Интеллект, семья и дети. Портрет на фоне свадебной фаты - Ева Весельницкая

Как мы уже отмечали, в любом целом можно выделить несколько обязательных аспектов, которые будут присутствовать в любом объеме, о котором мы говорим как о целом.

Всегда будет аспект организации, то есть нечто, находящееся в фундаменте.

Аспект функционирования как некое предъявление результата и продукта деятельности, жизни этого целого.

Обязательно будет аспект связи, через который осуществляется взаимодействие с тем большим целым, в который этот объем вписан, а также через него будет виден фон, на котором правомерно рассматривать данный объем как целое.

И, естественно, самое главное и самое сложноусмотримое, — это точка координатора, или аспект координации, то, что придает данному целому при тождественных прочих элементах структуры неповторимость, качественную определенность и уникальность в отношении всех других целых.

Посмотрим: семья как целое.

Что может в данной ситуации служить аспектом организации?

Я придерживаюсь взгляда на семью как на союз мужчины и женщины, и не собираюсь менять своих подходов в этом, что бы политкорректность об этом ни говорила. С моей точки зрения, семья — это обязательно союз мужчины и женщины. Тогда мы говорим о том, что в аспекте организации этого целого находятся мужчина, женщина и тот ресурс, которым они обладают: дом, финансы, профессии. Все то, чем они обладают и что делает их совместную жизнь возможной и реальной.

С той позиции, с которой я смотрю на семью, у семьи есть только один возможный продукт, аспект функционирования, — это дети. Может быть, именно это объясняет, что все другие варианты совместного проживания людей не могут быть признаны семьей просто потому, что они не могут давать роду человеческому продолжение из своей структуры. Конечно, женщина может родить ребенка вне брака и вырастить его и т. д. Но это не семья с моей точки зрения, это просто такой вот шаг для себя и для других — удовлетворение каких-то потребностей, пополнение вида человеческого. Здесь нет структуры семьи. А следовательно, ребенок как продукт не будет обладать тем частным и социальным опытом семейной жизни, который дает семейная жизнь родителей.

С позиции, которую я предъявляю, семья действительно такое целое, которое создается, чтобы дети стали его продуктом. Не только на уровне биологии, но и на уровне социальном — новым людям, входящим в жизнь, семья может дать мир, опыт, знания, умения, возможности. А на уровне идеальной природы — исполнение смыслообразующего желания предъявить миру нового человека и себя как тех, кто может этому человеку помочь в мире проявиться, опираясь на идею о том, что каждый новый человек приносит с собой новый мир и новое знание. Я исхожу из того, что знания — это люди, и потому рождение каждого следующего ребенка для меня — увеличение знания, сокровенного, подлинного знания, неповторимого, индивидуального, которое может принести только новый человек. И появление каждого нового ребенка на этом свете, с моей точки зрения, гораздо более значимо, чем рождение сверхновой. А появление ребенка в такой опробованной и испытанной человечеством структуре, как семья, увеличивает шансы на то, что не просто пополнится вид под названием «человек», но перейдет в будущее культурный и социальный опыт, проявится новое знание.

Наверное, все это может случиться и вне структуры семьи и случается регулярно. Тут дело, на мой взгляд, в увеличении шансов на то, чтобы все возможное было дано новому человеку. И с моей точки зрения, семья — пока лучшая система, чтобы эти возможности предоставить.

На аспекте связи у целого «семья» будет социально-психологический мир, из которого вышли или в котором живут родители в момент решения о создании этой семьи. Это может быть один социально-психологический мир, на фоне которого существует семья, он может быть достаточно широк или, наоборот, замкнут. В зависимости от этого будут складываться традиции семейной жизни и традиции воспитания детей и новое поколение, даже бунтуя, будет иметь в своем опыте такой вариант жизни. Или это может быть в пределе социальное сообщество людей, если люди рассматривают свое решение об объединении в семью как часть своей предъявленности, включенности в социальное сообщество. Как долг, который они взяли на себя перед обществом, многое им давшим: образование, ресурс.

А в аспекте координации оказывается сама семья, ее мы и рассматриваем. Здесь начинается самое интересное, потому что содержанием аспекта координации могут быть вещи совершенно различные. Вернемся на минуту к другим аспектам, с которыми более или менее все очевидно.

Аспект организации, как ресурсная база для аспекта функционирования, всегда будет играть роль сдерживающую. И здесь продолжение рода регулируется материальным ресурсом.

Понятно, что в аспекте функционирования количество ресурса зависит от многих факторов: от здоровья и образованности родителей, от их профессии, от их продвижения по социальной лестнице. Ресурса может становиться меньше или больше.

И в аспекте функционирования люди также реально чувствуют ограниченность ресурса, размышляя, скольких детей они действительно в состоянии воспитать, скольких детей они могут действительно по их понятиям достойно вооружить и подготовить к жизни. Насколько у них хватает ресурса, как физического и материального, так и эмоционального и интеллектуального.

Объем аспекта связи зависит от «внешнего зеркала» — на каком фоне люди чувствуют себя реально, во что они включены психологически, социально и интеллектуально: на фоне своего социально-психологического мира, реально включенными в него, или, скажем, в свою страну, или в человечество, или в европейское сообщество, или еще в какую-то часть мира, в которую они ощущают себя включенными.

От этого будет зависеть многое. И, кстати говоря, особенности того, для какой жизни они будут вооружать своих детей. Скажем, если мы — фермеры, то для жизни на земле, в том кругу, в котором мы выросли. Или если мы — жители мегаполиса, то для мира огромного города, в котором мы существуем. Или если мы ощущаем себя гражданами Европы, тут тоже будут свои требования, ожидания, соответствия, своя включенность в культурный пласт, свое наследие, свое мироощущение. Обязательно в воспитании, образовании, вооруженности ребенка будут те особенности, которые нужны для мира, к жизни в котором родители его готовят. И чем точнее они будут осознавать это, тем успешнее пройдет процесс вооружения-воспитания.

А вот «семья» в аспекте координации может иметь разное содержание. Это ведь не точка, это некая мегаструктура, еще и с управляющим блоком внутри, которая одновременно и отграничивает семью от внешнего мира, и управляет внутренними процессами, до конца не являясь ни вне, ни внутри целого. Содержанием ее могут быть разные вещи, определяющие качество будущей семьи. От того, из каких соображений люди решили вступить в партнерство, во многом будет зависеть окраска семейной жизни, определяющие черты именно этой семьи, ее акцентуация.

В аспект координации, с одной стороны, могут встать отношения, то есть любовь, то, что люди обычно называют любовью. Тогда социальная структура семьи во многом будет ориентирована на защиту и поддержку частной жизни внутри ее границ. С другой, если баланс нарушится в сторону социального и его законы проникнут внутрь, в семье наступит кризис. Скорее всего, кризис управления с вопросом: «Кто же все-таки власть?». Для семьи, где отношения находятся в координации, то есть управляют — это страшный вопрос. Отношения — непростое занятие, а когда они управляют семейной ситуацией, непростое вдвойне. Однако, удовлетворяя через отношения потребность в эмоциональном контакте, члены такой семьи очень привязываются друг к другу, становятся необходимыми.

Еще содержанием объема «семья» в аспекте координации может быть одинаково принятая, понятая обоими миссия. Люди говорят: «Мы должны что-то оставить после себя на этой земле» — это могут быть дети, дома, деревья. Они ощущают это миссией. Такая семья может быть невероятно крепким союзом, особенно если хотя бы у одного из партнеров стратегия — социальное наследование. Тогда подкрепление официального договора внутренним стремлением заставляет работать семью как систему, добывающую разнообразный ресурс для будущего. Миссия удовлетворяет идеальные запросы, социальная стратегия органично сливается с семейной жизнью. Ну, а биология… Тут как повезет. Однако если брать биологические потребности выживания, то и биология соглашается: стаей выживать легче.

Случаются и рациональные союзы, построенные на понимании, что иметь семью — правильно, то есть чувство долга перед человеческим сообществом, перед родными, близкими. Потому что это надо и правильно. Потому что не сделать это — эгоизм, это плохо и неправильно. Такой вариант может быть. Часто, глядя на такие семьи со стороны, люди немного удивляются отсутствию достаточно пылких выражений чувств или отсутствию единых устремлений у членов семьи. Они как бы немного отдельно друг от друга. Но это тоже вариант жизни, семейной жизни, когда не беспокоит людей неправильность, долги не гнетут. Они сделали все, что посчитали своим долгом перед обществом. И теперь живут, как хотят, предъявляя вовне квитанцию «мы семья — все правильно». Внутри такого союза может зародиться и частная жизнь, это, кстати, тема для целой плеяды советских мелодрам и психологических романов начала XX века. Кризис в таком случае может вызвать чаще всего внезапно завязавшиеся отношения на стороне у одного из членов семьи. Тогда три природы вступают в противоречие, и снова нужно думать, решать, договариваться, как все будет дальше.