Скидбладнир - 6 - Марк Кузьмин

Бить его смысла нет, да и убивать не за что, но проучить, надо.

Потому я просто подошел и дал ему пощечину.

Притом сил я не жалел и парня отбросило в стену. Кажется, перестарался. Стена даже немного треснула.

— Вы двое, — посмотрел на работников. — Сундук в руки и делайте то, что вам надо. А я тут побеседую. Наказания вам никакого не будет, вы ничего плохого не сделали.

Они переглянулись.

— Чего сидим? Вперед!

Их как ветром сдуло. Подхватили сундук и на крейсерской скорости удрали подальше.

Родриго же как раз поднялся.

— Еще одно слово и я промою твой грязный рот мылом, — я достал его из инвентаря. — Оно ромашковое.

Парень закипел от ярости, затрясся.

— Нападешь на меня, и я уйду. Будешь сам объяснять Маэстро, почему я решил не идти на встречу с ней, — продолжил я говорить столь же спокойно.

Он до крови сжал кулаки, выпустив когти себе в ладони, но сдержался. Получить от начальства он не хочет. Могу предположить, что он сам долгое время был унижаемым птенцом, но недавно стал полноценным вампиром, но все еще остался в слугах, а не вошел в более элитные части вампиров. Вот и срывает свой гнев на других слабых. Его самого так мучали, а теперь и он сам стал таким. Порочный круг.

— Прошу за мной, — процедил он сквозь зубы.

Развернулся и пошел вперед.

Дрессируют у них жестко.

Мы вскоре добрались до огромной двери, за которой находятся хозяева этого замка.

Там около двух десятков вампиров. Птенцов там точно нет. Я, кажется, начал понимать, чем они отличаются. В эмоциональном спектре у истинных больше спокойствия и злобы, а вот у птенцов преобладает страх и злоба. Вампиры типа Элмы почти лишены негатива, потому как им не пришлось проходить через суровые будни слуг. Да и те вампиры, что внутри, не сильно гневаются. А вот Родриго и некоторые встреченные ранее — крайне эмоциональны.

Они же эмпаты, да и, судя по ним, не так уж хорошо контролируют свои силы. Потому они подвержены вспышкам эмоций. Сейчас Родриго спокойнее и в нем стал преобладать страх. Одно мое слово и его ждут большие проблемы.

У входа ждал Лучиано.

— Вестник, — кивнул он. — Как вам замок?

— Хорошее место, — только и сказал я.

— Проблем на пути сюда не возникло? — спросил он, посмотрев на Родриго. Тот побледнел и внутренне затрясся. Эмоции выдают его с головой.

— Нет, все нормально, — улыбнулся я.

Парень удивленно на меня посмотрел.

— Тогда прошу за мной, — кивнул Лучиано, повернулся к Родриго. — Можешь идти.

Я прошел за Лучиано, оставив парня стоять столбом.

Мы вошли в тронный зал. Большая комната, метров сто в длину, пятьдесят вширь и двадцать в высоту. Мраморный пол, белые стены, украшенные гравюрами древних героев, статуи богов, а в центре — большой круглый стол. Зал был будто соединен с садом, потому как все эти стены и статуи оплел терновник с самыми разными розами. Розы были везде, белые, красные, черные, даже голубые. За столом этим восседали пожилые вампиры в дорогих черно — серебряных одеяниях. А чуть подальше на возвышенности стоял огромный белый трон, украшенный золотом и драгоценными камнями, на котором восседала она.

Высокая женщина с длинными серебряными волосами, в алом головном уборе, похожем на кокошник. Белая кожа, заостренные уши, ярко — голубые глаза, леденящий душу взгляд. Грим на ее лице делал глаза более выразительными и острыми, словно клинок. Одета она в черно — белый костюм, облегающий ее идеальное тело, с глубоким вырезом на груди. Туфли на высоком каблуке. Вот уж кому не нужно волноваться о боли в ногах от ношения такой обуви, так это древнейшей вампирше. В руках она держала красный веер, которым прикрывала губы.

Лучиано исчез и появился за столом.

Вот значит как.

Они молчали. Я молчал. Но прекрасно ощущал легкое касание эмпатии. Это касание заставляло меня грустить, вспоминать неприятные моменты моей жизни, а так же испытывать иррациональное восхищение этой женщиной.

- 'Вот, что Убель имел в виду, говоря о возможностях эмпатии', — промелькнула мысль в голове.

Я отстранился от этого касания, полностью сконцентрировавшись на Ехидне. Та применяла все свои силы, чтобы скрыться. Хотя, думаю, ее и так заметили.

— Может не стоит так делать, — вздохнул я. — Отстраниться от вашего потока не так сложно, Маэстро.

Вампирша улыбнулась.

— Твой радиус эмпатии… огромен… — кивнула она. — Впервые вижу настолько одарённого эмпата.

— В вашем мире мои способности особенно сильны, — развел я руками.

— Любопытно… — она встала.

Исчезла и появилась за мной. Это было похоже на Рывок, но я не видел ее перемещения.

— Так кто же ты? — она коснулась моего лица. Я не оборачивался. Не стоит поддаваться на ее провокации. — Симпатичный. Мне нравятся милые мальчики.

Почему‑то сомнений на этот счет у меня не было. Уж слишком она странная.

— Морроу Винд зе Рир, — представился я. — Правитель королевства Дитто.

— Мммм… — она улыбнулась. Исчезла и появилась передо мной. Коснулась когтем моего подбородка, приподняв мое лицо. — Я о таком не слышала.

— Оно потеряно и забыто.

— Ясно, — кивнула она. — Откуда у тебя силы вампира? — она втянула носом воздух. — Ты испил Драгоценной крови… и не раз… — ее алые губы растянулись в улыбке.

— Не только Ла Магра благоволит чудовищам.

— Ты так просто говоришь это в доме, что служит ему, — усмехнулась она.

— Ну, раз вы так открыто служите и Темнейшей, — пожал я плечами. — Семье некромантов такое разрешено.

Ее глаза на миг чуть расширились.

— Структуры ваших умертвий хороши, но имеют слабый узел в районе пояса, — сказал я то, что мне шепнул Яхан.

Маэстро посмотрела на своих советников. Те замялись.

— Интересно… — она отпустила мой подбородок. — Ты действительно интересен, — она вернулась на свой трон. — Дочка Лучиано многое тебе рассказала… — она прикрыла глаза. — Я хочу тебя… вступай в мою семью!

Так и знал, что она дочь Лучиано. Тогда все встает на свои места. Луизы тут я не видел, так что…

Будет интересно.

— И что я получу от этого? — усмехнулся я. — Шинсо среди Инганноморте это действительно большое достижение. А учитывая, что я игрок и Первожрец, такое приобретение будет бесценным.

Она кивнула.

— Твой статус будет Кавальер, — начала она. — Полная поддержка в начинаниях. И свобода религии. Инганноморты, как ты уже мог заметить, не придерживается одной доктрины веры. Мы же не Аббадонати. Что думаешь?

Она прикрылась веером.

Интересное предложение. Убель и Яхан также внутренне согласны, что подобное вполне неплохо. Плюс еще и не придется отказываться от Убеля. Вполне неплохо.