Разделённые вихрем судьбы - Глеб Янышев

— Они бесчестны! — влез в разговор один из воинов, но тут же унялся под тяжелым взглядом вождя.

— Они выбирают свою тактику боя. Дерутся так, как удобнее им, — сказал Тораач. — А мы должны сделать так, чтобы удобно было нам.

— Этого сложно добиться. Единственное ваше преимущество в скорости.

Шеба рассказала основные тактические приемы людей Заката, совершенно не чувствуя угрызений совести. Несмотря на то, что она почти все детство прожила в Империи Заката, девушка сейчас не считала, что предает свою Родину. Она наставляет воинов против тех, кто охотится за ней же. А в этом нет ничего предосудительного. К тому же, воины Империи Заката сейчас находились за пределами своей территории. В землях, где все давно уже приняли кочевников полновластными хозяевами.

Вскоре передовые всадники сообщили, что они идут в правильном направлении. Встреченные несколько путников утверждали, что видели отряд людей, похожих по описанию на воинов Заката.

— Нагоним к заходу солнца, — посулил вождь.

Но Шеба только покачала головой.

— Ночь — это их время, не ваше, — сказала она. — Нехорошо, если встретимся с ними в темноте. Лучше с заходом солнца прекратить поиски.

Но вождь кочевников не послушал ее слов, и отряд продолжал следовать вплоть до наступления полной темноты.

— Заночуем здесь, а утром с рассветом вновь отправимся. Тогда их и нагоним, — сказал Тораач и спешился.

Решено было поставить лагерь возле одной из скал, выпирающих из земли между невысоких холмов. Место было тихим — ветер сюда не проникал из-за трехсторонней естественной ограды. К тому же, равнина с холмов хорошо просматривалась, позволяя увидеть надвигающуюся опасность.

Ночь черным пологом закрыла мир от глаз кочевников. И только для Шебы темноты не наступило. Она все видела так же отчетливо, как и при дневном свете. Правда, небольшую разницу она все же различать научилась. Но это ничуть не мешало ей попасть с десяти шагов тонким лезвием своего метательного ножа в букашку, бегущую по стволу дерева.

Несмотря на то, что терять бдительность в этих местах было опасно, Шеба решила поспать. Без сна она была уже вторые сутки, и это начало сказываться. Хотя бы несколько часов стоило отдохнуть. А чтобы быть более уверенной в том, что с рассветом она проснется, девушка позвала Сардона, который успел еще днем на час задремать.

— Ты же ведь посторожишь, пока я сплю, правда? — спросила Шеба.

— С чего бы? — удивился Сардон.

— Ну не выдавать же мне тебя обратно стражникам Речного королевства? К тому же, я не думаю, что ты настолько груб, чтобы отказать девушке в такой простой просьбе, — улыбнулась Шеба.

— А мне спать не надо?

— Ты выспался и так уже. Можешь хоть два дня теперь бодрствовать, — сказала наемница, поворачиваясь спиной к Сардону и устраиваясь поудобнее. — Заранее спасибо.

Сардон смерив лежащую девушку недовольным взглядом, устроился неподалеку, пытаясь вглядеться в ночное темное однообразие. Чуть поодаль кочевники, слегка перекусив, потушили костер, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Равнина была пуста и безмолвна. Лишь травы, что поднимались выше колена, изредка покачивались из стороны в сторону. Мерно, неторопливо, плавно…

Шеба проснулась от ощущения чего-то холодного, прижавшегося к лицу. Первое, что увидела она, открыв глаза — направленное в лоб острие болта. Сработал рефлекс, выработанный наемницей. Шеба резко отпрянула в сторону, отбрасывая нацеленный арбалет и заламывая руку, держащую его. Лишь в последний момент она поняла, что это был спящий рядом Сардон, чья рука так и не выпустила арбалета. От боли вор попытался взвыть, но девушка резким движением зажала ему рот ладонью.

Глаза Сардона красноречивее всяких слов выражали переизбыток его чувств.

— Чшшш… тихо ты, — шепотом сказала Шеба, заслышав какой-то шорох в стороне. Это были не часовые, которые находились сейчас в другой стороне их небольшого ночного лагеря. Кто-то осторожно крался, стараясь слегка раздвигать перед собой траву.

Наемница медленно отпустила руку Сардона, снимая со взведенного арбалета болт. Мужчина пробормотал что-то невнятное и принялся растирать свою конечность, которой чуть не лишился.

Пронзающим ночную темноту взором Шеба оглядела все вокруг. Кочевники спали, а лошади паслись в стороне, охраняемые часовыми. Все было тихо и спокойно, но наемница вновь услышала четкий, хоть и тихий шорох. Приглядевшись, она, наконец, увидела, откуда тот исходил. От легкого ветра вся трава склонилась в едином направлении, слегка покачиваясь под порывами. Но в одном месте травинки нагибались чуть по-другому.

Шеба пригнулась и ползком двинулась вперед, наказав перед этим Сардону сидеть на месте.

— Да никуда я и не… — было начал он, за что получил в рот кусок травы. Девушка прислонила палец к губам.

Она осторожно перебиралась в сторону движения травы, стараясь не привлекать к себе внимания. Но до первого кочевника, спящего с краю, было слишком далеко. Несмотря на ускоренный темп, она не успевала — движение травы продвигалось быстрее.

Из зарослей показалась рука с зажатым коротким кинжалом с узким лезвием, зазубренным у рукояти. Только у людей Твердыни Заката были такие ножи.

— Нападение! Тревога! — крикнула на весь лагерь Шеба и бегом понеслась к лазутчику, надеясь, что кочевник успеет проснуться раньше, чем лезвие достигнет его шеи. Но она просчиталась. Рука с кинжалом чиркнула по горлу воина раньше, чем брошенный метательный нож наемницы вонзился в нее.

Девушка прыгнула на лазутчика, но тот успел увернуться и бросился в сторону леса. Наемница наугад ударила самым простым заклинанием, какое могла только сейчас вспомнить — силовой волной. Но видимо промахнулась. Трава зашевелилась и в нескольких метрах в стороне из нее показалась черная тень.

— Стой! — крикнула Шеба и бросилась вдогонку.

Позади остался разом поднявшийся на ноги лагерь кочевников. Послышался крик вождя, призывающего к оружию. Замелькали воины в поисках нападавших. Но пока ни единый факел не загорелся, они все были слепы в ночи.

Шеба нагоняла черный силуэт, но в этот миг он развернулся, и алая вспышка ударила ей в грудь. Боль, вызывающая давнишние и не самые приятные воспоминания, хлестнула по всему телу, сведя судорогой ноги. Девушка споткнулась и упала — лазутчик Заката выиграл для себя еще несколько секунд. В этот миг Шеба пожалела, что оставила в обозе колдовскую вещицу, подаренную Фаразоном. Но, не давая себе послабления, наемница тут же вскочила. Теперь расстояние между ней и преследуемым увеличилось. Трава в этом месте стала выше, а под ноги то и дело попадались маленькие ямки, вырытые мышами.