Гонки на выживание - Хилари Норман

9

В течение трех суток после того, как Андреас высадил его у дороги на Эмменбрюкке, Даниэль передвигался в дневное время, а по ночам спал в сараях или в стогах сена, стараясь как можно экономнее расходовать припасенную для него Андреасом еду. Лодыжка все еще болела, новая одежда выглядела прилично, но была тесна; он страшно боялся, что кто-нибудь украдет деньги, прожигавшие ему карман.

На четвертый день Даниэль спрятался неподалеку от придорожного кафе, где обычно останавливались перекусить водители-дальнобойщики, и стал ждать благоприятного случая. Он представился наконец в виде большущего грузовика, везущего электрооборудование в Берн, столицу страны. Все это Даниэль выяснил для себя, пока шофер, разговорившийся с каким-то коллегой, заходил в ресторан. Мальчик выждал, пока за ними закрылась дверь, потом подбежал к грузовику, забрался в кузов и приготовился к новому долгому ожиданию.

В Берне он направился прямо к железнодорожному вокзалу и, прячась в товарных вагонах, добрался в Лозанну.

На вокзале в Лозанне он купил в аптеке ножницы, шампунь и мыло, после чего провел около часа в мужской уборной: вымыл голову, подстригся и причесался. Покончив с туалетом, Даниэль взглянул на себя в зеркало впервые после побега. На него смотрел незнакомец. Выбравшись из лагеря, он все еще выглядел как двенадцатилетний ребенок: щуплый, испуганный и слишком юный, чтобы выходить на улицу без мамы. С того дня прошло чуть больше месяца, но он сильно вытянулся, выглядел скорее сухопарым, а не тщедушным, настороженным, а не испуганным, а главное – повзрослевшим.

Покинув вокзал, Даниэль свернул налево и попал на широкую площадь с прекрасной старинной церковью посредине. Он был ошеломлен, но не встревожен: перед ним открывалось новое начало. Не надо больше бежать, прятаться, воровать по мелочи. Благодаря Андреасу Алессандро у него появился шанс, и этот шанс Даниэль не намерен был упускать ни за что на свете. В этот вечер он мог себе позволить заплатить за ночлег. Завтра надо будет разработать новый план действий. Он был свободным человеком.

Даниэль нашел себе место для ночлега на авеню де Милан, где в довольно обшарпанном доме сдавались комнаты.

Консьержка оказалась женщиной лет пятидесяти с небольшим. Судя по всему, Даниэль произвел на нее благоприятное впечатление. Она поинтересовалась, откуда он родом.

– Цюрих, – отрывисто ответил он, отпивая кофе из огромной кружки и намазывая джем на один из поданных ею чудесных слоеных рогаликов.

– Et vos parents? [8]

– En route [9], – сказал он, надеясь, что она этим удовлетворится. Немного подумав, он осторожно спросил ее по-немецки: – Нет ли у вас пишущей машинки, мадам? – и показал жестами, как заправляют бумагу и нажимают на клавиши.

Она кивнула.

Письмо, напечатанное им на одном из листов фирменной бумаги фирмы Пфиштер—Алессандро, гласило, что Даниэль Зильберштейн, шестнадцати лет, является, несмотря на молодость, сильным, прилежным и честным работником. Размашистую, с замысловатым росчерком подпись совершенно невозможно было разобрать.

«Мое последнее преступление», – подумал Даниэль.

Вооружившись местной газетой, словарем и картой города, он с трудом продирался сквозь частокол объявлений, сбитый с толку обилием вакансий. Правда, в Лозанне для него ничего подходящего не нашлось, но в городе Веве, в ресторане «Леман» требовался помощник на кухню.

Даниэль посмотрел на карту. Веве находился к востоку от Лозанны, на берегу Женевского озера. Туда можно было добраться на автобусе.

Ресторан «Леман» оказался скромным заведением с побеленными стенами, синими деревянными ставнями и наличниками. Когда Даниэль отыскал его, было уже два часа пополудни. Некоторым запоздалым посетителям еще подавали ленч. День стоял теплый и солнечный, поэтому многие расположились в саду. Единственный официант был вынужден разрываться между садом и залом.

– Что вам нужно? – недовольно спросил он у Даниэля.

Даниэль протянул газету и указал на объявление.

– Вам нужен хозяин, месье Брессон, – сказал официант и дернул подбородком в сторону дома.

Даниэль вошел внутрь. Там было прохладно и полутемно. Стены были чисто выбелены, единственным украшением служила коллекция пустых винных бутылок, связанных зеленым шпагатом и подвешенных над баром.

За стойкой бара стоял высокий коренастый мужчина в фартуке в голубую и белую полоску.

– Месье Брессон? – обратился к нему Даниэль.

Мужчина обернулся. Он оказался толстым, его фартук был весь в пятнах, три подбородка затряслись, когда он улыбнулся.

– Это я.

Даниэль показал ему объявление и ткнул в себя пальцем.

– Vous ne parlez pas francais? [10] – Бресссон поджал губы.

Даниэль покачал головой.

– Я учусь, – сказал он, вытащив словарь из сумки.

Брессон пожал плечами, потом улыбнулся.

– Eh bien [11]. По крайней мере ты стараешься. – По-немецки он говорил запинаясь, но вполне сносно. – Брессон развязал фартук и бросил его на стойку бара. – Идем. Я покажу тебе кухню.

Даниэль пошел за ним. Кухня была не то чтобы грязной, но и назвать ее чистой тоже было нельзя.

– Мне нужен мальчишка, чтобы поддерживать чистоту в кухне, убирать в ресторане и помогать моему шеф-повару. Сил-то у тебя хватит? – с сомнением спросил Брессон.

Даниэль достал из сумки рекомендательное письмо и протянул его Брессону.

– Рекомендация? – спросил Брессон с насмешкой, но все-таки стал читать. – Нет опыта работы в ресторанах?

– Нет, месье. Но мне нравится еда.

Брессон расхохотался. Что-то в этом мальчике его смущало, но даже вопреки своим сомнениям он почувствовал к нему симпатию.

– Плата невелика, – предупредил Брессон. – Жилье у тебя есть?

– Пока нет, месье.

Брессон вновь пожал плечами.

– Можешь остановиться здесь, если хочешь. Наверху над рестораном есть комната. Платить за нее не нужно.

Даниэль попытался скрыть свое радостное возбуждение.

– Мне бы это очень подошло, месье.

Брессон бросил взгляд на рекомендательное письмо.

– Тебе шестнадцать?

Он был уверен, что мальчику не больше четырнадцати.

– Oui, Monsieur.

Брессон задумался. Еврейский мальчик, практически совсем еще ребенок, один-одинешенек. И родом наверняка из Германии, а не из Швейцарии… Что ж, беженцы теперь повсюду. Правительство запрещало частным лицам оказывать им помощь, но ведь доказательств у него нет, не так ли? К тому же он нуждался в дополнительной паре рук не меньше, чем этот мальчуган нуждался в еде, работе и крыше над головой.

– Документы у тебя есть?