Притчи - Ли Кэрролл

***

Мать не на шутку перепугалась, когда у нее в прачечной появился ангел-мужчина огромного роста.

— Что ты здесь делаешь?

— А ты ожидала, что я приду на кухню? — спросил ангел.

— Нет, я вообще не ждала тебя, — ответила мать. — Ты зачем здесь?

— Чтобы ответить на твою просьбу, — сказал ангел так, как если бы появляться в доме у людей было для ангелов в порядке вещей.

— Я не помню ни о какой просьбе! — воскликнула мать. — Надеюсь, что я просила о чем-то хорошем, и что ты не подслушивал, когда я ругалась. Я могу наговорить все что угодно, когда я взбешена.

— Нет, нет, — ответил ангел. — Помнишь, когда ты смотрела в глаза своему ребенку и тихо говорила: «Ах, если бы мы с тобой могли поговорить»? Вот, я здесь для того, чтобы это устроить. Завтра вечером, когда ты будешь в детской, я тоже буду там, чтобы ты могла поговорить с ним, а он с тобой. У тебя будет немного времени, когда он сможет общаться с тобой на языке взрослых и думать как взрослый. Подробнее я тебе расскажу об этом при встрече. — И с этими словами ангел исчез — проплыв влево от сушильной машины и вверх по вентиляционной трубе.

Мать не испугалась. В конце концов, она верила в ангелов и много раз бывала в местном спиритическом салоне. Она никак не могла знать, что настоящие ангелы не любят этих салонов. Что смешного в появлении перед людьми? Некоторые женщины даже интересовались, где ангелы берут свои костюмы — оскорбительный вопрос для настоящих ангелов.

Мать мало спала в ту ночь, а когда вечером укладывала своего шестимесячного сына в кроватку, заглянула ему в глаза и сказала: «Завтра мы с тобой поговорим!» Она была взволнована. В ответ он пустил пузырь.

Она долго раздумывала над тем, что ему скажет. С чего начать? Сколько у нее будет времени? Сможет ли она рассказать ему о серьезных вещах? Она начала перебирать в уме все то, что хотела сказать ребенку, только начавшему познавать мир, — о том, что плита горячая, а такой красивый огонь может обжечь… но, стоп! Ангел говорил, что у ребенка будет сознание взрослого. Это меняет дело! Ей нужно будет сказать ему, как обращаться с девушками, и как исцелить разбитое сердце, и что не всем можно доверять, и о том, что не нужно ездить на большой скорости. Подумать только! Как много ей нужно сказать того, что нужно знать человеку!

Наступил вечер следующего дня. Время волшебной беседы понемногу приближалось. Она сидела в детской у кроватки сына и ждала назначенного часа. И снова из ниоткуда явился ангел.

— Рад видеть вас обоих, — сказал он второпях. — Вот как будет проходить ваша беседа. Мама, ты можешь только отвечать. Сын, ты можешь задать только три вопроса. После этого все прекратится. — С этими словами ангел опять исчез — на сей раз через решетку камина.

«Это коренным образом меняет дело, — про себя подумала мать, глядя на своего сына. — У меня, наверное, галлюцинации. Бьюсь об заклад, что мой сын сейчас заснет». Но вместо этого младенец встал!

— Мама, это воистину волшебный день, что мы можем вот так с тобой говорить. Какая это радость, что я могу говорить с тобой сейчас, когда я еще не вырос!

В изумлении мать застыла с открытым ртом. У нее даже потекла струйка слюны.

— Я могу задать только три вопроса, — продолжал из кроватки мальчик. — Я так много хочу узнать! — Мальчик уже думал над первым вопросом, когда его мать только начала понимать, что же происходит. «Это не сон, — подумала она. — Мой сын говорит со мной, как если бы он действительно был взрослым! Что за чудо, что за дар!» Она с трудом сдерживала себя, пока сын думал над первым вопросом. Будет ли он касаться философии или религии? Возможно, он попросит совета, как ему быстрее сделать карьеру, или, может быть, захочет узнать о том, как найти спутника жизни такого, с которым бы он прожил дольше, чем она со своим. Мальчик посмотрел в глаза матери и задал первый вопрос.

— Мама, я лежал на спине во дворе и был изумлен, глядя на небо. Почему оно голубое?

Мать едва не сорвалась на крик: «Ты попусту потратил первый вопрос! Какая разница, почему оно голубое!» Однако она очень любила сына и принялась терпеливо, согласно условиям ангела, отвечать на вопрос. Она объяснила, что находящиеся в атмосфере молекулы кислорода преломляют солнечные лучи, превращая их в голубые, — по крайней мере, она понимала это так. Как бы то ни было, звучало это убедительно. Она с тревогой ждала следующего вопроса. «Уж следующий-то должен быть посерьезнее, — думала она. — Возможно, он захочет узнать, чем ему заниматься в жизни, чтобы не закончить ее бездомным бродягой или в компании друзей-преступников».

— Мама, мой второй вопрос такой. Хотя я здесь всего шесть месяцев, я заметил, что на улице иногда тепло, а иногда холодно. Почему?

Мать пришла в ужас. Еще один вопрос потрачен на бессмысленную чепуху! Как такое может быть, спрашивала она себя. Ее сын был простодушен и любознателен. Эти вопросы были важны для него, а она дорожила этим волшебным временем, которое они могли провести вместе. Не торопясь, она рассказала ему о Земле и о Солнце, и о том, что Земля немного наклоняется, обращаясь вокруг Солнца, из-за чего наступают зима и лето, становится то холодно, то тепло. Наконец пришло время для последнего вопроса. Они говорили уже почти полчаса, а так мало было сказано.

— Мама, я люблю тебя! — воскликнул сын. — Но как мне знать, что ты на самом деле моя мама? Можешь ли ты это как-то доказать?

А это что за вопрос? Откуда он взялся? Кто же еще мог быть его матерью? Разве не она каждый день заботилась о нем? Какое разочарование она испытывала от этой беседы. Ей почти захотелось уйти и вернуться в прачечную, где все началось. Она думала о том, как она в следующий раз затолкает ангела в сушильную машину, если он осмелится появиться вновь. Ее сын с невинным и любознательным взглядом ждал ответа.

Она заплакала, но протянула руки и сказала:

— Посмотри на мои пальцы, они такие же, как и у тебя. Мое лицо и ноги похожи на твои. Я выражаю чувства и любовь точно так же, как и ты. Я действительно твоя мать. У нас одинаковые глаза и губы, посмотри!