Клятва верности - Черил Портер

Думая так, Ханна изобразила радость на своем лице.

– О, благодарю вас! – воскликнула она и бросилась к тетке. Она заставила себя пожать сухую лапку (и впрямь почти паучью), а затем, преодолевая отвращение, запечатлела на щеке Пейшенс поцелуй. – Для меня так много значит ваше доверие!

– А для нас – твое, – усмехнулась женщина и смерила девушку таким взглядом, словно собиралась ею подзакусить.

У Ханны похолодело внутри, но она решила не выходить из роли. Больше всего ей сейчас хотелось скрыться в одной из комнат дома, чтобы остаться одной и прийти в себя.

– Мне так не терпится увидеть свою комнату! – воскликнула она, нацепив наивную улыбку. – Наверняка она будет такой же чудесной, как и гостиная!

Она окинула восхищенным взглядом помещение неуютное и уж точно не «чудесное».

Тетя Пейшенс почти тепло улыбнулась:

– Да, у нас как раз есть комната, которая придется тебе по вкусу. Думаю, тебе должно понравиться. Когда-то в ней жила твоя мать.

Комната матери. Интересно, почему тетка выбрала именно ее?

Ханна лежала на кровати в стиле Луи XV и разглядывала задернутые плотные шторы. Они почти не пропускали света, и в спальне царил полумрак.

Скинув неудобное платье и оставшись в одной сорочке. Ханна облегченно вздохнула. Она таращила глаза в лепнину потолка и чувствовала себя совершенно измотанной. Ложь и напряжение вечера оставили ее без сил.

Что ж, она добилась своего – ее пригласили в Клостер-Пойнт. Однако если каждый разговор, каждая встреча с новоприобретенными тетей и дядей будут даваться ей столь же тяжело, к концу своей миссии она поседеет от напряжения и страха! Похоже, умение плести интриги требует много сил и терпения, которых ей, пожалуй, может не хватить, тем более ей никак не давала покоя мысль, что она может и ошибаться.

А вдруг эти люди ни в чем не виноваты? Если Слейд Гаррет не более чем повеса и нахальный тип? А тетка со своим мужем – просто не слишком приятная, но честная супружеская чета, которая в самом деле, расстроена смертью близких, пусть даже не слишком умеет выражать свою боль? Более того, родственники могли приютить ее из благородных чувств, а вовсе не для того, чтобы в скором времени отправить в могилу. Вдруг вина их не более чем плод ее разгоряченного воображения?

Очень мило.

Ханна повозилась в постели, устраиваясь поудобнее. Она сложила руки на животе и удобно расположила ноги, уставшие от блужданий по городу.

«Итак, я сомневаюсь в справедливости своих действий. Возможно, для меня уже готовят подходящий силок, а я лежу и проникаюсь к родственникам добрыми чувствами. Как своевременно меня посетили сомнения! А ведь сомнения – удел слабых. Они могут оказаться губительными для моего плана.

Как здорово, если бы рядом оказалась Джейси! Сестрице несвойственны колебания. Она всегда следует к единожды выбранной цели. Мне бы ее уверенность! С другой стороны, Джейси не место в Клостер-Пойнте. Она никогда не стала бы плести интриги и разбираться, кто прав, а кто виноват. Она ворвалась бы в имение и перестреляла бы всех раньше, чем задала хоть один вопрос».

Вообразив себе сестру с ружьем в руках, с воинственной физиономией, шагающую по одному из мрачных коридоров особняка, Ханна улыбнулась. Веки ее отяжелели, дремота навалилась нежданно. Девушка с трудом заставила себя очнуться и потерла глаза. Разве можно спать здесь, в доме тех, кто может прийти и убить ее?

Но она так мало спала в последние дни! Дорога в поезде, долгая и утомительная, сопровождалась сном на жестких досках вагона, а уж ночь в доме Слейда Гаррета Ханна вообще провела без сна, опасаясь его посещения. Теперь ее тело жаждало наверстать упущенное, и перед глазами почти мелькали цветные картинки снов. Бороться с ними стало просто невозможно.

Сколько прошло времени до того момента, как что-то разбудило ее – минуты или часы, Ханна не знала. Открыв глаза, девушка нахмурилась, вслушиваясь в темноту. Неясная тень метнулась от двери к кровати. Шаги глушил ковер, но Ханна знала, что ей не померещилось.

– Кто здесь? – Она хотела спросить строго и требовательно, а вышло тихо и жалко. – Что вам здесь нужно?

Вместо ответа ее схватили за щиколотки и рывком дернули. Ханна даже не смогла закричать, потому что от ужаса горло перехватил спазм. Вцепившись пальцами в одеяло, она пыталась немного притормозить на постели, но белье поползло вместе с ней, собираясь в безобразные складки.

Извиваясь, словно уж, девушка попробовала освободить ноги. Тиски, сжимавшие ее щиколотки, стали еще болезненнее. Ее снова дернули на себя, подняли, развернули и прижали спиной и затылком к твердой и широкой, будто стена, мужской груди. Ханна тоненько взвизгнула, и тотчас ее рот накрыла рука, больно придавив губы к зубам.

Неужели ее пришли убить? Так быстро? В день ее прибытия?

Ханна попыталась втянуть воздух одной свободной ноздрей, перед ее глазами заплясали зеленые мушки. Она не могла пошевелиться, не могла кричать и умолять о пощаде. Она так испугалась, что сразу обессилела и перестала биться.

– Если ты издашь хотя бы один звук, я сверну тебе шею. Ты поняла?

Хрипловатый шепот над ухом привел ее в себя. Она узнала его.

Слейд Гаррет!

Ханна попыталась кивнуть.

– Вот и хорошо. Сейчас я отпущу тебя, а ты сядешь неподвижно и будешь ждать, пока я зажгу лампу. Никаких глупостей, поняла?

Ханна судорожно закивала головой, опасаясь, что может лишиться сознания раньше, чем ее отпустят. Она смаргивала слезы и шмыгала носом. Утешало ее только одно – Слейд Гаррет не убил ее сразу. Значит, у нее оставался шанс.

– Ты будешь послушной, Ханна Лолес?

Это имя он почти выплюнул ей в ухо, а затем отшвырнул ее от себя, словно тряпичную куклу.

Ханна упала лицом в смятые простыни и замерла, прислушиваясь: осторожный звук шагов к окну – Слейд Гаррет собирался зажечь лампу. Вот он пошарил рукой на подоконнике, как будто что-то искал.

Последний шанс? Девушка сделала большой вдох и поползла по огромной кровати в противоположный конец, к трюмо, где спрятала свой револьвер. Если она доползет до оружия раньше, чем Слейд Гаррет доберется до нее, – она выиграла. Если она не успеет, он может ее убить.

Ханна шарила рукой по полированной поверхности трюмо, не решившись сползти с кровати, и искала нужный ящик.

Господи, где же все ручки? Такое ощущение, что они просто исчезли. Ага, вот одна! Та или не та? Проклятие!

Когда Ханна хотела уже распахнуть ящик и выхватить пистолет, зажглась маленькая лампочка. Слейд обернулся и в несколько шагов оказался рядом с Ханной, придержав ящик коленом. На его лице не отразилось ни тени беспокойства.