Бесправыш. Предземье - Андрей Олегович Рымин

— Чопарь смог выдернуть из ноздри своё уцелевшее чудом оружие — десятка размашистых ударов Дыроколом и нескольких выстрелов из арбалета, гигантский кабан, наконец, перестал дрыгать копытами и хрипло сопеть. Теперь пришёл черёд секир Андера. Здоровяк, как я уже знал после Ящерки, был ещё тем мясником. Едва пропала опасность попасть под последний удар умирающего чудовища, как Бочка, наплевав на вонь и грязь, обезумевшим дровосеком врубился в огромную тушу.

И достать сердце зверя — было лишь одной из задач. Со смертью хозяина леса его дар, придающий костям кабана небывалую крепость, исчез, что позволило замахнуться на большее, чем простая разделка туши. Вепрь во что бы то ни стало вознамерился увезти с собой в Град не только высушенные органы зверя, что варщики с радостью раскупят на зелья, но и голову кабана-великана.

Под данный груз у охотников, оказывается, даже были припасены особые порошки, что не дадут протухнуть дохлятине. А, пока остальные работали с тушей, Клещ успел нарубить длинных веток и связать волокушу, на которой ту голову мы не только дотащим до берега, но и, словно на плоте, переправим через болото. У бывалых охотников продумано всё. Смотри, Китя, мотай на ус, пока есть возможность.

Но главное, конечно — десятипудовое сердце, что красный от крови и натуги Андер с трудом вытащил наружу из вырубленной им же самим пещеры в груди кабана. Настал момент истины. Голова с потрохами, как объяснил Вепрь, принесут неплохие деньги, но основная добыча здесь, в сердце.

Шинковкой Вепрь с Бочкой занимались на пару. Ранее Чопарь принёс полную флягу воды и теперь сидел, отмывал найденные семена жизни от крови, складывая их в жестяную коробочку. Маленькие, приплюснутые с боков округлые камушки красного цвета, лишь немногим превосходящие по размеру бобы, постепенно заполняли подбитый изнутри тканью ларчик. Дюжина, две… Я считал с замиранием сердца.

— Двадцать девять, — подвёл итог Чопарь.

Вот ведь йок! Думал, больше в хозяине будет. Слишком мало… А бобов так и вообще ни единого нет. Но это, как мне уже объяснили, так и должно быть — в дожившем до получения дара звере остаются одни семена. Как обидно…

— Эх… Не хватает, — с грустью протянул я.

— Чего не хватает? — удивлённо уставился на меня Вепрь.

— До сотни вам всем. Вы же вместе на Землю хотели. Дядя Вепрь, а вы теперь…

— Вот о чём ты… — оборвал меня бородатый охотник. — Ты же возраст наш видишь. И отмер тоже. Посчитал значит.

— Ага, посчитал. Семь годов не хватает, — сознался я.

— Боишься, без доли оставлю? — захохотал Вепрь.

— Доля? Мне?

— Гля, как покраснел, — шутливо толкнул меня в грудь охотник. — Ты же нам помог? Помог. У меня всё по-честному. Пятой доли, конечно, не дам, но обижен не будешь. Единый всё видит.

— Заслужил, ага, — согласился Бочка.

— Золотишко, небось, не держал в руках раньше? А, малый? — похлопал меня по спине Клещ.

— Откуда ему, — подмигнул мне, расплывшись в хитрой улыбке, Андер.

А вот мне было вовсе не весело.

— Мне не деньги нужны, — испуганно затряс я головой. — Мне услуга, как договаривались. Обещали же.

— Да не бойся ты, — потрепал меня за волосы Вепрь. — Разве я от своих слов отказывался? Моё слово — кремень. Помощь мы тебе обещали за то, что к логову хозяина леса проводишь. И ты свою часть уговора выполнил. Доля с добычи — это за помощь уже в самой схватке. Говорю же: у Вепря по-честному всё.

Вот теперь я выдохнул. Без обмана всё. Быть задуманному! Так ещё и к золоту моему прибавка случится. Совсем богачом жутким сделаюсь. Сколько мне Вепрь подкинет, даже загадывать страшно. Даже одной монете рад буду. А, вдруг, две? Или три?! С ума сойти можно. Вот только…

— Так, а как же с Землёй вы? Отложите? Ещё поохотитесь? Там, за проливом?

Тут уже захохотали все четверо.

— Ну, малый, — ударил себя по животу Клещ. — Думает, мы нищеброды поди.

— Семян не докупим, ага, — поддержал его Бочка.

— На Землю излишки чего бы то ни было с собой везти совершенно бессмысленно, — с умным видом произнёс Чопарь. — На пороге всё отберут гарантированно.

— За нас не переживай, Китар, — приобнял меня Вепрь за плечи. — Даже без вырученного с продажи потрохов и башки, сбережений хватает. Вопрос был лишь в продаже трактира. Больше он не стоит. Потерпи ещё день. Тут закончим со всем, переправимся на тот берег обратно — и сразу же к тебе в гости. Скоро, парень, начнётся у тебя новая жизнь. Обещаю.

Ло

Звёзды… У них получилось! Не сказать, что совсем уж легко, но потерь в отряде нет, и никто даже серьёзно не ранен. Добыча по местным меркам просто огромная. Жаль бобов только нет. Вепрь пообещал носителю долю — при наличии бобов, их бы ему и отдали. Но за семя жизни дают два золотых — это в переводе на троерост целых сорок долей по стандартному курсу. Если даже одно ему выдадут, мальчишка существенно преумножит свои сбережения. Лишь бы только, когда придёт время их тратить, он вложился в себя, а не в выводок якорей, что висят у него на шее.

При сложившихся обстоятельствах даже не огорчает тот факт, что носитель не передал мне контроль над телом. При динамике происходившего воплощать в жизнь задуманное было бы слишком рискованно. Растерявшийся мальчишка однозначно бы сразу забрал назад управление и с перепугу мог бы запросто угодить под копыта животного. Мы и так чудом выжили. Спасибо сердобольному Андеру, что выдернул Китара из ямы в последний момент.

Да и в целом отношение охотников к пареньку на удивление тёплое. Наверное, отсутствие собственных детей проецируется на сироту псевдо отцовской заботой. В этом безумном мире с его поясами-ступенями для ступившего на Путь дети — непозволительная обуза. Не в том смысле, что удачливому охотнику в тягость их содержать, а в силу привязанности, что станет помехой в принятии решения о переходе на следующий этап.

То же самое с женщинами. Вепрь тянул с уходом на Землю по разумным причинам. Ждать своих боевых товарищей, которые помогут в дальнейшем, логично. Ждать жену или отпрысков, что тянули тебя назад здесь и будут продолжать тормозить твой прогресс уже там — настоящая глупость.

Победивший