничего. Её можно было сравнить с видом, который открывается, если пытаешься увидеть что-то с закрытыми глазами. Казалось, сами стены гасили любой возможный свет. И, чтобы избежать худшей ситуации, Фридрих провел ману к глазам, значительно обострив зрение.

К концу винтовой лестницы свет снова появился. Резкая вспышка ослепила парня. Мана на глазах погасила часть урона, но он все равно лишился зрения, пусть и временно.

— Ты явился, человек, - раздался голос сзади.

Фридрих принял появление голоса как начало испытания и даже не стал оборачиваться на него, ведь все равно бы ничего не увидел. Вместо того, он провел ману в стопы и уши, чтобы чувствовать дрожь земли и слышать лучше. Он шагнул вперёд, приблизившись к свету. Мягкий шаг почти не издавал звуков, несмотря на обилие мусора под ногами, начиная старыми, сухими ветками и заканчивая галькой, валявшейся внизу.

— Ты готов приступить к испытанию? - ещё один голос появился, но теперь на десять часов и гораздо ближе предыдущего.

— Да, готов, - сухо бросил Фридрих, всем своим видом источая уверенность, граничащую с самоуверенностью.

Глава 4: Испытание Духом

— В таком случае, - наконец, появился третий голос, уже на два часа, отличавшийся от других каким-то мёртвым окрасом, будто бы его обладателем было не одушевленное существо, - рисуй круг и произноси заклинание.

Первый голос, едва слышно, усмехнулся, видно ожидая, что духи никогда не откликнутся на зов человека.

— Перед этим, позвольте кое-что спросить, - он дождался утвердительного вздоха и продолжил, - что будет, если я смогу заключить контракт?

— Мы признаем тебя и ты станешь частью нашей общины, не по крови, но по мане.

— Понятно, - Фридрих улыбнулся, - не забудьте свои слова.

Он присел на корточки и провел в руки ману ярко-голубого цвета, что была более чистой, чем ранее, будто бы из нее убрали примеси. Обладатель второго голоса, скрываясь во тьме, удивлённо протянул: хмммм; почесывая бороду. За несколько неспешных движений ослепленный юноша нарисовал почти что идеальный круг и расставил по его контуру двенадцать символов, вырезанных из алфавита языка, на котором говорили эльфы-прародители.

— Октау де Фантис, я творю сие заклинание во имя твоего имени и духа. Я взываю к небу и тебе ради спасения моего доброго имени как мага и как человека. Направь мою ману по пути жизни и позволь мне заключить договор с одним из детей твоих.

Каждый символ загорелся синим огнем. Пентаграмму объяло пламенем столь же горячим, что и завораживающим. Мощная энергия переполнила магический узор на полу и тот заискрился. В один момент, пламя исчезло вовсе и Фридрих озвучил лишь одно из своих желаний, которое могло претендовать на искренность.

— Я хочу остановить бессмысленное кровопролитие, которое начали чёрные маги и мне нужна для этого сила. Если Вам, Прародительница Духов, не безразлична судьба человечества и эльфийского народа, даруйте мне силу, способную защитить меня на моём тяжелом пути.

Пентаграмма потеряла весь свой заряд. Прежде плясавшая на её гранях мана исчезла, будто её и не было вовсе. Свет в помещении потух, оставляя Фридриха и троих старейшин во тьме.

— Это было ожидаемо, человеку ни за что не заключить контракт с духом. Старейшины, зовите стражу, мы приведём в исполнение иной приговор - смертную... - старец не успел закончить речь. Мимо его горла пролетела фиолетовая вспышка, столь же быстрая, что и молния. Следом, его тело упало наземь и послышались булькающие звуки.

Прояснившееся к этому моменту зрение Фридриха уже позволяло увидеть хоть что-то без мешающих обзору тёмных пятен. Мягкая, вздымающаяся шерсть небольшого зверька, испускала десятки фиолетовых искр. Хищный оскал устрашил старейшин. В пустоте помещения раздалось тихое, но грозное рычание, напоминающее лисье.

Закрывая собой Фридриха, пушистый хорёк, в половину короче его руки размером, опёрся на задние лапы, подняв хвост вверх. Юноша смог заключить контракт с духом зверя, хоть и думал, что у него не выйдет.

— Невозможно! - вскрикнула старейшина Денра, увидев духа-хранителя. Её не столько заинтересовала смерть другого старейшины, сколько беспрецендентный случай заключения контракта с человеком, - Ты человек! Люди не могут никого призвать! Ты обманул духа-хранителя и это тебе с рук не сойдет!

— Для защиты посланников мира между расами, существуеют такие как я, - сбросив с себя капюшон, сказал Лайт.

Фридрих не понимал, как так вышло. В голове роились вопросы. Лайт оставался наверху и не спускался с подопечным, да и не успел бы спуститься настолько глубоко вниз за то время, что он затратил на призыв зверя. Впрочем, эти же вопросы задавала себе старейшина.

— Если бы ты хотя бы раз посмотрела на меня без высокомерия во взгляде, ты бы увидела разницу между нами.

Фридрих присмотрелся к старейшине, из уст которого раздавался голос Лайта, и понял, что он выглядел как прежде: седовласый старик неброской внешности. Это был не Лайт. Но и не какой-то другой мудрец. В нем что-то было не так, что-то вызывало ощущение фальшивости.

— Да ладно?! Марионетка? - озвучил догадку Фридрих.

— Хоть у кого-то здесь светлый