Охота на компаньонов - Даниэль Клугер

– Ладно, будем считать, что я вас действительно не поняла, – вяло согласилась Елена, не дослушав его объяснений. – Можете задавать свои вопросы. Но сначала я все-таки хотела бы услышать имя вашего нанимателя.

– Клиента.

– Пусть клиента. Чьи интересы вы представляете?

– Вашего мужа, – серьезно ответил Розовски.

Она вздрогнула.

– Понимаю, что это звучит странно, но, честное слово, я говорю правду. Позавчера ко мне в агентство пришел некий Аркадий Вассерман, совладелец туристической компании «Арктурс» и заявил, что его преследует… Ну, кто именно его преследует, об этом несколько позже. Он обратился ко мне с просьбой об организации охраны. И я согласился. Таким образом, мой наниматель – Аркадий Вассерман.

– Мой муж?

– В некотором роде, – уклончиво ответил Натаниэль.

– Что значит – в некотором роде? – она нахмурилась. – Вы как-то странно все объясняете. Можно сказать, не объясняете вовсе.

– В некотором роде – это значит, что некий человек нанял меня для охраны Аркадия Вассермана. Но… – он замолчал, поднялся со своего места и подошел к злосчастному дивану. Наклонился, потрогал выемку. Выпрямился, повернулся к Елене. – Видите ли, – сказал он беззаботным тоном, будто речь шла о каком-то пустяке, – видите ли, госпожа Вассерман, этот чудный диван – кстати, сколько он стоит?… Впрочем, неважно. Видите ли, вот это – след моего выстрела. То есть, я хочу сказать, – поправился он поспешно, – по дивану стрелял, разумеется, не я. Но выстрел был сделан из моего револьвера… – не давая ей сказать ни слова, он поспешно продолжил: – Ради Бога, не перебивайте меня, я вам сейчас все расскажу. Дело в том, что я оказался свидетелем того, как… словом, того, как был убит ваш муж.

Взгляд хозяйки виллы не выражал ничего. Она словно погрузилась в какие-то свои мысли, весьма далекие от сказанного. Натаниэль даже подумал, что она не слышала его последних слов, он собрался повторить, но тут в лице госпожи Вассерман что-то дрогнуло. Она сказала:

– Мой муж убит из вашего револьвера, – это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

– Вовсе нет, из моего револьвера выстрелили в диван. А его убили из другого револьвера. Или пистолета, не знаю точно.

– Вы хотите сказать, что видели убийцу? – голосом, лишенным интонаций, спросила вдова.

Натаниэль энергично замотал головой.

– Я лежал без сознания, – пояснил он. – Меня отключили. Какой-то сладковато пахнущей гадостью. Очень быстро действующей.

– Зачем?

– Чтобы воспользоваться моим револьвером. И выстрелить из него в диван, – «Вот попробуй рассказывать правдоподобно. Немедленно превращаешься то ли в идиота, то ли в неумелого лжеца, – подумал он с досадой. – И неизвестно еще, что лучше…»

– Что за чушь! – фыркнула Елена Вассерман. – Зачем кому-то стрелять в диван и обязательно из вашего револьвера?

Натаниэль тяжело вздохнул.

– Послушайте, – просящим тоном сказал он. – Я вам сейчас все объясню. Последовательно и подробно. Вы только, во-первых, не перебивайте меня, а во-вторых – постарайтесь поверить в мой рассказ.

– Зачем?

– Затем, что я приехал к вам за помощью.

Елена Вассерман не ответила. Натаниэль тоже не нарушал возникшую паузу. Он подумал, что теперь вдове достаточно будет сообщить в полицию об услышанном, и его немедленно арестуют. Странно, но о возможном аресте сейчас он уже думал даже с каким-то облегчением.

«Отосплюсь, – подумал он. – Отосплюсь в камере. Не буду ломать мозги ни над чем. Ни над счетами, ни над заказами. А Офра будет приносить передачи. Через инспектора Алона.»

Молчание тянулось до неприличия долго. Похоже, вдова полицию вызывать не собиралась. Но и сотрудничать с частным детективом тоже. Натаниэль, присевший было в указанное ему кресло, поднялся и с сожалением развел руками.

– Что ж, извините. Я, пожалуй, пойду, – он направился к выходу.

Елена остановила его.

– Разве я сказала нет? – голос ее звучал спокойно. – Я жду, пока вы начнете рассказывать!

– А… м-м… – промычал Натаниэль растерянно, – я просто не понял, думал, вы не желаете слушать…

Она прервала его нетерпеливым жестом.

– Все началось с визита ко мне очень странного человека, назвавшегося именем вашего мужа, – и Натаниэль, по возможности последовательно, рассказал вдове совладельца «Арктурс» события последних трех дней.

– Ну и ну, – сказала Елена. – По-моему, все это похоже на воспаленный бред. Какие-то угрозы… Какая-то мафия…

– Это было бы бредом, – возразил Натаниэль, – если бы не несколько вполне материальных доказательств. Самые печальные из них – смерть вашего мужа и смерть самозванца, последовавшие одна за другой… – Елена поднялась, и Натаниэль замолчал. Она подошла к бару в углу комнаты, открыла дверцу.

– Выпьете что-нибудь? – не дожидаясь ответа, налила две рюмки, поднесла одну Натаниэлю. – Это коньяк, – пояснила она, видя, что Натаниэль не пьет. – Вполне приличный. Вообще-то я не очень люблю крепкие напитки.

– Я тоже, – признался Розовски и одним глотком проглотил содержимое рюмки – без малейшей связи с последним утверждением.

– Значит, вы хотите провести самостоятельное расследование, – задумчиво произнесла Елена Вассерман, не прикасаясь к своей рюмке. – Бесплатно.

– Бесплатно, да… – Натаниэль сделал неопределенный жест рукой, в которой держал пустую рюмку. – Формально я выполняю заказ человека, поручившего мне охрану вашего мужа. Коль скоро он убит, я должен разыскать убийцу. Это соответствует если не букве, то духу контракта. Тот факт, что он солгал, назвавшись чужим именем, в данном случае не имеет никакого значения. Как и то, какими мотивами он в своих действиях руководствовался.

– Почему бы вам не обратиться к компаньону мужа? – спросила Елена, подойдя к бару и поставив на стоечку нетронутую рюмку коньяком. Детективу она больше не предлагала выпить. – Возможно, он согласится оплатить вашу работу.

Натаниэль покачал головой.

– Представьте себе, что придет к вам человек и скажет: «Меня наняли, чтобы вас убить. Но я не хочу этого делать. Заплатите, и я найду настоящих убийц». По-моему, это похоже на неумелый шантаж.

– Да, возможно… – Елена села на диван. Натаниэль не стал вновь просить ее пересесть. Возможно, алкоголь принес ему некоторое облегчение. Во всяком случае, сидящая на диване женщина более не ассоциировалась у него с убитым. – Скажите, – спросила вдруг она, – а почему я вообще должна вам верить? Рассказ ваш выглядит более чем нелепо.

– Согласитесь, что придумать можно было бы вполне правдоподобную историю, – возразил Натаниэль. – Разве нет? И потом: ответы на мои вопросы никак не повредят вам, даже если предположить, что я убийца, – последнюю фразу он сопроводил беспечной улыбкой.

Елена Вассерман устало махнула рукой.

– Черт с вами, – сказала она. – задавайте ваши вопросы и проваливайте.

– Вы сказали, что ваша жизнь была такой же, как и жизнь сотен других семей. Скажите, вы знали что-нибудь о его работе? Чем он занимается, что представляло собой его предприятие?

– Ничего особенного не представляло, – она отпила из рюмки, которую по-прежнему держала в руке. – Туристическое бюро. Чем занимаются туристические фирмы? Формируют туристические группы, отправляют по оговоренным маршрутам.

– Из Израиля в Россию? – уточнил Натаниэль.

– Из Израиля в Россию, из России в Израиль… – она снова закурила. Поперхнулась дымом, закашлялась. – Вам… вам лучше поговорить об этом с компаньоном мужа. С Артуром.

– Непременно поговорю, – Натаниэль с готовностью кивнул, – но пока что еще пару вопросов к вам. Как полагаете, могли бы интересы вашего мужа – я имею в виду его деловые интересы – пересечься, скажем, с интересами… – он немного замялся. – С интересами криминального сообщества? – еще не договорив, Натаниэль почувствовал, насколько глупо звучит его вопрос. Вообще, все его сегодняшние вопросы почему-то звучали глупо, он уже отмечал это. И не один раз. Он поспешно сказал: – Можете не отвечать, это, пожалуй, не так важно… Поговорим о его компаньоне. В каких они были отношениях?

– В нормальных. Не друзья и не враги. Нормальные деловые отношения, – повторила она. – Компаньоны, одним словом.

– Их что-нибудь связывало? Из прошлой жизни, из Союза.

– Не думаю. Я почти уверена в том, что Аркадий не был знаком с Артуром до репатриации. Разный круг общения.

– Понятно. Вы хорошо его знали?

– Нет. Меня вообще мало интересовали дела мужа. А он не стремился влезать в мои дела. Я имею в виду – профессиональные занятия.

– Скажите, а вы как-нибудь участвовали в работе мужа? – задал Натаниэль следующий вопрос. – Я имею в виду: может быть, руководили какой-нибудь группой. Или сопровождали группу.

Елена покачала головой.

– Я же говорю – меня его работа не интересовала. Я по профессии искусствовед. Собственно говоря, мое отсутствие было связано с моей работой. Я собирала материал для книги.