Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

Градеронца невольно пробрала дрожь. Несмотря на то, что в Градероне выражение эмоций у Кристиана сошло на нет, своей коронной улыбкой, приводившей в ужас всех – и простых смертных, и воинов, и даже королей, – он по-прежнему пользовался, и действовала она безотказно.

– Там странные вещи творятся, – сглотнув, ответил воин. – Руэдейрхи собирается отправить кого-нибудь в горы. А пока приказал охранять, не подпускать отступников и вообще никого.

– Но почему?

– Мы не знаем, – сказал второй градеронец. – Но, похоже, в горах кто-то есть.

Кристиан резко обернулся и посмотрел в сторону горной цепи. Как раз в этот момент за вершиной ледяной горы, в которой еще совсем недавно спал Балиан, полыхнул яркий свет. Спустя мгновение эхо подхватило и разнесло по округе отзвук чудовищного грохота.

Глава четвертая

Возвращение в Эндерглид

Услышав шум, Балиан остановился и обернулся, но Юан потянул его за собой. Балиан подчинился. Кристиана все еще можно было разглядеть. Опасность ему не грозила, он вместе с двумя воинами Заката тоже, по всей видимости, оглянулся на звук.

Балиан и Юан нагнали эндерглидцев, которые поглядывали на неожиданного попутчика кто с робостью, кто со страхом, кто с подозрением; при любом удобном моменте они начинали шептаться между собой. Но Балиану было не до них. Он не привык разлучаться с братьями надолго. Порой, конечно, им приходилось расставаться, но самое большее – на пару дней. Было горько наблюдать, с какой легкостью Юан уходил от Кристиана. Балиан понимал, что это дело многолетней привычки, и чувствовал, что между ними совсем ничего не изменилось. Ну, разве что Кристиан стал меньше опекать Юана – оно и понятно, ведь он уже далеко не ребенок. Но для Балиана прошло совсем немного времени, и уход от Кристиана давался ему тяжело, особенно в свете положения, в котором тот оказался. Балиан мог кричать на него сколько угодно, однако он чувствовал, как тяжело и больно старшему брату. Страшно было представить, что было с ним до того, как он проснулся.

– С ним все будет в порядке, Балиан, – Юан в очередной раз словно прочитал его мысли. – Он сильный. И, я надеюсь, все образуется.

– Так кто ты такой? – спросил один из учеников.

Всем троим юнцам, еще не получившим воинского звания, было не больше четырнадцати лет. Очевидно, они хотели стать воинами, и поэтому их отпустили на более или менее безопасную миссию – поиск пропавшего товарища. В глазах Балиана чести им это не делало. У него всегда были непростые отношения с воинами, в основном потому, что сам он был стражем. Этот статус стоял наравне со статусом воина, но привилегий у последних было больше, в частности, им разрешалось свободно покидать Эндерглид и даже Этериол. Из-за этого часто возникали конфликты, разумеется, пустяковые, в целом отношения между людьми Эндерглида были дружелюбными, но это не мешало высказывать свое веское слово, если оно имелось. Чем Балиан и пользовался.

– Вам какое дело? – огрызнулся он. – Тоже мне, воины! Один всех обезоружил. Градеронцам на смех.

– Кто ты такой? – покосился на него воин Рассвета, которого Балиан обезоружил в бою – молодой человек лет двадцати, которого, как выяснилось, звали Эгрендерлом. – Ты из Дилана?

Балиан хмыкнул. Можно было бы обидеться, но ему стало лень – в конце концов, они с братьями, хоть их отец и принадлежал Эндерглиду, и впрямь родились в Дилане, мире, который раскинулся за Вратами.

– Юан, – сказал Эгрендерл, не дождавшись ответа. – Мы не можем впустить его в Эндерглид…

– Конечно, можете! – сияя улыбкой, ответил Юан. – Вы же слышали! Это Балиан. Он вернулся. Эх, вы его даже не узнали! А хвастались, что чуть ли не растили его, – он расхохотался.

Балиан отвернулся. У него было не то настроение, чтобы пожинать лавры – в Эндерглиде его многие знали, поскольку он был не только знаменит как один из лучших стражей Рассвета, но и весьма известен своими успехами в показательных боях.

– Балиан Розенгельд? – уточнил один из учеников, пытаясь заглянуть ему в лицо.

– Дурацкое имя! – рявкнул Балиан. – Не называй меня так!

– Дурацкое? – изумился мальчик. – Розенгельд?!

Юан уже просто давился от смеха.

– Балиан Розенгельд погиб, – отрезал другой воин Рассвета, Акселиан. – Как будто не знаешь.

– Не знает! – радостно сверкал глазами Юан. – Потому что это действительно Балиан Розенгельд. Мой брат. Он не погиб. Он вернулся. Балиан! – он в порыве чувств кинулся на шею брату.

– Да отвяжись ты! – пытался отцепить его от себя Балиан. – Что ты постоянно обниматься лезешь?

– Любовь распирает, – пояснил Юан.

Эгрендерл и Акселиан изумленно переглядывались, с подозрением глядя на братьев. Ученики, раскрыв рты, поглощали Балиана жадными взглядами.

– Ребята, вы идите, – сказал Юан. – Мы немного поодаль. Вы пока поделитесь удивлением, а нам поговорить надо. Ну! Кыш, кыш! – он смешно замахал руками.

Его товарищи, как ни странно, послушались и пошли вперед, уводя за собой учеников, которые так и порывались спросить о чем-нибудь Балиана. Правда, воины Рассвета не забывали оглядываться, ведь они так и не поняли толком, что произошло и не представляет ли неожиданный попутчик опасности для Юана и для них.

– Я хотел тебя предупредить, – тихонько проговорил Юан. – Тебя это может немного удивить…

– Что, ты тоже женат? – буркнул Балиан.

– Еще чего! – расхохотался Юан. – Мне же шестнадцать, нельзя еще. Да и не хочется. Я не о себе хочу рассказать, а о нас… О нас троих.

– Что такое?

– Видишь ли, когда все несколько утряслось… Я имею в виду, после нашего возвращения из Дилана. Так вот, когда все это утряслось, всем стало известно, что мы – наследники рода Розенгельд. Это всех прямо-таки потрясло. Гволкхмэй и Тристан решили, что после всего, что произошло… Ну, не стоит скрывать, умалять наши заслуги, как-то так. В общем, по Эндерглиду заходили легенды, – Юан вздохнул и развел руками. – Дескать, мы такие герои, поймали градеронцев, вернули Врата Рассвета, остановили войну в мире смертных – а ведь, заметь, все были уверены, что война там вечная! – и вообще натворили невесть сколько хороших дел. Когда я немного отошел от случившегося и стал выходить на люди, меня замучили расспросами. Но то, что я говорил – то есть, правду, – почти не слушали. Сами что-то придумывали, приукрашивали… Делать им нечего.

– И что дальше? – заинтересовался Балиан.

– М-м… Понимаешь, – Юан доверительно понизил голос. – Пожалуйста, пусть тебя это не заденет, но Руэдейрхи счел тебя обычным вором и так и сообщил Гволкхмэю. Что ты вор и получил заслуженное наказание. Мы с Кристианом, хоть и… Хоть и не знаем, что там произошло…

Утихшая было боль стрелой пронзила сердце Балиана. Розетта. Ее радостный взгляд. Смех. Вот она поворачивается… Обещает вернуться… И, смеясь, убегает.

– Балиан?

– Потом, – мрачно проговорил Балиан. – Я расскажу вам, но как-нибудь потом. Хорошо?

– Конечно, – Юан понимающе улыбнулся. – Так вот… Мы с Кристианом кричали, что ты не виноват, что тебя обманули… Так получилось… После возвращения из Дилана нас никто не видел. Ну, то, что мы с Кристианом по улице прошли – не считается. Гволкхмэй и Тристан не хотели, чтобы стало известно, как все случилось… Объявили, что ты погиб на задании. – Юан тяжело вздохнул. – Они и впрямь в это верили. Все верили, кроме меня и Кристиана… И еще кое-кого… А Кристиан… Просто сказали, что он ушел в Градерон. Почему он это сделал, зачем – ни слова. Когда его видели, в бой вступали, как с градеронцем. Синий плащ – и давай нападать.

– Тут я их понимаю, – хмыкнул Балиан.

– И все же Кристиан никого не убил! – заверил Юан. – Он наших вырубает, это да, но никогда не убивает. Так о чем это я? Ах да. Я был единственной знаменитостью! – ткнул он Балиана в бок. – А теперь придется делиться с тобой. Хотя о тебе все равно больше всего говорили. Так что готовься.

– Еще не хватало, – скривился Балиан. – Глупости какие-то…

– Ты не представляешь себе размах трагедии, – Юан похлопал его плечу. – В Главной башне теперь наш портрет висит. Помнишь, который тогда рисовали? Вот.

– Ладно, – Балиан зевнул. – Тогда вернуть Кристиана будет не так и сложно.

– Поскорее бы мы были вместе, – улыбнулся Юан. – Хочу, чтоб было, как раньше – мы с тобой сражаемся, а Кристиан смотрит и смеется…

– Не мешало бы возобновить что-то подобное, – согласился Балиан. – Только не с тобой, а с этим мелким. Демианом.

Некоторое время они шли молча. Потом Юан медленно проговорил:

– Они неспроста не обучают его, Балиан.

– Ну да, – проворчал Балиан. – Чтобы не поранился. Замечательный предлог, чтобы не иметь с ним никакого дела.

– Это правда, – вздохнул Юан. – Это правда, что Кристиану тяжело быть с Демианом. Это неправильно, но его можно понять, Балиан. Жестоко так говорить, но… Из-за Демиана Кристиан не может быть с нами. Он не хотел детей. Даже не думал об этом. Рейте он мог все объяснить… Или просто уйти… Она же взрослая, все понимает, и, в принципе, сама оказалась бы виновата, что так вышло. Ведь Кристиан не вызывался быть ее мужем, его фактически принудили. Но Демиан…