Место в жизни - Евгений Максимов

— Но учти, — сказал он улыбнувшись, — не вздумай опаздывать на работу. Я все-таки твой начальник.

— Хорошо, я запомнил.

За его спиной неожиданно раздался шум и послышался обиженный детский голос:

— Отдай. Ты обещал, что я буду играть до конца цикла.

Андрей удивленно развернулся спиной к Алексу и увидел возле экрана, который он по привычке называл окном, двух мальчиков. Он сразу же отметил необычайное сходство их лиц и решил, что это близнецы. И сейчас один из них забирал у другого игрушку — тамагочи. Но второй сопротивлялся, успевая при этом нажимать на кнопки, проводя одному ему понятные манипуляции над виртуальным любимцем.

— Обещал, — сказал он, — а помнишь ты у меня когда-то забрал ее, когда я заснул на несколько минут.

— А ты мне тогда разрешил поиграть.

— Я думал ты отдашь мне ее, когда проснешься.

— Мы так не договаривались.

— Ну и что.

Они снова продолжили борьбу за обладание игрушкой и Андрей подумал, над тем, что было бы если бы это была настоящая собака. Огромный бульдог, или что-то в этом духе. Малыши точно так же пытались бы его вырвать друг у друга, или все-таки побоялись.

Потом он удивленно посмотрел на Алекса, стоящего за спиной, спрашивая взглядом, кто это такие.

— Я решил сам привести их сегодня, — сказал Алекс, надувшись от гордости, — надо же было как-то искупить свою вину за то, что я сделал утром.

— Но кто это? — спросил Андрей.

Алекс не успел ответить. К Андрею подбежал один из малышей и стал стучать по полу ногами, требуя к себе внимания. Андрей удивленно посмотрел на него.

— Папа, — запищал мальчик, — Сол забрал собачку и не хочет отдавать. А сегодня моя очередь играть. Я хочу собачку…

Сказав это он сделал такое лицо, как будто сейчас расплачется. Андрей смотрел на него лишившись дара речи. Он не мог поверить в то, что этот мальчик только что назвал его своим отцом.

— Папа, — вновь заскулил тот, — ну скажи ему, чтобы отдал мне собачку.

— Скажи ему, — раздался из-за спины шепот Алекса.

— Сол, — сказал Андрей тихо, — отдай ему собачку.

Сол посмотрел на Андрея, потом на игрушку. Подумав, он подошел к своему брату и протянул ему тамагочи. Тот обрадовано вскрикнул и с ликованием посмотрел на Андрея. Андрей ему легонько кивнул, не решаясь добавить что-то еще.

— Извини, — сказал Алекс, — но свидание закончилось. Ты проспал большую его часть. Теперь пора спать. Смотри не проспи.

Алекс вывел детей из комнаты и увел их куда-то прочь. Еще некоторое время в за дверью слышался детский визг — братья продолжали решать чья очередь выгуливать собачку, но Андрей не обращал внимания.

Он не знал, что ему делать. Несколько лет жизни прошли незаметно, он даже не знает, как именно они прошли. Не прав был Лэк, заявляя, что отсутствие воспоминаний не скажется на его работоспособности. Совсем не прав. Андрея гораздо меньше волновало окно на стене, которое было экраном. Какая разница — окно это или экран, если земля там недостижима. Но не знать, что он стал отцом, не знать, кто мать детей, все это казалось ему невыносимым.

Андрей закрыл глаза и попытался вспомнить хоть что-то. Но память неумолимо показывала ему знакомые картины — разговор с издателем, встреча с дядей Мишей, знакомство с Кристиной. Не было ничего из того, что рассказал ему Лэк. Он ничего не помнил ни о детях, ни о драке, ни об Алексе. Все это казалось чужим.

Глава 3. Цикл

Андрей лежал, глядя в потолок, и пытался заснуть. Предупреждения еще не прозвучали, а другого способа узнать время в этом месте у него не было. Но сон, ушедший от него никак не хотел возвращаться. Слишком много мыслей наполняло голову. Было интересно, как его вылечили: голова совершенно не болела, спина тоже зажила. Только рука продолжала бесцельно кровоточить, напоминая о себе.

Когда дверь тихонько открылась, Андрей закрыл глаза и притворился спящим. Ему не хотелось с кем-то говорить, хотелось остаться наедине со своими мыслями.

По комнате тихо зашуршали чьи-то шаги и через мгновение вошедший остановился рядом с Андреем.

— Вставай, — послышался тихий голос доктора Лэка, — предупреждение дадут с минуты на минуту.

Андрей никак не реагировал на эти слова.

— Не притворяйся спящим, — усмехнулся Лэк, — У меня совершенная диагностическая аппаратура и я знаю почти все о состоянии своих пациентов.

— Даже то, что находится у них в мыслях? — спросил Андрей открывая глаза и глядя на доктора снизу вверх.

— Этого я к сожалению не знаю, — ответил врач, — а хотел бы.

— Зачем вам это, Лэк? Мне кажется, что разбирать чужие мысли не очень приятное занятие. Кто знает на что там можно наткнуться?

— В этом ты прав. Никогда не знаешь, что человек пытается спрятать от окружающих в своей черепной коробке — самом надежном сейфе. Может быть там можно будет увидеть что-то такое, что заставит тебя отвернуться от человека. Хотя сам человек может никогда и не узнать, что находится у него в мыслях.

— Так зачем вам это? — не понимая спросил Андрей.

— Хотелось бы узнать, что сейчас прячется в твоем мозгу. Сколько правды ты говоришь. Ведь сам ты никогда этого не скажешь…

Андрей кивнул, бросив взгляд в сторону экрана-окна. Его там не было — на месте вчерашних облаков красовалась стена. Андрея охватило чувство некой нереальности и он даже поднялся с кровати не отводя глаз от маленького прямоугольника на стене. Ничего не изменилось: стена осталась стеной, — Андрей понял, что последнее напоминание про небо ушло. Осталось надеяться только на воспоминания, которые могут изменяться под действием времени. Через несколько лет ему уже будет казаться, что небо — это хрустальный свод, покрывающий его голову, вместо потолка этой полутюрьмы, полубольницы. А облака движущиеся по нему — не более, чем неполадки в системе освещения.

Доктор проследил за взглядом Андрея и, улыбнувшись, сказал:

— Да не волнуйся ты из-за этой картинки, Нюк! Через несколько циклов, когда ты разберешься с местной жизнью, поймешь что к чему — что ты можешь увидеть, а про что стоит забыть навсегда — тогда я тебе и верну этот экран. Настроишь его, как захочешь…

Андрей кивнул, прокручивая в голове фразу Лэка еще раз. Что-то в ней было не правильным, и он пытался найти что именно.

— Почему ты назвал меня Нюком?

— Твое имя здесь, — сказал Лэк, — всем здесь дают подобные имена, потому что никто не помнит своих настоящих имен. Кроме тебя, видимо. Ты ведь называл вчера другое непонятное имя. Как же его?

Доктор полез в карман за записной книжкой, но Андрей опередил его: