Нечестивец - Шеннон Дрейк

Он не ответил и предпочел отвернуться к окну. Камилла поняла, что граф отгородился от всего света не маской, а воздвиг вокруг себя невидимую, но непробиваемую стену из отрицательных эмоций. Ясно: он не хочет более говорить с ней, она же решалась нарушить молчание.

Камилла так и смотрела в окно всю дорогу, пока они не влились в городской поток экипажей и не подъехали наконец к музею. Граф не позволил ей отказаться от его помощи, когда выходила из кареты, он не отпускал ее руку и пока они шли к зданию. По пути граф внезапно остановился и развернул Камиллу лицом к себе.

— Поверьте мне, мисс Монтгомери, существует убийца, который поспособствовал смерти моих родителей. Уверен, это один из тех, кого мы оба знаем, возможно, вы видитесь с ним почти ежедневно.

Ее сердце сжалось. В это почти невозможно было поверить, но Камиллу убедил лихорадочный блеск его глаз.

— Идемте же, — сказал он и двинулся к дверям. На ходу добавив, как бы между прочим: — Что бы я впредь ни сказал или сделал, соглашайтесь со мной, мисс Монтгомери.

— Лорд Стерлинг, возможно, я не смогу…

— Сможете, если захотите! — жестко произнес он, и она не стала возражать: они уже подошли к внушительным вратам места ее работы.

Глава 4

Лорд Стерлинг знал, куда идти.

Служащие, равно как и посетители музея, здоровались с ним, стараясь не замечать маски, — с уважением и даже немного заискивая.

— Я работаю в угловом кабинете на… — подала голос Камилла.

— Второсортном этаже, разумеется, — пробурчал он.

Они прошли в служебное отделение, и граф сразу направился к дверям, которые вели в кабинеты, закрытые для посторонних. Камилла поспешно взялась за ручку двери, опережая его. В первом же кабинете они застали сэра Джона Мэттьюза — он сидел за письменным столом перед беспорядочной кучей бумаг.

— Вот и вы, наконец! Дорогая мисс Монтгомери! Вам известно мое мнение о тех, кто не способен придерживаться распорядка дня. Я… — Он замолк, увидев за ее спиной графа Карлайла. — Лорд Стерлинг! — воскликнул Мэттьюз удивленно.

— Джон, коллега, как ваши дела?

— Да я… вполне нормально! — сбивчиво проговорил сэр Джон, явно потрясенный. — Брайан, я ошеломлен, просто восхищен! Следует расценивать твое появление здесь как…

Брайан Стерлинг рассмеялся, довольный произведенным впечатлением.

— …возвращение на круги своя или желание внести лепту в исследование Древнего Египта? — усмехнулся он.

Над торчащими в стороны усами сэра Джона проступил румянец, в контраст его сединам.

— Боже милостивый, я совсем не то имел в виду, правда. Твоя семья… ты… все были весьма подкованы в древней истории. С твоим энтузиазмом, да снова здесь — просто фантастика!

Камилла приободрилась, увидев улыбку лорда Стерлинга. Она подумала, что, возможно, некогда он был в приятельских отношениях с сэром Джоном.

— У вас доброе сердце, Джон. Действительно, я намеревался заглянуть на ваш благотворительный вечер на этой неделе.

— Бог ты мой! — воскликнул Джон. — Неужели?

Мэттьюз в растерянности посматривал то на Камиллу, то на графа. Он помотал головой, словно пытаясь понять, следует ли придавать значение их совместному появлению здесь, но так и не пришел ни к какому решению.

Стерлинг пристально посмотрел на Камиллу:

— Вы составите мне компанию — да, мисс Монтгомери?

— Ах нет! — быстро сказала она в ответ, чувствуя, как краска смущения заливает ее щеки. — Я пока не старший сотрудник, — тихо пояснила она.

— Мисс Монтгомери не так давно работает у нас, — поспешил добавить сэр Джон.

— Ну конечно же вы проводите меня, мисс Монтгомери.

Он не просил. Упрямство взыграло в ней от его приказного тона.

Сэр Джон, сощурившись, молча продолжал есть подчиненную глазами, гадая, как ей удалось очутиться в компании графа.

— Камилла, если графу угодно, чтобы вы его сопровождали, надо подчиниться.

Стерлинг подошел к Камилле и взял ее за руки.

— Джон! — сказал он, по-прежнему глядя на Камиллу. — Прошу вас! Нельзя говорить с девушкой таким грозным тоном! — Его синие глаза лучились лукавством.

Бог весть, чему Стерлинг научился за эти годы, но актерства ему было не занимать: он казался в меру обходительным и приятным, как и положено воспитанному светскому человеку.

Девушка попыталась высвободить руки, но его хватка была крепкой. Она выдавила улыбку:

— Как любезно с вашей стороны, лорд Стерлинг. Но я слишком скромная персона для вечерних визитов.

— Чепуха. Мы живем в век просвещения. Для вечернего визита трудно найти лучшей компаньонки: молода, красива, умна и прекрасно знает предмет вечерних разговоров.

Улыбка Стерлинга показалась ей мрачноватой, но он явно забавлялся беседой. Она порывалась отдернуть руки и сказать, что лучше проведет этот вечер в притоне с ворами и наркоманами.

— Что… смущает маска, да? — осведомился он.

— Нет, — мягко промолвила она, — в наш век просвещения, милорд, как вы заметили, ни о мужчине, ни о женщине не судят по внешности.

— Браво! — одобрил сэр Джон.

Но ее мучитель, как видно, натешился и решил не дожидаться согласия.

— Пожалуй, Джон, я все же приду на грядущее благотворительное мероприятие. Можете быть уверены: мое участие в нем с лихвой окупит наши поиски просвещенческих идеалов. Что ж, вас ждут дела, да и я несколько утомил мисс Монтгомери и отнял у вас немало времени. Джон, весьма рад был застать вас в полном порядке — правда, вы, как всегда, немного разбрасываетесь своими талантами, но крепки и бодры. Мисс Монтгомери, Шелби подаст вам карету к… шести, так?

— Обычно я заканчиваю работу в шесть тридцать, — прошептала она, заметив, что сэр Джон теперь смотрит на них открыв рот.

Стерлинг решил удовлетворить его любопытство, поскольку тот явно терялся в догадках, пыжась от напряжения.

— Опекун этой милой девушки попал в дорожное происшествие вчера вечером — и представьте себе, как раз около моего имения. Само собой разумеется, я приютил его. Естественно, мисс Монтгомери поспешила позаботиться о нем. К моему великому восторгу, замок Карлайл и на сей раз явил гостеприимство. Итак, желаю вам обоим приятно провести день.

— В-всего хорошего, Брайан! — Сэр Джон щелкнул челюстью и застыл, глядя в спину Стерлингу: тот с достоинством покидал помещение, как и подобает английскому графу.

Он давно уже скрылся за дверью, и сэр Джон, очнувшись, обернулся наконец к Камилле.

— Боже праведный! — воскликнул он удивленно.

В ответ она смогла только пожать плечами.

— Как все это странно!

— Я и не знала, что все так обернется, — прошептала она. — Я… просто беспокоилась о моем опекуне.