Затруднение Джареда - Кей Хупер

Вульф удивил Данику, но она не могла точно сказать чем. Ростом, он был, футов шесть, крепко сбит, со слегка взъерошенными, темно — рыжими волосами и очень проницательными голубыми глазами; эти глаза буквально загорались, стоило ему взглянуть на Шторм, — что бывало частенько, — но в остальное время успешно скрывали все его мысли. Даника чувствовала скрытое напряжение между ним и Джаредом, что было неудивительно, потому что Джаред использовал как наживку для вора ту самую коллекцию, за охрану которой отвечал Вульф.

Она также почувствовала — Морган была настороже в отношениях с этими двумя, что заставляло Данику снова вспомнить, о вере Морган в то, что эта пара могла представлять угрозу загадочному Куинну. Идя с Джаредом по одному из коридоров второго этажа, Даника спросила:

— А Морган знает про ловушку?

— Я надеюсь, что нет, — последовал незамедлительный ответ. — Слишком много людей уже в курсе. Макс ей не говорил, но он считает, что она либо знает, либо подозревает о происходящем. И, вероятно, прав. Но если Морган действительно знает, то необычайно спокойно на это реагирует.

Даника мягко заметила:

— Может быть потому, что ни один из вас ей не доверяет.

— Возможно, — Джаред колебался секунду, потом добавил, — Она тебе говорила, что встретила Куинна несколько недель назад?

— Да, — по тому, как он задал вопрос, Даника поняла, что Джаред не знает о недавней встрече. Она испытала легкое чувство вины за то, что не сказала об этом, но промолчала потому, что именно Морган решала, кому и что рассказывать.

Джаред больше не упоминал Морган, но сказал несколько сухо:

— Вероятно, мне следовало бы поинтересоваться, не виделась ли ты с Куинном в процессе своей карьеры.

— Нет, но была очень близка к этому года этак полтора назад. Я ехала в Лондон, чтобы оценить изумрудное ожерелье, но, очевидно, Куинн добрался туда первым. По крайней мере, именно его обвинили в краже.

— Дай угадаю. Ожерелье исчезло в облачке дыма?

Даника не могла не улыбнуться в ответ на его саркастичное замечание:

— В прессе предпочитают делать из Куинна волшебника, верно? Или, в какой — то степени, сверхъестественное существо. Как будто некоторые репортеры верят, что никто из людей на подобное не способен.

— Ловкость рук, некоторый талант и чистое везение, — критически заметил Джаред. — Это достаточно по-человечески.

Она взглянула с любопытством на своего приятеля.

— Он тебя не впечатлил.

Джаред легко взял ее за руку и повел в южное крыло первого этажа, где находились самые интересные коллекции драгоценностей музея. Она подумала, что Джаред ей не ответит, но остановившись перед витриной, полной различных статуэток, он, наконец, заговорил.

— Кстати сказать, он меня очень впечатлил, но, совершенно не тем, что волнует прессу и общественность.

Даника высказала догадку:

— Потому что ты доподлинно знаешь, насколько мастерски проделаны эти ограбления.

— Что-то вроде этого, — Джаред посмотрел на нее сверху вниз и улыбнулся. — Почему мы обсуждаем кота — грабителя?

— Ты поднял этот вопрос, — напомнила она ему. — Я всего лишь спросила, знает ли Морган о ловушке.

— Ну, тогда давай поговорим о чем-нибудь другом.

— Я за.

Джаред выбрал самую безопасную тему для разговора. И, так как Даника находила коллекцию ювелирных украшений музея интересной, как с профессиональной точки зрения, так и с личной, то она без особых усилий поддерживала разговор, пока Джаред показывал ей это крыло. Правду сказать, в течение часа он настолько успешно восстановил обычную приятельскую атмосферу между ними, что она была ошеломлена, когда внезапно Джаред толкнул ее в темный угол.

— Что…

— Тсс, — предупредил ее мужчина шепотом. Он взял её за плечи крепко, не причиняя боли, своими руками, а тело наполовину скрыло Данику, так что она могла видеть только то, что было за ним.

Они оказались в большой комнате, выходящей в главный коридор, где никого кроме них не было. Сама комната была слегка затемнена, только с включенной подсветкой витрин, чтобы представить ювелирные украшения с лучшей стороны. И темный угол, выбранный Джаредом, хорошо скрывал их от любого внимательного взгляда проходящего через коридор человека.

Двое тихо беседующих мужчин, шедших через зал с драгоценностями, всего лишь мельком заглянули в комнату и проследовали мимо. Однако Даника хорошо рассмотрела обоих. Первый — Кеннет Дуган, куратор музея, чей взволнованный вид не мог скрыть его ум или амбиции, второй — очень красивым мужчиной лет сорока, худым, но мускулистым, в движениях которого была видна ленивая грация.

Когда затихли звуки их шагов, Джаред несколько задумчиво сказал, — Извини, но я не хотел, чтобы он тебя увидел.

Так как она прежде встречала Кеннета Дугана вместе с остальными, Даника поняла, что Джаред имел в виду второго мужчину. — Лео Кессиди?

Джаред посмотрел на нее. — Он узнал бы тебя?

— Я полагаю да, потому что оценивала для него браслет около четырех месяцев назад. Но ты же, разумеется, не думаешь, что он представляет угрозу? Я имею в виду…

— Не доверяю ли я Лео Кессиди? Не особенно. К тому же, он хороший приятель Макса. Но он коллекционер, что автоматически включает его в список людей, которые крайне заинтересованы в коллекции Баннистера. Я бы не хотел делать исключения, хотя бы из соображений безопасности. Дани, я бы не хотел афишировать твое участие в подготовке выставки пока коллекция не будет доставлена сюда. Полагаю, что так будет безопаснее.

Даника не ответила сразу же не потому, что расстроилась из-за его осторожности. С точки зрения безопасности такое решение имело смысл. Она молчала потому, что в этот момент почувствовала близость с ним. И то, как темно в этом затемненном уголке. И что они были здесь одни. Она не могла отвести взгляд от его лица.

Странно. Даже при таком освещении его глаза были четко видны. Девушка подумала, что узнала бы его даже в полной темноте, где бы то ни было. Не удивительно, что она никак не могла его забыть.

— Дани. — Его голос стал глубоким и хриплым, а руки крепко держали ее за плечи. — Не смотри на меня так.

— Как? — прошептала она, только теперь осознав, что из-за их положения он видит ее лучше.

Казалось, что он задохнулся.

— Как будто ты хочешь меня.

Чувство здравого смысла подсказывало Данике, что ей следует отвернуться, отойти — сделать что-то, чтобы оборвать связь между ними. Девушка проигнорировала это предупреждение даже, несмотря на то, что именно она предложила не спешить. Дани почувствовала, что больше не может с этим бороться, и для нее не имело значения то, что они находились в комнате общественного музея, где существовала высокая вероятность того, что им помешают.