Героновы глазки - Борис Лесоруб

Бармен обернулся редкому в это время дня клиенту, недоверчиво посмотрел на пьяного туриста, медленно подошел.

– Ты. Давай. Вон… – пьяный Александр показал на доску с рекламой обеда, – два неси.

Бармену все равно, что едят и пьют клиенты, если они платят.

– Хорошо. С вас шестьсот девяносто восемь.

Александр взглянул на него исподлобья, улыбнулся и положил возле себя пятитысячную купюру.

– Вот. Сдачи не надо. – прошло пять секунд, в это время бармен схватил большой глоток воздуха и поблагодарил удачу за такого щедрого придурка в начале смены. Он представил, как устраивает шикарный ужин для своей новой девушки. Может быть, сегодня улыбнется удача и они перейдут из стадии провожаний, свиданий, поцелуев, во что-то более интимное, более глубокое. Одна часть бармена затвердела.

Александр не сводя глаз с человека за стойкой достал семьсот рублей, швырнул их ему в лоб, «пятерку» спрятал в кармане и заржал, как сивый конь, всхлипывая, брызжа слюной, щурясь и пристально вглядываясь в разочарованное, ненавидящее лицо бармена.

– Не в этот раз, неудачник! Что, разинул свой роток на папину пятерочку? А ты хорошо себя вел, а, стервятничек? Ай-ай-ай, ты нашкодил, я видел, как ты баловался в уборной! За такое пятерки не получают! Ну что, стервятничек, падаль-то перепадает? Падает что со столов в твою сторону? – с трудом проговорил он, все еще захлебываясь от смеха. Бармену показалось, что речь длилась десять минут. Получив хлыстом по собственной чести, он уставился в одну точку, в ушах зазвенело, потом звук приглушился, он услышал свои мысли: «Как ты можешь допускать такое? Какой-то урод смеется над тобой, а ты стоишь глотаешь. Ты так и будешь стоять и жрать этот навоз?»

Александр с трудом добрел до ближайшего столика и рухнул в кресло. Ему тяжело держать голову, поэтому он придерживает ее ладонью, снизу вверх наблюдая за происходящим. С глазами поравнялись две тарелки и две чашки кофе, официантка Лиза поставила их быстро, ничего не сказала и ушла. Александр долго ел, роняя куски, матерясь в голос. Закончил, заказал стакан лаймового фрэша – свой фирменный антирадар для «вертолетов», вышел на улицу. Его провожали несколько пар глаз, смотрящие вслед очередному быдло-туристу.

Свежий соленый воздух вкупе с фрешем слегка спугнул надвигающихся тошнотворных бескрылых, Александр прошелся по променаду, достал пачку «Ротманс», закурил. Когда закрывал пачку, сломал две сигареты.

– Капитан Ротманс, капитан Ротманс, у нас двое раненых! – завопил он тонким гнусом – Отставить, салаги! И не таких курили! – засунул сломаные сигареты обратно, посмеялся, сел на дощатую дорожку покурить и посмотреть на море. Фрэш, кофе и воздух приводили его в чувства. Плотный обед клонил в сон. Поддавшись, он вздремнул часок прямо на променаде. Через час он вернулся в «Койот» за добавкой.

Бармен увидел знакомого постояльца, когда тот только собрался открывать входную дверь. Он отвернулся и больше не желал встречаться с ним взглядом, обмениваться фразами. Этот тип оскорбил его. Но тип думал иначе. Не успела дверь захлопнуться, Александр, в пике похмелья, в расцвете опьянения, разморенный солнцем, прокричал через весь зал: «Эй, на разливе, ты, как там тебя, никто, незаконнорожденный усыновленец, абуза, плесни-ка вискарьку! Да смотри, не разбавленного! – осмотрелся, – Есть в этом унылье чего порядочного, а?» – Он сел, буквально рухнул на стул ближайшего столика, наблюдая за реакцией бармена. Ему хотелось дожать парня. Накопившаяся ярость из-за потери работы нашла свой выход в сотруднике бара-ресторана «Койот».

Подошла таже официантка, хоть это была не ее часть зала, менеджер попросил самую опытную сотрудницу смены, Лизу, снова принять трудного гостя. Она поставила перед ним стакан виски и фирменную закуску. Александр отпил треть налитого, поморщился.

– Я не заказывал собачью мочу! Спасибо, конечно, за комплимент от заведения, но вам нужно поработать над своими манерами.

Конец ознакомительного фрагмента.