ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ ПОДВОДНИКОВ - Николай Черкашин

Плавание среди айсбергов особая страница в истории подводного флота.

- Безопасную глубину для расхождения с айсбергами, - рассказывает капитан 1 ранга Михаил Волженский, - нащупывали в прямом смысле слова методом тыка. Сначала полагали, что осадка ледяных глыб не превышает 60 метров. Но в декабре 1986 года подводный крейсер К-450 (командир капитан 1 ранга Бескоровайный) снес себе рубку на глубине 90 метров об испод ледяной горы. Планку безопасности понизили до 100 метров. Но в августе 1987-го К-447 под командованием капитана 1 ранга Журавлева наткнулась на айсберг на глубине 190 метров, повредив волнорезные щитки торпедных аппаратов.

Приходили с вмятинами от ударов о ледяные горы на глубине 120 метров подводные крейсера К-475 и К-465 в мае 1988 и в ноябре 1989 годов.

Море, а тем паче океанские глубины - стихия мистическая. Вот и в приключении К-279 немало загадочных совпадений. Речь даже не о роковой дате - 13 сентября. Это, как говорится, само собой разумеется. Обратим внимание на номер атомарины - К-279. Печально известная подводная лодка "Комсомолец" именовалась в штабных документах К-278. Разница в номерах всего в единицу. Но число 279 кратное трем, а Бог, как известно, троицу любит. Нумерологам тут простор для умозаключений. Любопытно еще и вот что: айсберг, на который наскочил "Титаник", сполз с того самого гренландского ледника, от которого откололась и глыба, едва не ставшая роковой для подводного крейсера. Заставляет задуматься, наконец, и то, что субмарина врезалась в ледяную гору неподалеку от того места, где покоится злосчастный лайнер. Но фортуна, Бог, судьба положили не повторять трагедии дважды в одном и том же месте.

Итак, в сумрачных глубинах Атлантики и лазурных водах Средиземноморья, под ледяным куполом Арктики и над безднами Великого океана кружили, выслеживая друг друга, подводные крейсера и подводные истребители.

Машина третьей мировой войны уже была запущена на холостых оборотах. Лишь легкое сотрясение эфира - кодированные радиосигналы из «ядерных чемоданчиков» вождей сверхдержав - дало бы ей смертельный ход, обрушило ракетную лаву на города, обрекая мир на вечную «ядерную зиму».

На Неве и Северной Двине, в Портсмуте и Гротоне, на Волге и Амуре, в Чарлстоне и Аннаполисе в грохоте прессов и визге фрез, в шипенье сжатых газов и искрах электросварки рождались новые субмарины, пополняя Объединенный гранд-флот НАТО и Великую подводную армаду СССР. Темп, ритм, сроки - все определял азарт погони за новой владычицей морей - Америкой, провозгласившей:

«Кто владеет трезубцем Нептуна, тот владеет миром».

Не отличались спокойствием и последующие годы. Бывали периоды, когда в том же Средиземном море советских подводных лодок действовало больше, чем у воевавшей здесь в 1941 году Германии. Море трех континентов перестало быть «теплым прудом» для 6-го флота США.

Можно сколько угодно осуждать советский флот за его «агрессивность», но не надо забывать, что у каждого времени есть своя военная логика. И в логике противостояния с мировыми морскими державами сильный океанский ракетно-ядерный флот был для СССР исторической неизбежностью.

История пятая - год 1986-ой

"МЫ АТАКОВАЛИ «АМЕРИКУ» СКРЫТНО

Эта атомарина тоже могла бы стать «Летучим голландцем» Арктики. О ее судьбе моряки толковали бы до сих пор на своих пирушках, рассуждая о превратностях подводницкой жизни, а к длинному мартирологу Холодной войны прибавилась бы еще одна сотня русских, украинских, грузинских, белорусских фамилий, если бы… Если бы торпедная атомная подводная лодка, именуемая официально "подводный крейсер" - К-524. а по классификации НАТО "атакующая лодка типа "Виктор-3", наскочила бы на айсберг или застряла бы в той немыслимой для подводного корабля узкости между льдом и грунтом, куда ее повел капитан 1 ранга В. Протопопов. Но К-524 не наткнулась, не застряла, не провалилась за предельную глубину, не загорелась - благополучно вернулась из того сверхрискового похода и потому была обречена на серую безвестность, на гриф "совершенно секретно ", а люди - на подписку о неразглашении, несмотря на то что командир был награжден Золотой Звездой Героя, а офицеры - боевыми орденами. Указ о наградах был тоже закрытым.Но лучше безмолвие в прессе и жизнь, чем громкая посмертная молва…

Впрочем, пресса не молчала. Она пыталась рассказать о них хотя бы эзоповым языком.

В 1986 году с командировкой от военного отдела "Правды" я прилетел в столицу атомного флота на Севере - Западную Лицу, чтобы написать о командире К-524 капитане 1 ранга Протопопове. Это было самое нелепое задание в моей репортерской жизни: рассказать о герое, не раскрывая сути его подвига. Все свелось к общим фразам о подледном плавании, как будто атомные подводные крейсера ходили в высокие широты только для того, чтобы искать там полыньи или проламывать рубками льды. Очерк о Протопопове и его экипаже так и назывался - "Льды вздымающие".

Но шло время. И однажды все тайное стало явным даже раньше сроков, положенных режимом секретности. Заговорили вся и все… Заговорили и моряки. Рассказал и мой давний герой - куда и зачем ходили весной 1986 года…

…Шла война в Афганистане - горячая, очень горячая война, и шла война в океане - «холодная», очень Холодная война. Война на устрашение, война на сдерживание, война за паритет, за равновесие по ту и эту стороны противостоящих ядерных армад.

Так сложилось исторически, что Российский, а потом советский, а теперь снова Российский флот получил самые невыгодные географические условия базирования. Выходы из Черного и Балтийского морей как находились, так и нахо- дятся под контролем натовских ВМС. Доступ в Тихий океан перекрыт цепями островов - Курильских, Японских, проливы между ними в случае военных действий легко и быстро минируются. Лишь с Камчатки океан открывается сразу, но как удалена Камчатская ВМБ от основных морских театров!

Северный флот. В зону его контроля входили и входят два океана:

Ледовитый и Атлантический вместе со Средиземным морем. Но попробуй выйди на океанский простор незаметно, когда путь всем советским кораблям перекрывался глубоко эшелонированными противолодочными барьерами начиная от рубежа мыс Нордкап - остров Медвежий и кончая Фареро-Шетландским и Шетландско-Исландским рубежами. Десятки патрульных противолодочных самолетов, стартовав с аэродромов Норвегии, Англии, Исландии, кружили над водами Баренцева, Норвежского и Гренландских морей, выискивая советские субмарины, пробиравшиеся подводными желобами и каньонами в Атлантику, откуда грозить они могли вовсе не шведу…