Газзаев - Анатолий Житнухин

Погорячился тренер — необходимую «норму» Валерий выполнил за восемь матчей. И вот теперь безмятежно катился он в собственном авто по залитым сентябрьским солнцем улицам Орджоникидзе. Ощущение полного блаженства дополнял вид свисающих прямо над обочинами спелых золотистых груш. Почему бы не попробовать прямо на ходу сорвать одну из них?

…С временным пристанищем для разбитых «жигулей» помог Туаев: отогнали машину во двор его брата. Когда возвращались, Валерий, как бы невзначай, поинтересовался, что за девушка открыла им дверь. «Что, понравилась?» — «Я первый вопрос задал!»

Была эта девушка племянницей Казбека Алиевича и звали ее Бэллой. Так все и началось. Хоть и взаимными чувства оказались, но без проблем не обошлось. Пришла пора знакомиться с родителями Баллы. Отец ее, Виктор Петрович, был тогда начальником цеха консервного завода, а мама, Ульяна Владимировна, работала в ателье закройщицей. И они Валерию понравились, и Валерий пришелся им по душе. Но вот только насторожило Виктора Петровича занятие Валерия — футболист. Не получится нормальной семьи, если молодой муж все время в разъездах будет. Поэтому Бэлле отец прямо сказал: «Не выдержишь такой жизни, сбежишь — пеняй на себя!»

Пришлись эти дебаты как раз на ту пору, когда Валерий переходил в «Локомотив». Не мудрено, что заметался он между Москвой и Орджоникидзе. Только приедет в столицу — все тянут назад. Бэлла, находясь под влиянием родителей, не рвалась в неизведанную даль. Надо думать, что не обходилось и без Казбека Туаева, который никак не мог смириться с потерей талантливого футболиста. Даже когда (в четвертый раз!) Валерий принял твердое и окончательное решение играть в «Локомотиве», он послал в Москву его маму Ольгу Семеновну и своего администратора Леонида Розенфельда, чтобы те снова попытались уговорить его вернуться домой.

Все еще теплилась у него надежда на возвращение Газзаева в Орджоникидзе.

Часть II

ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ

Глава I

ПРОЛОГ ПОБЕДЫ

В книге первого президента Республики Северная Осетия — Алания А. X. Галазова «Пережитое» есть слова, посвященные родным и близким людям. Собственно, этими словами книга и заканчивается: «Я не смог уделить им должного внимания в период моей бурной общественной деятельности. Но именно они стали моей надежной опорой, когда от меня отвернулись „верные товарищи по работе“. Именно они помогли мне вернуться из виртуального, призрачного мира власти в нормальную жизнь».

К своим близким людям Ахсарбек Хаджимурзаевич относит и Валерия Газзаева…

На торжествах во Владикавказе по поводу представления Кубка УЕФА тысячи поклонников футбола встречали и чествовали А. X. Галазова не менее тепло, чем главного виновника события — В. Г. Газзаева. Имена двух этих людей жители Северной Осетии связывают друг с другом не случайно. Так же, как и выдающуюся победу ЦСКА с событием, свершившимся в республике в 1995 году. Именно тогда Газзаев привел «Спартак-Аланию» к победе в чемпионате России по футболу. И, кстати, тогда был признан лучшим тренером страны, причем уже во второй раз за свою тренерскую карьеру.

В первый раз — когда вывел владикавказский «Спартак» в высшую лигу, что и стало прологом к его карьере большого тренера.

…Когда зимой 1976 года Газзаев перешел в столичный «Локомотив», стало ясно, что замены в орджоникидзевском «Спартаке» ему нет и не предвидится. Начавшая было набирать обороты команда очередной сезон закончила лишь на пятнадцатом месте. Потянулись годы неудач и посредственных результатов.

Будет преувеличением сказать, что в течение всей московской жизни Валерия преследовало чувство вины. Но вот сознание того, что он в долгу перед земляками, не покидало. И особенно неловко становилось, когда приезжал погостить в родном доме: нет-нет да и напомнит кто-нибудь о том, что в непростое время оставил «Спартак». Поэтому, когда перед окончанием Высшей школы тренеров получил от руководства республики предложение возглавить команду, долго не раздумывал. Случилось это в 1989 году. Удержав разваливавшуюся команду в первой лиге, молодой и честолюбивый тренер сумел заразить своих игроков жаждой успеха.

Хотя поначалу руки едва не опустились. Первое свидание с командой врезалось в память на всю жизнь. На поле выстроился весь наличный состав — всего девять футболистов, среди которых было два вратаря и семь полевых игроков. Одеты кое-как: футболки разные, кто в бутсах, кто в тапочках. После такой встречи посчитал, что его тренерский дебют станет и завершением тренерской карьеры. А дело все было в том, что, когда работавшего здесь перед Газзаевым Олега Романцева пригласили в московский «Спартак», пятеро или шестеро москвичей, которые играли у него, отправились вслед за ним домой. Кстати, был среди них и будущий игрок сборной страны Василий Кульков.

Первые две недели ушли на то, чтобы набрать более-менее подходящих игроков, которых хотя бы в заявочный лист можно было включить. Все это совсем не вязалось с представлением Валерия Газзаева о том, с чего он будет начинать.

В любой цивилизованной стране работу успешного тренера принято серьезно анализировать. Делается это в общих, национальных интересах совершенствования тренерской школы, развития и популяризации футбола. К Газзаеву у нас отношение сложилось особое: его достижения не анализируются, а объясняются. У людей, не склонных связывать успехи в тренерской карьере Газзаева с очевидными для миллионов любителей футбола закономерностями, вытекающими из его огромной и напряженной творческой работы, неукротимой энергии и личных человеческих качеств, за последние годы сложился стандартный набор таких «объяснений». Самое популярное из них: за Газзаевым всегда стояли большие деньги.

Когда Валерий Георгиевич впервые принял орджоникидзевский «Спартак», больших денег, как известно, еще ни у кого не было. Не проблема: одна влиятельная центральная газета, совершив небольшой экскурс в историю, обнаружила, что его команде покровительствовал Северо-Осетинский обком КПСС. Это, надо полагать, еще серьезней, так как в то время все слышали о несметных скрываемых сокровищах — «золоте партии».

Трудно ввести кого-нибудь в столь наивное заблуждение. Все хорошо помнят, что руководящей верхушке коммунистов тогда было уже не до футбола. Не в силах предотвратить надвигающийся на страну разрушительный вал, они решали другую задачу: как бы самим выжить.

Газзаеву пришлось создавать команду, строить и созидать в условиях, когда все вокруг трещало по швам, а над Кавказом сгущались тучи межнациональных распрей. К счастью, нашлись в республике люди, которые в этой обстановке понимали огромную роль футбола, объединяющего и примиряющего людей. К их числу относился председатель Совмина Северной Осетии С. В. Хетагуров. Без его участия возрождение команды оказалось бы невозможным.