Песня ветра (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

   - Ты как-то совсем не похожа на Гарри!

   - Что? – я прервала свою работу и посмотрела на мужчину.

    Боунз воспользовался этим и подхватил таз с грязной водой, сказав:

   - Пойду вылью. Надо сменить!

   - А кто такой Гарри? – бросила я ему во след, глядя как великан с неожиданной ловкостью поднимается по лестнице наверх.

    Он ничего мне не ответил, а когда вернулся, спустя несколько минут, поставил передо мной опустевший таз и налил из бочки еще воды, после чего подал мне кастрюли. Сам же занялся тем, что начал вытирать посуду длинным полотенцем, складывая ее в специальный шкаф.

   - Вы говорили про Гарри! – напомнила я и принялась тереть кастрюлю, но при этом ждала ответа мужчины.

   - Твой отец! – ответил он.

    Я на мгновение замерла. Значит, его зовут – Гарри! Кажется, мистер Боунз не сильно опасается гнева капитана, раз решил открыть мне имя моего отца.

   - А что вы еще знаете о нем! – спросила осторожно и опасаясь, что кок не захочет рассказывать. Не помнила я, чтобы капитан при мне запрещал рассказывать о моем отце, да и сам Боунз сперва не хотел этой беседы, так что же изменилось теперь? Не могла я так быстро заслужить его доверие, но сейчас не было времени размышлять о том, почему у кока развязался язык. Мне стоило осторожно расспросить мужчину о том, что меня интересовало больше всего, если получится.

    Боунз тем временем стал выставлять новую горку тарелок, ловко орудуя полотенцем, а я ждала, старательно делая вид, что мне, конечно, интересно, но не так, чтобы….

   - Твой отец еще тот засранец и пройдоха! – неожиданно произнес кок. – Но моряк он отличный, по крайней мере, был таким, пока позволяло здоровье. А вот характер у него скверный.

   - А как его фамилия? – спросила я, продолжая мыть посуду.

   - Да кто же это знает? – искренне удивился мужчина. – Хотя, может, наш капитан и в курсе, они с Гарри на короткой ноге, а вообще папаша твой из тех подозрительных типов, кто не всякого к себе подпустит!

    Я радовалась, что Боунз разговорился и продолжали свои расспросы:

   - Вы знакомы с моим отцом?

   - Можно сказать и так. Обменивались пару раз кивками, - он рассмеялся и его зрачки почти исчезли, а в уголках глаз появились морщинки.

   - Ладно, - расщедрился он, - капитан не запрещал нам рассказывать о том, кем является твой отец. Ограничение есть, но этой темы оно не касается, маленькая леди.

   - Тогда, я буду премного благодарна! – сказала и не смогла скрыть сияния в глазах.

   - Расскажу, что знаю, - он кивнул на кастрюлю в моих руках, - так сказать, в благодарность за помощь, я, знаешь ли, очень не люблю мыть посуду. Готовить – это да, а вот мыть…

   - Капитан приставил меня вам в помощницы, так что, до конца плаванья, я буду помогать вам с посудой, если хотите! – предложила я, хотя сама не особо любила это дело, но что поделаешь, надо чем-то жертвовать, чтобы разговорить великана.

    А в голове мелькнула странная мысль. Если желтоглазый не запрещал своим людям рассказывать о моем отце, то, о чем он тогда говорил, когда представлял меня команде? Что они не должны были держать в тайне?

   «Ты хочешь слишком многого, Катарина! - сказала я себе. – Всему свое время!».

   - Твой папаша еще несколько лет назад заставлял сердца капитанов торговых судов биться от страха, - кок продолжал вытирать тарелки, а я поймала себя на мысли, что стараюсь меньше плескать, чтобы лучше слышать его голос, хотя, признаться, голос у Боунза достаточно зычный.

   - Я так понимаю, ты его совсем не знала, а мать и не рассказывала про старого Гарри?

   - Она никогда не говорила о своем прошлом, - ответила я.

   - Оно-то и ясно. Насколько Гарри был отличным капитаном и моряком, настолько он являлся паскудным человеком, хотя, признаю, толика благородства была и в его душе.

    Я нахмурилась. То, как кок говорил о моем отце навевало мысль о том, что его уже давно нет на этом свете, а ведь желтоглазый утверждал, что везет меня к этому самому Гарри.

   - Он что, умер? – спросила я неожиданно тихо.

   - Как моряк, - ответил Боунз. – А так, наверное, еще жив. Мы ведь именно к нему везем тебя, маленькая леди.

    Сомнений не оставалось. Мой отец пират и, судя по словам кока с «Сирены», достаточно знаменитый. Я стала перебирать в памяти имена флибустьеров, о которых когда-либо слышала. Чуть опустила голову, продолжая бездумно драить бок очередной кастрюли, а Боунз следил за мной своими странными глазами голодной рептилии в глубине которых, в отличие от того же крокодила, светился разум. Но все же, было что-то в этом здоровяке нечеловеческое, помимо глаз! Меня так и тянуло спросить о том, кто он такой. Подобных я еще не видела, хотя, что я вообще могла видеть в Портулаке? К нам слишком редко заходили настоящие корабли, а не утлые лодочки рыбаков или груженые товарами барки, уходившие под воду едва ли не до бортиков палубы. И команды на таких судах были соответствующими, так что и сравнивать не с кем.

    Боунз тем временем продолжил:

   - Гарри перебило ноги. Неудачная стычка на море. Его корабль нарвался на военную эскадру и результат оказался весьма печален.

   - Он не может ходить? – ужаснулась я.

   - Лежит как дохлая рыба на песке, - кивнул кок.

   На лестнице послышались шаги, и я вздрогнула, когда голос желтоглазого нарушил возникшую тишину.

   - Что ты тут рассказываешь нашей гостье, Боунз?

    Капитан умел подбираться тихо, словно хищная кошка и при этом так не вовремя, когда я только-только начала разбалтывать кока.

   - Кэп! – мистер Боунз чуть улыбнулся.

   - Гостья? – не удержалась я от сарказма. – У вас все гости на корабле работают?

   - Только ты! – ответил желтоглазый, но при этом смотрел только на своего человека.

    Боунз отчего-то замялся, и я удивилась, увидев подобное выражение доли смущения на лице этого великана. А после, отложив сухую тарелку и уронив сверху на горку посуды полотенце, кок шагнул к лестнице, явно намереваясь оставить нас наедине с капитаном. Это меня поразило.

   - Кто вы такой? – спросила я, когда мы остались вдвоем. – Почему ваши люди вас так бояться?

   - Не бояться, а уважают! – последовал ответ.

    Мужчина смерил меня взглядом, а я встала со стула и распрямила спину, но моего роста хватило едва ли, чтобы достать до его плеча и то, привстав на цыпочки.

   - Ты расспрашиваешь моих людей за моей спиной! – пожурил меня кэп.

   - А что мне остается делать, если вы сами молчите и не желаете рассказать мне о том, куда и зачем везете!

   - Ты бы попросила вежливо, я бы и рассказал, - он говорил и при этом как-то странно смотрел на меня. Создалось странное ощущение, что я очень не нравлюсь этому мужчине, но что-то тянет его ко мне. Может интерес, может что-то еще, я пока сама не понимала, откуда у меня появилось это стойкое ощущение, что он мной интересуется и не просто так.

   - Почему мне кажется, что вы ненавидите меня? – спросила тихо, забыв о посуде. Просто вытерла руки о полотенце, оставленное коком и посмотрела на капитана.

   - И почему именно вы отправились за мной? Почему не сказали, что мой отец болен?

   - Он не болен! – последовал сухой ответ. – Он умирает, и я надеюсь, что мы успеем вернуться вовремя. Старик хотел увидеть перед смертью свою дочь, а я просто выполняю его пожелание!

   - Вы его сын? – не удержалась от вопроса. Кто знает, может нас с желтоглазым связывают родственные узы.

   - Упаси бог! – усмехнулся он.

   - Тогда какой вам интерес выполнять просьбу умирающего? – спросила я.

   - Я должен ему. Когда-то Гарри спас меня, правда, я тогда был совсем ребенком, но я всегда платил по долгам!

    Я зачем-то зажала в руке бедное полотенце, всматриваясь в лицо мужчины, стоявшего передо мной. По крайней мере, на этот вопрос я получила свой ответ. Но как много их еще оставалось у меня, а капитан, кажется, сейчас был расположен к разговору, как некогда до него мистер Боунз.