Три - Сара Лотц

— Черт, надеюсь, это был не тот ребенок.

Пусть это и нехорошо прозвучит, но даже то, что на борту самолета «Сан Эйр» был один американец, не сделало эту катастрофу более реальной для нас. Даже тот факт, что там погиб один из наших соотечественников.

В пятницу утром наш командир сказал, что нужны добровольцы из подразделения гуманитарной помощи для обеспечения безопасности в районе катастрофы и расчистки посадочной площадки для вертолетов, чтобы спасатели могли ближе подобраться к этому месту. На инструктивном совещании он сообщил нам, что в том направлении движутся толпы родственников погибших, а это мешает проведению работ соответствующих служб. Пресса также способствует тому, чтобы превратить все в полный бардак, некоторые из корреспондентов даже получили травмы или заблудились в лесу, так что их самих теперь требуется спасать. Я был удивлен, что японцы захотели, чтобы к этому подключились мы. Конечно, между Штатами и Японией существует взаимопонимание, но местные все равно норовят все делать сами — думаю, тут все дело в гордости. Но наш командир объяснил, что их сильно критиковали за то, что после крушения сверхскоростного пассажирского экспресса в конце девяностых они сваляли дурака и сильно напортачили, действуя в одиночку: недостаточно быстро согласовали свои действия, ждали, пока раскрутятся шестеренки бюрократической машины, работали только тогда, когда получали команду от начальства, ну и всякие подобные вещи. За это люди заплатили своими жизнями. Я сразу вызвался, и Джейк тоже. Нам сказали, что мы будем работать в тандеме с группой ребят из расположенного неподалеку лагеря JGSDF, и Йодзи, японский рядовой, которого прикрепили к нам в качестве переводчика, начал по пути рассказывать нам об этом лесе. Он сказал, что у него очень плохая репутация, потому что там покончила с собой масса народу. Самоубийств тут так много, что полицейские вынуждены были разместить на деревьях камеры видеонаблюдения и в лесу полно неопознанных трупов, пролежавших здесь много лет. Еще он сказал, что местные стараются держаться от этого места подальше, считая, что его охраняют обозленные духи мертвых, души, которые не могут найти упокоения, или еще что-то в этом роде. Я не слишком-то знаком с духовной жизнью японцев, знаю только, что они верят, будто души животных могут вселиться во что угодно, от человека до стула, или как-то так. Но прозвучало все это уж больно натянуто, чтобы быть похожим на правду. Большинство наших стали чесать языками и отпускать всякие шуточки по этому поводу, но Джейк тогда не сказал ни слова.

Должен сказать, что поисково-спасательная группа и ребята из JGSDF неплохо поработали, чтобы обеспечить безопасность этой зоны, особенно учитывая, с чем там пришлось иметь дело, однако им серьезно не хватало личного состава. У них просто не было возможности контролировать всех, кто шатался вокруг палаток полевого морга. После инструктажа меня, Джейка, кое-кого еще из нашего батальона, а также команду японских ребят направили прямо на место крушения, а всех остальных послали обеспечивать охрану палаток морга, помогать доставлять продукты и устанавливать временные туалеты.

Командир сообщил нам, что ребята из поисково-спасательной группы и JTSB уже нанесли на карту место, где при ударе выпало больше всего тел, и теперь они сносят трупы в палатки. Мэм, там было очень холодно и вообще хреново, а еще появился этот запах. Трупов и так было уже слишком много, а их все продолжали и продолжали доставлять.

Нам выдали костюмы биологической защиты, которые мы задолбались напяливать поверх снаряжения, а потом нас еще отправили в марш-бросок через лес. Само это место… этот лес… Мэм, я не сразу смог приспособиться к нему. Не могу сказать, что страдаю слишком уж богатым воображением, но эта местность казалась… неправильной, что ли, и не только из-за всей той ереси, которую Йодзи рассказывал нам по дороге сюда. При том, что здесь повсюду встречались родственники погибших, спасатели, мужчины и женщины из JTSB, японские военные, а также эти долбаные репортеры всех мастей, она все равно казалась какой-то… заброшенной. А эти деревья, они были такими причудливыми. Они выглядели так, будто их просто поставили на землю, будто они в любой момент могут взять и пойти, как в каком-нибудь научно-фантастическом фильме, «Аватаре» или подобном дерьме. А еще там были дыры в грунте под ногами, как будто сама земля следила за нами. Тогда я понял, почему тут могло быть спрятано так много трупов, в таких краях очень легко затеряться.

По мере того как мы подходили ближе, начали попадаться первые следы катастрофы. Как я уже сказал, большинство тел были отмечены на карте и запакованы, но спасатели добрались еще не до всех.

Мэм, я не знаю, насколько вы хотите, чтобы я вдавался во все эти подробности для вашей книги, знаю только, что в основном вас интересует Джейк, но я хочу дать вам представление, на что это было похоже. Когда я был еще в школе, мы учили старинную песню «Странный фрукт». О суде Линча, который устраивали на далеком Юге. О том, что висевшие на ветках деревьев тела напоминали какие-то странные фрукты. Именно это мы и видели там. Именно это и стало попадаться нам на тех причудливых деревьях, когда мы приблизились к месту, куда упал корпус самолета. Только вот большинство этих тел не были целыми. Некоторых из наших парней тошнило, но мы с Джейком выдержали.

Но все-таки хуже всего было то, что вокруг места происшествия бродило много гражданских, которые без устали звали своих родителей, родственников или просто близких людей. У многих из них были с собой приношения — еда или цветы. Позже Йодзи, которого назначили разбираться с ними и уводить подальше отсюда, рассказывал, что натолкнулся на одну пару, которые были настолько уверены, что их сын остался жив, что принесли с собой смену белья.

Как я уже говорил, команда JTSB и поисково-спасательная группа действовали очень эффективно. Нас с Джейком направили помогать этим ребятам вырубать деревья для подготовки вертолетной площадки, и, хотя работа это была тяжелая, она все же уводила нас от обломков крушения и отвлекала наши мозги от того, что мы там видели. Ребята из NTSB сделали это только на следующий день, но к тому времени все стало гораздо более организованно.

Наш командир сказал, что на эту ночь мы должны будем остаться на месте, и нас поместили на ночлег в одной из этих долбаных палаток. Никто этому не обрадовался. Все, до самого последнего рядового, были напуганы тем, что придется провести ночь в этом жутком лесу. И не только из-за того, что мы видели там днем. Мы даже разговаривали только шепотом — здесь почему-то казалось неуместным говорить в полный голос. Некоторые из парней пытались шутить по этому поводу, но шутки остались без ответа.

Примерно в три ночи я проснулся от отчаянного вопля. Похоже, кричал кто-то вне палатки. Многие из нас вскочили и выбежали на улицу. Черт, адреналин так и кипел в моей крови. Но мы мало что могли увидеть из-за опустившегося тумана.

Один из парней — думаю, это был Джонни, чернокожий чувак из Атланты, славный малый, — вытащил фонарь и посветил вокруг. Луч его, который дрожал, потому что у парня тряслись руки, выхватил из темноты фигуру в нескольких метрах от нас. Человек стоял на коленях, и, когда он обернулся в нашу сторону, я увидел, что это Джейк.

Я спросил у него, какого черта тут происходит. Он выглядел совершенно ошеломленным и только покачал головой.

— Я видел их, — сказал он. — Я видел их. Людей без ног.

Я затащил его обратно в палатку, и он тут же уснул. На следующий день он наотрез отказался говорить о том, что произошло ночью.

Джейку я этого не говорил, но, когда я рассказал о случившемся Йодзи, тот сказал:

— У японских привидений нет ног.

А потом добавил, что японский час колдовства — уши-мит-су, никогда не забуду это слово, — как раз три часа ночи. Должен признаться, что я снова здорово перепугался, когда услышал слова последнего послания Памэлы Мэй Доналд. То, что она там говорила… черт, это было слишком похоже на то, что в ту ночь я услышал от Джейка. Думаю, тогда я решил, что на него просто сильное впечатление произвел рассказ Йодзи.

Остальные парни, ясное дело, еще очень долго морочили Джейку яйца по этому поводу. Это продолжалось даже после того, как мы вернулись в Кэмп-Кортни. Знаете, всякие подколки типа «Что, Джейк, а сегодня мертвых видел?».

Джейк не реагировал на это. Думаю, примерно тогда он и начал переписываться по электронной почте с тем пастором из Техаса. До этого он никогда не был особенно религиозным. Лично я никогда не слышал, чтобы он упоминал имя Господа или Иисуса. Думаю, он через «Гугл» собирал информацию о том лесе и катастрофах самолетов и натолкнулся на адрес вебсайта этого пастора.

Джейк не поехал с остальной частью нашего отряда, когда нас послали помогать в спасательных работах после наводнения на Филиппинах, он был болен, по-настоящему болен. Острые боли в животе с подозрением на аппендицит. Хотя теперь все считают, что он придуривался. До сих пор неизвестно, как он выбрался с острова. Считают, что он мог нанять рыбацкую или китобойную шхуну, которая вывезла его, что-то в этом роде. А может, это были тайваньские контрабандисты, которые перевозят в тех краях мальков японского угря или метамфетамин.