Искра Жизни - Хэйфорд Пирс

как будто этот вопрос не приходил ему в голову. — Даже не знаю. Но, думаю, лет десять-пятнадцать. Они находятся в превосходных условиях. А какая, собственно, разница? Все мы рано или поздно умираем — в том числе и блаженные Сыновья Ноя, чьи души отправляются прямиком к нашему Господу, и мужчины и женщины.

— Понятно. — Эрика побледнела, и ее била нервная дрожь. Она захотела отойти, но по едва заметному знаку преподобного Шема два здоровенных телохранителя преградили ей путь. Я в ярости сделал шаг вперед, но тут третий телохранитель встал между мной и его святейшеством.

— Еще один момент, мисс Велхевен, — преподобный внимательно взглянул на нее. — А вы действительно не знали ничего из того, что я вам сейчас рассказывал?

— Знала? Об этой кошмарной селекционной программе? Конечно же, нет! Откуда мне об этом знать? Да лучше бы и не знать никогда!

— Значит, отец с матерью ничего не рассказывали о…

— Мама умерла пятнадцать лет назад. А всего три дня назад отец сообщил, что я родилась в Завете. Больше я ничего ни о вас, ни о Сыновьях Ноя не знаю, — она с вызовом смотрела на него. — И вообще, зачем вы все это нам рассказываете? Чего мы еще не знаем?

Преподобный Шем, поджав губы, задумчиво смотрел на Эрику.

— Очень немногого, кроме одной вещи: двадцать восемь лет назад наши агенты обнаружили вашу мать и отца в разных концах света. До этого они никогда даже не слышали друг о друге. Однако наши генетики определили, что результат их союза станет исключительно важным, возможно, даже решающим для всего проекта звеном в цепочке, ведущей нас к возрождению Ноя. И за более чем солидное денежное вознаграждение ваши родители согласились приехать в Завет и сделать свой генный вклад в наш проект.

Эрика побелела, как мел. Такой я ее еще не видел.

— Вы хотите сказать…

— Да. Вы представляете собой четырнадцатое поколение дарительниц. И без вашего уникального генетического вклада проект просто не может быть продолжен.

Глава 11, Отражающие поля и адское пламя

В его преподобных объятиях Эрика выглядела так, будто внезапно очутилась в руках огромной зеленой жабы.

— То есть вы хотите сказать, что… что хотите от меня ребенка, который…

— С вашей стороны, миссис Велхевен, будет достаточно вашей единственной яйцеклетки. Вам не придется самой вынашивать ребенка. И, кроме того, вы будете соответствующим образом вознаграждены за ваши усилия.

— Но это же безумие. Не можете же вы вот так просто… — она спохватилась и взглянула на преподобного Шема. — Вы утверждаете, что заключили контракт с моими родителями… чтобы они… зачали меня. А потом передали меня вам. Тогда почему же я не здесь? Почему же я не начала производить для вас детей с трехлетнего возраста, или когда там вам было нужно?

Святоша поджал губы, отчего выражение его лица сделалось куда более опасным.

— Мы совершили ошибку, — отрезал он. — Мы считали, что они… ваши родители… стали настоящими приверженцами истинной Веры, что они избрали путь к спасению. Но вместо этого… вместо этого… — его глаза блеснули, будто он заново переживал предательство во всей его полноте —…они, как истинные слуги дьявола, кем они и являлись, ждали, пока твоя мать не родит, пока они не получат обещанных денег, а потом просто исчезли! Говорю вам, они бежали из Завета и просто исчезли. Мы искали их двадцать шесть лет! Я так и не понял, как им удалось сбежать. Но наш проект пришлось отложить на двадцать шесть лет, и все это время мы искали… тебя! — Тут его голос заметно смягчился, и взгляд снова стал насмешливым. — И вот, миссис Велхевен, вы, наконец, здесь. Поистине, пути Господни неисповедимы!

Эрика поджала губы.

— Думаю, да. И вот еще чудо, о котором не могу не рассказать. На прошлой неделе, отправляясь сюда, я сходила в фертиклинику и получила очередное противозачаточное. Так что следующая овуляция начнется у меня примерно через год — плюс-минус неделя. — Теперь я заметил, что ее губы искривлены в некоем подобии иронической усмешки. — Почему бы вам не встретиться со мной через год или около того… хотя могу сообщить вам прямо сейчас, что никаких плодов вам это не принесет.

— Так это правда, что в течение года вы не сможете забеременеть?

— Я же вам только что это сказала. Отнюдь не все женщины хотели бы провести жизнь в роли устройства для размножения, — она с вызовом взглянула на преподобного Шема.

Святой человек вздохнул.

— Я ведь уже говорил вам, что двадцать шесть лет назад мы допустили ошибку с вашими родителями. И больше этой ошибки мы не повторим, — он указал на двух телохранителей, стоявших за спиной Эрики. — Весь следующий год вы будете нашей почетной гостьей и, как я уже упомянул, вас ждет более чем приличная компенсация.

— Благодарю, но, у меня имеются собственные планы на следующий год. — Она вырвала руку у охранника и бросилась ко мне. Я оттолкнул стоявшего передо мной.

После этого события развивались очень быстро. Охранники Эрики схватили ее за плечи и потянули назад. Мой попытался сделать то же со мной. Я резко ударил локтем в кадык, он отшатнулся, с трудом переводя дыхание. Преподобный Шем поднял руку, призывая на помощь охрану в форме, а потом постарался убраться подальше от драки. Но недостаточно быстро.

Эрика каким-то образом ухитрилась выхватить нейродеструктор, спрятанный под блузкой. Она нажала на выключатель и привела прибор в действие. Вокруг нее возникла голубоватая сфера, и оба охранника начали корчиться от боли. Поверхность мерцающей сферы на мгновение коснулась ноги ретирующегося преподобного Шема, и тот, издав сдавленный вскрик, тоже зашелся в пляске святого Витта.

— Смотри, меня не задень! — заорал я, видя, что Эрика готова броситься ко мне в объятия. — Включи поле, отталкивающее поле! — Мои толстые пальцы лихорадочно искали под одеждой защитные устройства, весьма небрежно размешенные там несколько часов назад. Эрика резко остановилась на беломраморном полу за мгновение до того, как краешек поля нейродеструктора коснулся меня. Через секунду поле исчезло, и я бросился к ней, чтобы мое защитное поле смогло закрыть нас обоих.

Я опоздал буквально на долю секунды.

Охранники окружили нас со всех сторон. Один из них включил собственное отталкивающее поле… И Эрика оказалась внутри. Я с размаху наткнулся на упругую поверхность и отлетел назад. Тут же спины коснулась граница другого поля, но не смогла захватить меня. Я впал в отчаяние: не оставалось ничего иного, как активировать свое поле.

Наступило патовое положение. Четверо нападающих и я пялились друг на