Спроси свое сердце - Ванесса Фитч

– Мне кажется, Сэм, – произнесла она твердо, глядя ему в глаза, – что нам следует поговорить.

– Да? И о чем же?

– О сказанном тобой вчера.

– О? Что ты имеешь в виду? Вчера я много чего наболтал.

Джейн с удивлением заметила, что он выглядит несколько побитым, а на его щеках появился виноватый румянец.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я, Сэм. Даже до того, как ты вчера выложил мне кучу глупостей о наших отношениях с Майклом, ты все делал для того, чтобы мы не сработались. Все эти гадкие реплики, взгляды… И все потому, что я тебя отвергла. Ты ведь очень умный человек, Сэм, – тебе не кажется, что ты ведешь себя, как последний дурак?

По лицу Сэма Джейн видела, как в его душе борются два стремления: ответить на ее оскорбительный тон и на ее прямоту. Он не был очень умным человеком. А по сравнению с Мартином Сэм казался просто кретином. Но это вовсе не означало, что он сам себя не считал умнейшим человеком на всем Центральном побережье.

– Я не спала с Майклом, – продолжила она, не дав Сэму времени на ответ. – И ни с кем другим. И я никогда не изменяла мужу. Боб был очень ревнив и обычно много фантазировал на сей счет. Я любила его, Сэм, – солгала она. – Его смерть буквально опустошила меня, и сейчас я просто не могу помыслить об отношениях с кем-то еще. Пожалуйста, не думай, что отказываю лично тебе. Мне кажется, ты весьма видный мужчина, и, если бы я захотела с кем-то встречаться, ты бы наверняка оказался в верхней части списка. Но я не хочу, и забудем об этом. Мне жаль, но я была вынуждена это сказать.

Да, с горечью подумала она. Мне чертовски жаль, что я вынуждена так унижаться, чтобы не превращать жизнь в одну невыносимую муку.

Сэм смотрел на нее со странным выражением на лице – какой-то смесью удивления и облегчения.

– На мгновение мне показалось… – начал он, затем прокашлялся. – Послушай, Джейн, мне тоже жаль, что так вышло. Я теперь понимаю, что просто никогда не встречал таких женщин, как ты, – с твоей внешностью и полным отсутствием интереса к… ну, словом, ясно, что я имею в виду. Теперь ты все растолковала. Время от времени я все же буду делать тебе предложения – и кто знает, может быть?.. В один прекрасный день, когда ты устанешь от своих одиноких ночей, ты ответишь мне «да».

Произнеся эту тираду, Сэм улыбнулся, и улыбка у него вышла на редкость симпатичной. Но почему же и она оставила Джейн равнодушной, тогда как улыбка Мартина заставляла сердце биться чаще? Вот что было самым удивительным.

– Ты вчера не завершила сделку? – спросил Сэм.

– Нет, хотя мистер Бенфорд еще собирается вернуться в субботу со своей невестой…

– Возможно, и не вернется, – пробормотал Сэм, когда Джейн уже покидала комнату. – Люди часто болтают попусту.

Джейн даже захотелось, чтобы на сей раз Сэм оказался прав. По крайней мере рассудок твердил ей, что нельзя быть совсем не благодарной судьбе: она все еще нормальная женщина, с нормальными желаниями – немногие сохранили бы их после того, что ей суждено было испытать с Бобом. И все-таки нарастающее сексуальное влечение к Мартину тревожило Джейн.

После Боба ее стало преследовать кошмарное убеждение, что в один прекрасный день она влюбится в такого же красавца с нездоровыми комплексами, но изощренностью в сексе, который поработит ее чувства и будет без удержу властвовать над ней, полностью подавив ее личность.

Хотя в случае с Мартином волноваться, казалось бы, нечего. Они вряд ли вообще вступят в какие-то интимные отношения. Их связывал – если это можно назвать связью – только бизнес, все прочее оставалось как бы в стороне.

Или нет? – вздрогнула она от неожиданной мысли. Разве во время их вчерашней встречи не было момента-двух, когда она почувствовала исходящую от Мартина волну, которую вполне можно было назвать желанием? Джейн прекрасно знала, что многие мужчины находят ее сексуально привлекательной, несмотря на все ее попытки скрыть от окружающих свои физические достоинства. Она также была вполне осведомлена о том, как мужчины мгновенно забывают разницу между «хорошо» и «плохо», как только ими овладевают низменные плотские инстинкты. Взять хотя бы Ника.

Что, если и Мартин из той же породы? И, решив забыть на время, что он джентльмен – и к тому же обручен, – начнет очередную осаду? Как ей тогда быть?

Страх Джейн отступил, как только она задумалась о такой перспективе, и волна трепета, вызванного неодолимым возбуждением, пробежала по телу.

Ее желудок сжался в комок, вызвав резкую боль, немедленно отразившуюся на лице. Получается, она переоценила собственную стойкость? А на самом деле – слаба, позорно, опасно слаба.

От этого вывода лицо Джейн исказилось гримасой недовольства. В таком случае она должна быть предельно осторожна во всем, что касается Мартина. Очень, очень осторожна. К счастью, предположение Сэма относительно ее клиента скорее всего окажется верным. И будет лучше, если судьба разведет их так же, как свела.

Но внутренний голос подсказывал, что ей все же следует показаться в офисе в субботу. Мартин не производил впечатление болтуна, наоборот, в нем чувствовалась привычка доводить любое дело до конца.

Да. У Джейн не было и крупицы сомнения в том, что утром в субботу Мартин, как и обещал, подъедет к офису точно в одиннадцать. Все, что ей оставалось, это приготовиться, физически и эмоционально, к уик-энду, который не обещал выдаться легким.

Часы показывали без восьми одиннадцать, когда Джейн взглянула на них в который уже раз.

Ее била сильная дрожь. Нервы вообще были ни к черту, и это ее пугало. Когда она утром прибыла в контору, то чувствовала себя в полном порядке, но с каждой минутой ожидания неотвратимо улетучивалась ее уверенность в себе.

Как только зазвонил телефон в углу кабинета, Джейн готова была вылететь из кресла, чтобы поскорее схватить трубку.

О, пожалуйста, взмолилась она. Пусть Мартин скажет, что передумал, и не приедет.

– Миссис Эйкерс, – произнесла она пересохшими губами в трубку.

– Боже, что у тебя с голосом?

– Ах, София, это ты!

– Да, это я, твоя любимая сестричка. Я жива-здорова и надеюсь, ты тоже. Почему так давно не звонила?

– Я… э-э… я была чертовски занята.

– Опять работа, – сухо произнесла София.

– Да.

– Жаль… А я-то надеялась, твое молчание означает, что ты наконец-то нашла мужчину.

Джейн судорожно сглотнула и ничего не ответила.

– О’кей, я поняла. Больше не буду тебя теребить. Но нельзя же горевать по Бобу всю оставшуюся жизнь.

Джейн опять вздрогнула. Она никогда не рассказывала об ужасах их семейной жизни Софии, ни до, ни после смерти Боба. Сейчас ей стало стыдно.

– Жизнь продолжается. – Софию уже было трудно остановить. – Вокруг полно вполне приличных мужчин. Я вот нашла же, верно?