Героновы глазки - Борис Лесоруб

Герон не собирался входить в вагон, когда двери приоткрылись. Он видел глаза своей загнанной жертвы, порвал ему куртку, напугал до смерти и этого достаточно.

– Будет тебе уроком! – он улыбнулся, сверил тяжесть сумки – все в порядке, дождался следующего поезда в обратную сторону и уехал.

Убитый горем Махмуд держался обеими руками за голову, всхлипывая и не понимая, как такое могло с ним произойти. Он сам может облапошить кого угодно. Сегодня все произошло наоборот. Ослепленный алчностью, он не придал значения деталям, не стал торговаться. Ему не терпелось заполучить ноутбук «EUROCOM QZ100», такой стоит не меньше полумиллиона, комплектация фантастическая. Один его знакомый искал с рук именно эту модель, он заплатил бы не менее трех сотен тысяч, может больше.

Теперь никто ничего не заплатит, только Махмуд за свою глупость. Он принес из подсобки початую бутылку «Абсолюта», ожидающую новой выгодной продажи, чтобы заполнить собой кубки торжествующих. Вылил все, что было в стакан, осушил его до дна. Мало. Ему уже ничего не хочется, кроме забвения, по крайней мере сегодня. Он сделал ставку ва-банк и проиграл. Остался жив, но ограблен. Махмуд открыл кассу, взял все, что было, пятьсот семьдесят рублей, закрыл двери магазина и пошел за добавкой. На «Абсолют» не хватит, но напиться можно. Он шел по улице, погруженный в свою беду, не слыша и не видя ничего перед собой. Через дорогу сияла вывеска «Продукты 24», он повернул к ней и пошел по прямой линии за лечебным эликсиром. Сделал два шага по оживленному Сущевскому валу и его сбила машина, не успев затормозить. Он погиб сразу.

Глава вторая. Трепетная крошка

1

«Life95» вещал об обесточенном квартале, краже квартиры известного архитектора, выставке картин, изменениях в тарифах за электроэнергию для юридических лиц и о многом другом. Об авиакатастрофе ни слова. Антон задумался.

«Все обошлось? Или они еще летят. Не должны, прошло больше трех часов.»

Он проверил на сайте аэропорта Сочи, рейс «SU 1199 Москва-Сочи» произвел посадку.

– Не разбился. – в голосе Антона были удивление, облегчение и разочарование. – Так что это тогда, нахрен, было? – ответа не последовало и он продолжил задавать вопросы в никуда. – Они погибнут, когда полетят обратно? – вот разгадка, донеслось изнутри. – Точно! Обратно, тот же самолет и авиакомпания. Самолет пылал, когда шел на посадку здесь, в Москве. Я должен что-то придумать. На этот раз обязательно должен.

Нервы накалились до предела. Дыхание стало сдавленным, чувство тревоги и незащищенности обволакивало Антона, он паниковал. Ему не представлялось возможным предотвратить катастрофу, не выказав себя сумасшедшим. Или же ему на всякий случай поверят, отложат рейс и осмотрят каждый сантиметр воздушного судна, ничего не найдут. Тогда он попадет в руки спецслужб, а дальше две стрелочки, в психушку или тюрьму.

Герон наблюдал за Антоном все это время, он не слышал его мыслей, но понимал терзания. Он не собирался сводить Антона с ума, лишь показать всю силу своего творения, дать сполна испробовать мощь погружения в Трансляцию. И фиксировать поведенческие особенности. На экране его ноутбука выводилось три изображения. Конечная картинка в глазах испытуемого; необработанное настоящее, видное глазу испытуемого до наложения внешнего видеосигнала; внедряемая картинка. В качестве источника внешнего сигнала Герон использовал запись камер видеонаблюдения аэропорта Внуково, откуда взлетел самолет авиакомпании «Гигант Аэро».

Он тоже носил линзы, второго поколения. «Сырой» прототип, но это именно то, о чем мечтал ученый. Его линзы давали мозгу то, что он хотел – воображение, ставшее явью. Единственный в мире сильнейший галлюциноген без химических реакций. Только полноценная реальность. «Глазки» Герона видели то, что желало его подсознание. Он еще не научился полностью справляться с этим. Не умел правильно отделять настоящее от Трансляции. Трансляции из самых глубин, из самых потаенных местечек его памяти, желаний, воображения. Он не может контролировать этот процесс, только включать и выключать. Поэтому испытывать образец ему пришлось на себе. Антон Криспин нужен ему для технической отработки важных процессов взаимодействия системы и линзы, а так же для определения граней сопротивления человека.

Герон исследует физически ощутимый продукт, который совершит революцию в жизни людей. Не нужно бояться своего воображения. Никаких тайных желаний. Никаких запретов и ограничений. – «Все здесь.» – любит повторять Герон, указывая пальцем на висок.

2

– Девяносто тысяч наличными! – Денис все еще находился в тумане.

«Будет ли искать меня бородатый здоровяк? – размышлял он. – Очевидно, да. Он не зашел в поезд, только потому, что там много людей. Но ведь он гнался за мной, определенно, не только, чтобы попортить куртку. Как он нашел меня? – Денис прикинул варианты и понял, что дело в ноутбуке. Если он настолько дорогой, там может стоять чип определения места нахождения. – Точно! Как же я не подумал сразу об этом! Придурок!» – Денис разозлился на себя за такую оплошность. Он не должен был медлить – сразу нести ноутбук в первый ломбард. Но все-таки вкус жизни стократно усилился под тяжестью кармана с наличными.

– Спасибо! Спасибо! – он не обращался к кому-то конкретному, но благодарил всех ангелов, Бога, удачу, судьбу. Он жив-здоров и наконец-то они перестанут нуждаться. Этих денег хватит на три-четыре месяца спокойной жизни. Он найдет работу и все станет как прежде.

Денис понимал, что деньги, как и ноутбук, не совсем принадлежат ему, плюс он очень боялся, что тот псих случайно встретит его еще раз. Поэтому он решил «залечь на дно». Собственно, он и так был на дне до этого момента, в некотором смысле. Новое Ступино – прекрасное место, чтобы затеряться от московской суеты, поэтому особых приготовлений делать не нужно. Он просто будет сидеть в своем городишке, ходить в магазин, гулять с сыном и ждать звонка с приглашением на собеседование.

«Откуда деньги?» – Спросит Рита, – «Скажу – нашел, какая разница, деньги все равно уже у меня.»

Не мешкая, но оглядываясь, он купил билет на экспресс, в Н.С. зашел в магазин, не глядя на цены купил все, что хотел и не хотел. На следующий день заплатил хозяину квартиры набежавшие двадцать пять тысяч за месяц вперед и полтора месяца, которые они жили в кредит. Жизнь наладилась, денег хватило на два месяца.

3

Самолет компании «Гигант Аэро» произвел мягкую посадку в аэропорту города Сочи. Александр крепко спал. Он выпил свой максимум еще на полпути и отключился до того, как принесли обед.

Бортпроводница, мягко поталкивая плечо:

– Просыпайтесь, мы сели.

– Куда, – не открывая глаз, – в лужу? – он был еще очень пьян, сон добавил головной боли, но не отнял ни капли хмеля. Стюардесса улыбнулась его банальной шутке и добавила:

– Вы один не покинули салон, прошу вас собраться.

– Из салона в салун, да, киска?

На этот раз она не улыбнулась.

Александр вышел на трап последним, жаркий, прогретый воздух поддал брожения в организме, кислород освежил легкие и он побрел, шатаясь, к ожидающему его одного автобусу.

Он забронировал номер в отеле «Жемчужина» на берегу Черного моря. Отель сохранил добрую часть романтики советской эпохи. Деревянной отделки коридоры, балконы без стеклопакетов, холодильник Бирюса, все еще работающий, в некоторых дешевых номерах. Номер Александра на пятом этаже, эконом класса, такой не предусматривает наличие алкоголя в мини-баре, поэтому он бросил вещи, спустился в холл, осмотрелся и отправился в бар «Койот». Бар пустовал в полуденное время. Отделка выражено черных тонов, красные неоновые лампы и предложение бизнес ланча на деревянной доске:

«Всего 349 рублей за стейк, салат и кофе!»

Александр хорошенько проголодался в пути. Обед в самолете он проспал, перед вылетом не завтракал. Не смотря на стабильное состояние «пьяный в стельку», кушать ему хочется по расписанию и он понимает, что желудок не может питаться только виски.

– Сначала поедим! – Он подошел к барной стойке, облокотился, придерживая голову кулаком, свистнул. Фразу «сначала поедим» Александр хорошо помнит с детства, ею всегда начинал свою «добавку» папаша Саши. Он знал толк в алкомарафонах и перед вторым длительным «заплывом» непременно кушал. Саша смотрел и учился. Как выяснилось, даже если бы Саша учился плохо, у него все получилось бы – пьянство, как недуг, как болезнь и зависимость, передалось ему по наследству.

Бармен обернулся редкому в это время дня клиенту, недоверчиво посмотрел на пьяного туриста, медленно подошел.

– Ты. Давай. Вон… – пьяный Александр показал на доску с рекламой обеда, – два неси.

Бармену все равно, что едят и пьют клиенты, если они платят.