Темный феникс. Возрожденный - Фёдор Бойков

в этом мире оказались слишком дорогими, чтобы обеспечить ими каждого гвардейца. Об этом я узнал из длинного, преимущественно матерного, монолога Александра Зубова.

При этом гвардеец орал в рацию, продолжая раздавать команды, и пытался дозвониться до командира гвардии. Ему мешали помехи, созданные огненным торнадо и ручными гранатомётами с магзарядами. Пламя не останавливалось ни на секунду и становилось лишь сильнее.

— Сейчас! — рявкнул Зубов, как только появилось едва заметное снижение огня.

Я распахнул дверь внедорожника, чуть не выбив её, и вывалился на землю. Короткими перебежками мы побежали в лес, чтобы скрыться за стволами деревьев и обойти засаду. У пятерых гвардейцев на плечах болтались автоматы, двое других были водителями, судя по всему, и не имели оружия, зато в руках одного из них я заметил монтировку.

— Защитное поле вокруг машин схлопнется меньше чем через минуту, — сказал Зубов. — Надо успеть зайти с тыла и вынести гадов.

— У них наверняка есть артефакты, защищающие от атак, — предположил я, пригибаясь к земле и двигаясь на полусогнутых.

— Тоже верно, — кивнул командир отряда, оглядев наших сопровождающих. — Но они только против дальних атак и магии защищают. Нам бы в лобовую вломить.

— Кто ж нас подпустит? — покачал головой один из гвардейцев.

— А вам и не надо, — я замер, глядя на монтировку в руках водителя. Магии у меня нет, зато физически я в полном порядке, не считая текущую из носа кровь. — Отвлеките внимание, а в лобовую пойду я.

— Никак нет, ваше сиятельство! — рыкнул Зубов. — Это слишком опасно и…

— Вы сделаете всё, как я скажу, — перебил я его. — Это приказ.

Командир отряда смотрел на меня какое-то время, сверля взглядом, но всё же сдался и кивнул. Я услышал, как скрипнули его зубы, и усмехнулся. Так-то, гвардеец. Не хватало мне ещё с собственными людьми спорить и доказывать, что я имею право отдавать приказы.

Мы рассыпались в разные стороны и обогнули врагов. Они не слишком скрывались — встали прямо посередине дороги. Такая наглость заслуживает наказания.

Я прокрутил в руках монтировку, которую забрал у водителя второй машины, и растянул губы в улыбке. Чем мне только не приходилось сражаться, и уж этот инструмент ничем не хуже берцовой кости демона, которой я забил до смерти его же собрата. Единственной проблемой сейчас было то, что зайти в тыл людям, вставшим на дороге, я никак не смог бы.

Позади них не было деревьев, за которым можно укрыться, да и они сейчас наверняка все пути подхода контролируют. Через тень не пройти — слишком уж я слаб. Хотя, враги ведь не ждут нападения из тени, может и получится пройти на первом слое, не погружаясь слишком глубоко.

Я сделал глубокий вдох, нырнул в тень ближайшего ко мне дерева и передёрнул плечами от холода — в тени всегда неуютно и будто бы морозно. Зато она прекрасно скрывает тех, кто сумел однажды покорить её. Если присмотреться, то со стороны можно заметить, как она дрожит и пытается выплюнуть меня наружу. Но вряд ли кто-то будет следить за тенями.

Защита с внедорожников спала как раз в то самое мгновение, когда мои гвардейцы начали обстреливать врагов с двух сторон. Они делали короткие очереди, скрываясь за стволами тисов, а я неспешно двинулся к врагам. Слишком быстрый шаг был бы заметен, а лёгкий прогулочный не слишком колышет тени.

Я насчитал всего пятерых людей — три мага огня и два воина с гранатомётами. И ведь им бы удалось уничтожить будущего стража врат, если бы в его теле был не я. Гвардейцы сделали бы всё, чтобы защитить своего господина, и погибли бы. Но я не позволю этому случиться.

Тень позади мага огня дрогнула, когда я вывалился с изнанки этого мира и с размаху впечатал монтировку в его затылок. Следующим ударом я размозжил голову второму магу, воспользовавшись фактором неожиданности, а потом в ближний бой вступили воины, отбросившие гранатомёты в сторону. В их руках оказались довольно приличные мечи, которыми меня чуть не пронзили сразу в двух местах.

Я отпрыгнул в сторону и увернулся от летевшего в меня огненного шара, а затем перехватил монтировку так, чтобы её изгиб провернулся ударной частью наружу. Этим самым изгибом я зацепил клинок наёмника и отшвырнул его в сторону. Следующий удар моего оружия пришёлся на вытянутую руку второго воина.

Хруст костей слился с яростным криком боли, но я уже развернулся и врезал монтировкой в живот мага, отшвырнув его подальше от себя. Всего трое против одного — какая жалкая попытка убить феникса. В прошлой жизни я бы хохотал во весь голос, но в этой мне пришлось напрячь все свои силы, чтобы просто устоять на месте, размахивая металлическим инструментом как мечом.

Противник со сломанной рукой бросился на меня, пытаясь повалить на асфальт, но получил монтировкой по зубам. Он с грохотом повалился на землю, словно мешок с костями. Ещё один готов.

Маг уже оклемался и снова запустил в меня огненный шар. Если до этого он опасался подпалить своих союзников, то теперь в приступе ярости наплевал на опасность и выдал всё, на что был способен. Мне пришлось отступить в тень на краткий миг, чтобы переждать пик огненного урагана, а вот оставшемуся на ногах воину не повезло — он сгорел заживо почти мгновенно.

Запах палёной кожи сразу же забился в ноздри, но я даже не поморщился — этот запах был моим вечным спутником, ведь он означал, что мои враги повержены. Я усмехнулся и вышел из тени. Маг был далековато для ближней атаки, так что я откинул руку и сделал бросок.

Инструмент попал в переносицу мага, раздробив её на мелкие осколки. Последний враг осел на расплавленный асфальт, а я шагнул к нему и забрал монтировку. Замечательное орудие для того, чтобы ломать кости. Я бы даже сказал — самое подходящее.

Мои гвардейцы высыпали из-за деревьев, глядя на меня с опаской. Я видел в их глазах насторожённость и неверие. Кажется, они были удивлены тому, что их господин устроил кровавую бойню.

— Вот вам и граф, — нервно хмыкнул один из них.

— Против лома нет приёма, — с такой же нервной улыбкой сказал другой.

Оба гвардейцы переглянулись и расхохотались, сбрасывая напряжение. Я поддержал их смех широкой улыбкой и протянул водителю его монтировку. Он замер и даже отшатнулся, а потом неуверенно забрал свой инструмент.

— Может вам его себе оставить, ваше сиятельство? — спросил он, взвесив его на руке.

— Благодарю за предложение, но думаю, что в оружейной найдётся