Вторая Пуническая война - Михаил Борисович Елисеев

лишь немногие всадники, бежавшие после разгрома кавалерии, да Анероест с группой телохранителей. Беглецы укрылись в холмах, но гордому вождю была нестерпима сама мысль о поражении, и он покончил с собой. Вместе с ним лишили себя жизни и остальные войны.

Битва при Теламоне ознаменовалась невиданным разгромом галлов. По свидетельству Полибия, было убито до 40 000 кельтов, а 10 00 взято в плен (II, 31). В их числе оказался и один из вождей, Конколитан. О потерях римлян сообщает Павел Орозий, обозначив их в 3000 человек (IV, 13, 11). Главным преимуществом квиритов над врагом было их вооружение, оно оказалось лучшее чем у противника. На этот факт в свое время обращал внимание легендарный Марк Фурий Камилл: «У нас приготовлено оружие лучше, чем у варваров, – панцири, шлемы, поножи, крепкие щиты, благодаря чему мы защищаем все тело, а также обоюдоострые мечи и вместо копья дротик, метательный снаряд, от которого не скроешься, – одно оружие оборонительное, такое, что нелегко поддастся ударам, а другое наступательное, что пробьет любую защиту. У тех же головы обнажены, и обнажены грудь и бока, обнажены также бедра и голени вплоть до ступней, и никакой другой защиты, кроме щитов, а наступательное оружие – копья и очень длинные рубящие клинки» (Dion. Hal. XIV, IX). К моменту битвы при Теламоне практически ничего не изменилось, за исключением того, что мечи у галлов стали длиннее.

После победы Эмилий Пап повел легионы в земли бойев и подверг их полному разорению. Захватив огромное количество трофеев, консул вернулся в Рим и отпраздновал заслуженный триумф. Главным итогом битвы при Теламоне было то, что квириты решили завоевать земли Цизальпинской Галлии: «одержав эту победу, римляне возымели надежду совершенно вытеснить кельтов из области реки Пада» (Polyb. II, 31). В следующем, 224 г. до н. э. консулы Тит Манлий Торкват и Квинт Фульвий Флакк вновь повели армию против бойев и без битвы принудили их признать над собой власть Рима. На этом успехи консулов закончились, поскольку резко испортилась погода, начались затяжные дожди, а в армии вспыхнула эпидемия чумы. Правда, Орозий пишет о том, что произошло большое сражение с инсубрами, в котором погибли 23 000 галлов, а 6000 попали в плен. Трудно сказать, насколько данный факт соответствует действительности в свете грядущих событий, поскольку свидетельство Тита Ливия о том, что «Римские войска впервые переходят реку По и в нескольких сражениях разбивают галлов-инсубров, принудив их к сдаче», не проясняет ситуации. В нем писатель мог просто смешать два разных похода – Торквата и Флакка, когда они действительно впервые перешли Пад (По), и Гая Фламиния, разбившего в следующем, 223 г. до н. э. инсубров. Дело в том, что XX книга «Истории Рима от основания города», где рассказывалось об этих событиях, до наших дней не дошла, а сохранилась лишь её краткое изложение в периохах. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

В Риме решили продолжать наступление в долине реки Пад на земли галлов, но всё оказалось не так просто, как хотелось бы сенаторам.

* * *

Сведения о том, как складывалась жизнь Гая Фламиния с момента принятия закона о разделе земель на Галльское поле и вплоть до вступления в должность консула практически отсутствует. Известно только, что он был избран претором и получил в управление Сицилию. Информация об этом содержится в труде римского писателя III века н. э. Гая Юлия Солина и приводится в работе А. Васильева: «Впервые, так как и этот из двух островов [Сардиния. – Прим. А.В.] попал под римское руководство, в те времена была создана провинция: когда в один и тот же год М. Валерий Сардинию, а претор Г. Фламиний другой остров [Сицилию. – Прим. А.В.] получили по жребию»[22] (5, 1). Ливий отмечает, что после Первой Иллирийской войны число преторов увеличено до четырех, и среди победителей на выборах оказался Гай Фламиний. На посту наместника Сицилии претор проявил себя с самой лучшей стороны, о чем содержится намек у Тита Ливия. Под 196 годом до н. э. писатель приводит такие сведения: «В тот год курульные эдилы Марк Фульвий Нобилиор и Гай Фламиний распределили среди народа десять сотен тысяч мер пшеницы по два медных асса за меру. Ее привезли в Рим сицилийцы, чтобы оказать этим честь Гаю Фламинию и его отцу. А Фламиний разделил благодарность со своим сотоварищем» (XXXIII, 42). Понятно, что не просто так решили сицилийцы почтить память давным-давно управлявшего ими человека. Вне всякого сомнения, память о его хороших делах жила среди жителей острова. Всё познается в сравнении, а сицилийцам было с кем и с чем сравнивать деятельность Фламиния-старшего. Вывод напрашивается закономерный: Гай Фламиний оказался не только толковым политиком, способным выигрывать словесные баталии в сенате, но и грамотным администратором. Следующим шагом в его политической карьере должно было стать консульство.

2. Битва на реке Клезис

В 223 г. до н. э. Гай Фламиний был избран консулом вместе с аристократом Публием Фурием Филом. Как только консулы вступили в должность и приняли командование над легионами, началось римское вторжение в Цизальпинскую Галлию. Против захватчиков выступило могущественное племя инсубров, проживающее в долине реки Пад, где находилась их столица Медиолан[23]. Судя по всему, в битве при Теламоне участвовал лишь ограниченный воинский контингент инсубров, поскольку на следующий год они выставили против римлян мощную армию в 50 000 бойцов. Но, с другой стороны, у инсубров не было союзников, к этому времени многие галльские племена либо признали власть Рима, либо не рискнули с оружием в руках выступить против квиритов. Таковы были последствия битвы при Теламоне.

Тем не менее Фламиний и его коллега действовали очень осторожно. Прежде всего они заключили союз с галльским племенем анамаров, прошли через их владения, переправились через Пад и вторглись в земли инсубров. Но что-то пошло не так. Полибий не сообщает подробностей, а лишь отмечает, что во время похода по вражеской территории и при возведении лагеря римляне понесли большие потери. Из чего можно заключить, что на данном этапе инсубры вели против неприятеля малую войну, постоянно терроризируя римлян атаками небольших отрядов. Эта тактика имела успех, и консулам пришлось покинуть земли инсубров. Мало того, они были вынуждены заключить с галлами мирный договор, поскольку опасались новых вражеских атак на обратном пути и больших потерь среди личного состава легионов. При этом очень интересна фраза Полибия о том, что, оставив подконтрольные инсубрам территории, римляне «потом блуждали в течение многих дней» (II, 32). Удача отвернулась от квиритов, поход грозил закончиться полным фиаско.

Наконец римляне вступили на земли союзного племени ценоманов, где консулы стали