Лето секретов - Кэтрин Беллами

Элис Ланкастер уже почти потеряла мужа из-за Энн Синклер и не собиралась оставаться безучастной к интригам ее дочери вокруг Сола. Она считала всех мужчин полными идиотами, моментально теряющими рассудок при виде смазливой мордашки и соблазнительной фигуры.

– Это вы, мистер Доусон? Ну, докладывайте, что вам удалось узнать об этой девчонке!

Детектив коротко поведал ей всю подноготную Джинни: где работает, где живет, с кем контактирует…

– Я опросил соседей: она живет одна и не имеет постоянного любовника. Правда, один молодой человек едва не устроил скандал, приревновав ее к вашему сыну. Но тот вышвырнул его на улицу, довольно бесцеремонно, должен я сказать… – Элис вздрогнула: Сол уже влип из-за этой вертихвостки в историю! – Зовут того парня Джеймс Калверт, – продолжал Доусон. – Я поговорил с ним и на всякий случай записал его адрес.

– Правильно! Он может нам пригодиться, – похвалила Элис, надеясь в душе, что никакой необходимости впутывать в семейные дела постороннего человека все-таки не возникнет. – Благодарю вас, мистер Доусон. Понаблюдайте за мисс Синклер еще некоторое время.

Закончив разговор, она взяла перчатки и молитвенник, надела шляпку и вышла из дома. Чтобы осенить себя Божьей благодатью в близлежащей церкви, которую посещала каждое воскресенье.

Пресса откликнулась на происшествие в ночном клубе даже активнее, чем предполагали Сол и Джинни: их фотография появилась в понедельник сперва в «Пост», а потом – в нескольких бульварных газетках. На снимке они стояли в обнимку возле ночного клуба – сын сэра Дэвида Ланкастера и дочь «таинственной леди», оказавшейся в четверг ночью в автомобиле кандидата в депутаты парламента. Содержание статей вполне устраивало заговорщиков, чего нельзя было сказать о комментариях к фотографии…

Джинни чувствовала себя неловко и подвергалась едким репликам со стороны знакомых; особенно донимала ее Джой. Леди Ланкастер пришла в ужас и тотчас же усомнилась в полезности мистера Доусона – у нее сложилось впечатление, что ситуация вот-вот выйдет из-под ее контроля. Сэр Дэвид посмеивался и не мог понять, почему расстроилась Энн. Ему казалось, что следует радоваться роману их детей.

Сол не сомневался, что экземпляр газеты с его фотографией имеется у каждого его подчиненного, и лелеял надежду, что завтра разразится третья мировая война: только она заставит солдат забыть о его скандальных похождениях.

Один из бывших сослуживцев Сола, Ник Леннокс, увидел пресловутый снимок в газете, когда кормил завтраком свою дочь Сюзи. Именно в его фирму, поставляющую телохранителей богачам и знаменитостям, и собирался поступить на работу Сол, уволившись из армии.

– Это Сол? – заглянула через плечо мужа в газету Мелисса, бывшая чемпионка Уимблдона. – Похоже, это серьезно! Насколько мне известно, он не имеет обыкновения знакомить своих девушек с родителями!

– Он вообще не имеет обыкновения часто навещать родителей, – пробурчал Ник, куда более недоверчивый, чем его жена.

– В самом деле?

– Да, представь себе! Он не распространялся о своей личной жизни, но мне всегда казалось, что детство его было невеселым. Отец много работал, а мать по натуре холодная и чопорная женщина. А девчонка-то у него симпатичная…

Мелисса выхватила у мужа газету, раздосадованная такой репликой, и он, улыбнувшись, спросил:

– Может нам пригласить их погостить немного у нас? Сол давно собирался устроиться в нашу фирму! Пожалуй, Куп и будет рад с ним увидеться. Ведь мы несколько лет служили в одном полку. Вспомним прошлое, поговорим о будущем…

Куп – Дейл Купленд – был совладельцем их охранного агентства и старинным приятелем семьи Леннокс.

– Не возражаю, – сказала Мелисса. – Но если можно, пусть приезжают на этот уик-энд. Потом я буду занята, начну тренироваться к следующему Уимблдону.

Ник поморщился, но ничего не сказал: он знал, как любит жена спорт и как тоскует по участию в основных теннисных состязаниях, особенно – в Уимблдонском чемпионате. Недавно она уговорила своего брата Джека Фаррелла, в прошлом тоже профессионального спортсмена, сыграть с ней в паре в смешанном разряде. Пять лет тому назад они победили в этом турнире, но потом Джек был вынужден уйти из большого тенниса, повредив ногу в автокатастрофе.

Ник взял телефон и набрал номер гарнизона в Олдершоте.

– Майора Ланкастера, пожалуйста, – сказал он дежурному офицеру, живо представив себе помещение, в котором тот находился в данный момент.

Обитые деревянными панелями стены украшали картины сражений, в которых принимал участие этот полк. Столы из красного дерева сверкали отполированными столешницами, огромные кожаные кресла сулили комфорт. Ник вздохнул, вспомнив годы службы, и подумал, что Мелисса напрасно считает, что только она одна скучает по славным минувшим дням. Но, взглянув на красавицу-жену и чудесную дочурку, утвердился в решении ни за что не менять свою жизнь. Разве что завести второго ребенка…

– Ланкастер на проводе! – раздался в трубке голос Сола.

– Привет, старина! Говорит Леннокс. Ну, рассказывай, каково оказаться знаменитостью?

– У тебя жена – чемпионка Уимблдона, спроси сам у нее.

– Это верно. Послушай, мы приглашаем вас с Вирджинией к нам в усадьбу на следующий уик-энд!

– Все зовут ее просто Джинни, – автоматически поправил его Сол и поспешно добавил: – Спасибо, Ник, но боюсь, что у нас ничего не выйдет.

– Очень жаль! Нам хотелось бы с ней познакомиться. А заодно потолковали бы о твоем будущем. Надеюсь, ты не передумал работать в нашей компании? Кстати, я пригласил Купа…

– Из армии я точно увольняюсь, вероятно, в августе, – сказал Сол.

– Да, женатому человеку следует подыскать работу посолиднее, – поддержал приятеля Ник.

– Но я еще холостяк, черт подери! – сорвался Сол. – И жениться в ближайшее время не намерен!

– Ну, не принимай мои слова так близко к сердцу, старина… Минуточку! Вот тут Мелисса интересуется, сколько вам нужно гостевых комнат – две или хватит одной?

На другом конце провода Сол почесал в затылке и неожиданно хитро усмехнулся, решив принять приглашение четы Леннокс.

– Нам будет довольно и одной спальни, – ответил, наконец, он. – Зачем напрасно утруждать Мелиссу, у нее и так полно хлопот!

Ник расхохотался.

– Спасибо за заботу о моей супруге! Итак, когда вас ожидать? В пятницу вечером или в субботу утром? – спросил он.

– Пожалуй, вечером в пятницу, – подумав, ответил Сол. – Я согласую этот вопрос с Джинни и перезвоню тебе позже!

Они поболтали еще пару минут о том, о сем и закончили разговор. Положив трубку, Сол достал блокнот и, отыскав номер телефона Джинни, набрал его, еще не представляя, что он ей скажет.