Нон Лон Дон - Чайна Мьевиль

– Понятно, они все нам растолкуют,- закончила за него Диба.- Ну хорошо.

Она обменялась с Занной возмущенными взглядами. Было совершенно ясно, что от Обадэя никакого толку не добьешься, а тем более от Скула, который в своем скафандре говорить не мог, и вообще непонятно было, как он там дышал.

Идя по улице, девочки удивленно оглядывались на небольшие группы местных жителей, которые жадно читали граффити – надписи на стенах домов.

– Свежие новости, они всегда интересуют людей,- объяснил им Обадэй.

Большинство жителей выглядели вполне по-человечески (разве что одеты были непривычно пестро). Правда, пропорции отдельных частей их организмов смотрелись порой диковато. Например, выпученные, как пузыри, глаза. Но попадались и очень странные личности – с жабрами или хвостами самой разной длины и формы. Подруги изумленно проводили глазами важно прошагавший мимо куст ежевики, затянутый в костюм, над воротником которого торчал пучок колючих стеблей, украшенных листьями и черными ягодами.

Автомобилей не было вообще, зато было множество всяких других средств передвижения. Например, тележки с впряженными в них животными совершенно фантастического обличья. Но больше всего было транспортных средств, приводимых в движение с помощью педалей. Хотя на велосипеды они были мало похожи. Ну, например, экипаж, напоминающий огромные ходули, на которых сверху громоздились седоки, и передвигающийся странными прыжками. Или длинный транспорт из жести, похожий на сороконожку, где пассажиры восседали в передней части, а педали, которые крутил один из них^располагались сзади. Один ездок проехал мимо в защитных очках на каком-то транспортном устройстве с девятью колесами.

– Дорогу! Дорогу! – вопил он во все горло.- Дорогу ан-тициклисту!

Порой на пути им попадались расположившиеся прямо на тротуарах кафе. В некоторых домах комнаты выходили прямо на улицу, и хорошо было видно, что они заставлены какими-то ветхими предметами весьма странного вида или не менее странным оборудованием.

– Тут много пустых домов,- заметила Занна.

– Что есть, го есть, что и говорить,- с готовностью отозвался Обадэй.- Впрочем, по большей части они вовсе не пустые, скорее пустующие. Доступ открыт для всякого. Для путешественников, для каких-нибудь компаний, для нищих. В общем, для временного пользования. Теперь мы находимся на

проспекте, который называется Сбродвей. А это Скипидаровое шоссе. А там вон переулок Зубодробителей.

Но они шагали так быстро, что Занна с Дибой не успевали толком ничего разглядеть.

Дома в этом городе были построены, как и в Лондоне, большей частью из красного кирпича, но выглядели ветхими и какими-то, если можно так выразиться, худосочными. Вдобавок они были еще и какие-то изогнутые и скрюченные, словно стояли здесь так давно, что держаться вертикально им было не под силу, и не падали они лишь потому, что их подпирали соседи. Этажи в них тоже громоздились в диком беспорядке и под самыми невероятными углами один к другому. А черепичные крыши все как одна были сдвинуты набекрень, отчего большинство зданий имели вид совершенно разнузданный и лихой.

А кое-где место нормального дома занимало сооружение для жилья, которое домом назвать можно было с очень большой натяжкой.

Например, огромное дерево с толстенным стволом, в ветвях которого висела отдельно спальня, отдельно ванная комната и отдельно кухня, причем стенка каждого из этих помещений (включая и ванную), обращенная в сторону улицы, как правило, отсутствовала. И самое интересное: там действительно жили люди! Кто-то умывался и чистил зубы, а кто вытряхивал прямо над улицей пыльное одеяло.

Или, скажем, такое архитектурное сооружение: гигантский, вырубленный из монолитного камня, крепко сжатый кулак, в пальцах которого, между костяшками, сверкали застекленные окна. Или здание в форме громадного черепашьего панциря: в отверстии, где должна располагаться шея, была устроена дверь, а из спины, украшенной черепашьим узором, торчала печная труба.

Один раз девочки даже остановились, с любопытством разглядывая один дом. Стены его были почему-то выпуклыми, словно кто-то пытался надуть его изнутри. И сложены они были из камней и кирпичей самого разного размера, цвета и формы и смотрелись как лоскутное одеяло.

– О боже,- прошептала Диба,- да оно же построено из старого хлама!

И действительно! Издалека это выглядело как кирпичи. На самом же деле стены были слеплены из скрепленных известковым раствором предметов, уже отслуживших свое и выброшенных за ненадобностью. Тут можно было разглядеть холодильники устаревших моделей, посудомоечные машины, сотни проигрывателей и магнитофонов, старинные фото- и киноаппараты, телефоны, печатные машинки и многое другое. В этом доме имелось и четыре окна, все круглые, как корабельные иллюминаторы. Одно из них было отворено, и девочки с удивлением увидели, что это не что иное, как дверца стиральной машины, вмурованная в фасад этого чудного здания.

– Шуази! И вы, уважаемая Диба,- окликнул девочек Обадэй.- Послушайте, Шуази… То есть, я хотел сказать, Занна. Пойдемте скорее! У вас еще будет время полюбоваться этими чудесными зданиями…

И подруги снова поплелись за игольчатым модельером, а следом послушно запрыгал кефирный пакетик.

– Скажите, а нам долго идти? – спросила Занна.- Это не опасно?

– Не опасно? Гм-м… Это как посмотреть… Что можно понимать под словом «опасно»? Вот кухонный нож, например,- он опасен? А русская рулетка опасна? А мышьяк – как, по-вашему, он опасен? – Всякий раз, произнося слово, производное от «опасности», он шевелил пальцами в воздухе, как бы ставя кавычки.- В общем, все зависит от нашей точки зрения. От ракурса, одним словом.

Девочки беспокойно переглянулись.

– Да-а…- неуверенно произнесла Занна.

– А вот я не думаю, что это зависит от вашего, как вы его назвали, ракурса,- сказала Диба.- Я считаю, что все, что вы тут нам перечислили, просто опасно, и все тут. И нечего тут изображать перед нами вот это…- И она повторила его закавычивающий жест.

– Вот если бы мы тщательно спланировали все заранее, если б отправили сообщение куда следует,- продолжал Обадэй, не слушая ее,- может быть, пригласили бы специалиста-гностехника, чтобы он как следует проверил последнюю информацию, касающуюся нашего маршрута в Андернете – то есть, как вы понимаете, в Подсети,- н-да… если б, куда бы мы ни пришли, на ночевку останавливались в безопасном месте, у друзей, ну, тогда это было бы совершенно безопасно. Вот именно – достаточно безопасно. Безопасновато, я бы сказал. Но вот если б мы не продумали все заранее наперед, если б свернули не в нужную сторону и попали бы не туда, где нас с нетерпением ждут, а, скажем, в Фантомбург, или если встретили бы на пути саблезубых обезьян, или попали бы в местность, где водятся бешеные дома, или, не дай господи, наткнулись бы на стадо жирафов…