Место в жизни - Евгений Максимов

Когда это закончилось Андрей не понял. Просто в определенный момент, он понял, что все закончилось. Он осторожно убрал руки от ушей, опасаясь, что все начнется сначала. Все остатки сна испарились и ему хотелось чем-то заняться. Наконец-то появилась возможность рассмотреть, где он находится.

Он был в небольшой комнатке, примерно три на четыре метра. В ее центре пол слегка приподымался, образуя отдаленное подобие кровати. Стены, пол и потолок были из неизвестного Андрею, странного материала, казалось, что они святятся сами по себе. На одной из стен было окно, в котором виднелся кусочек неба с медленно плывущими облаками. Напротив окна, виднелся едва заметный прямоугольник двери.

Повинуясь минутному побуждению, Андрей подошел к двери и толкнул ее. Ничего не произошло. Ручки на двери не было, поэтому открыть ее другим способом не представлялось возможным. Он был заперт.

Андрей попытался не паниковать, убеждая себя, что, если бы его хотели запереть, то хотя бы позаботились про решетки на окне. Оставалось только понять для чего он здесь. И еще было бы неплохо узнать, где это здесь. Место было чем-то похоже на больницу, какой он ее себе представлял. Но тогда нужно узнать почему он сюда попал. Он поднял руку и потрогал голову, которая не замедлила отозваться ужасной болью. Андрей стиснул зубы, чтобы не закричать от боли и посмотрел на свою руку, не веря, что она способна причинять такую боль и увидел на ней кровь.

Кровь вытекала из вены и стекала по руке. С руки не стекало ни капли казалось, что вся она испаряется, как только срывается с руки. Андрей вспомнил, где он уже видел эту картину — у себя дома, совсем недавно, когда резал вену ножом. Только тогда кровь обильно текла на пол. Андрей закрыл глаза, чувствуя как подступает тошнота и новая боль. Пока он не замечал рану на руке, она была совершенно незаметна. Но теперь, даже с закрытыми глазами, он мог безошибочно указать на нее, руководствуясь одной только болью.

Появилась возможность построить новую теорию про это место, чем Андрей и занялся, чтобы хоть как-то отвлечься от боли. Итак, можно считать это здание больницей, куда он попал после неудавшейся попытки самоубийства. Головную боль можно отнести на счет того, что он упал, после того, как разрезал вены. Память вроде бы подтверждала, что он упал. А все, что он делал последние несколько дней, можно считать бредом.

Но некоторые факты он объяснить не мог. Почему, например, рана на его руке до сих пор кровоточила, причем кровь вела себя таким странным образом. Не менее непонятным было и то, что здесь считалось кроватью. Он никогда не думал, что врачи заставляют своих подопечных становиться аскетами.

Можно было вспомнить что-то еще, но Андрей оборвал свои размышления, чтобы не разуверится в своей гипотезе окончательно. Ему хотелось верить во что угодно, главное чтобы это более или менее объясняло происходящее.

Андрей открыл глаза и еще раз толкнул дверь. Та осталась неподвижной, словно не понимала, что должна служить человеку, и если тот просит открыться, то нужно просто выполнять. Андрей вздохнул и пошел к окну, говоря себе, что хочет посмотреть на улицу — может быть он узнает эту больницу. Но в глубине души он надеялся, что если дверь не хочет выпускать его, то окно, быть может окажется более сговорчивым.

Один-единственный взгляд в окно показал, что оно не захочет становится способом для побега. Андрей удивленно смотрел на далекую землю, настолько далекую, что рассмотреть на ней что-либо создавало проблему. Нет, в общих чертах, все было видно — далекие игрушечные деревья тянулись вверх. Если бы у них были глаза и они посмотрели бы на здание возле которого растут, то им бы перехотелось расти. Обгонять друг друга видя рядом соперника, которого никогда не догнать — это очень сложно. Андрей подумал, что он находится примерно на пятидесятом этаже, никак не меньше. Ему показалось странным, что за окном видны только деревья. Лес простирался до самого горизонта, словно здание в котором он находился стояло в самом его центре. Андрей подумал, что все больницы, которые он видел раньше состояли из нескольких зданий, расположенных, порой на довольно большой территории. А тут — одно единственное здание, да еще и посреди леса.

Андрей прикоснулся к стеклу рукой, пытаясь дотянутся до того, чего был лишен. И тут же отбросил руку в сторону. Он не мог понять, что его так испугало в этом секундном прикосновении, но прикасаться к стеклу перехотелось. Ему показалось, что у этого окна необыкновенное стекло, словно окно никак не связано с тем миром, которое за ним находится. Андрей вдруг заметил странную вещь — на небе не было солнца. И не было тени от здания, которая должна была отбрасываться на лес, если бы солнце надумало прятаться за зданием.

Покачав головой, Андрей отвернулся от окна и вновь посмотрел на комнату. Возле возвышения на полу лежала вещь, ранее им не замеченная, — она скрывалась за этим подобием постели и ее нельзя было увидеть со стороны двери. Андрей подумал, что это, пожалуй, единственное место в комнате, где можно что-то спрятать от входящего в дверь.

Спрятанный предмет оказался подковой. Даже Андрей, никогда не видевший ранее ничего подобного, понял, что она сделана неумело — один из «рогов» немного скошен, но и без этого вся подкова представляла собой довольно жалкое подобие на нормальную подкову. Было очевидно, что это одна из первых поделок новичка, или просто шутка сумасшедшего мастера-кузнеца. Но это была не просто подкова — она служила рамой для небольшой фотографии. Андрей повернул фотографию лицевой стороной, думая, что увидит чье-то незнакомое лицо, или красивый сельский пейзаж с конями на переднем фоне.

Но когда он увидел, что там было изображено, он чуть не сел от неожиданности. Все его гипотезы рассыпались в пыль всего лишь маленьким кусочком фотобумаги, заключенным в странную раму. С фотографии на него смотрела Кристина. Он закрыл глаза, и попытался успокоиться — он уже согласился с тем, что она не более чем порождение его фантазии. Героиня его сна, подумаешь одной больше, одной меньше. Но как объяснить это фото. Андрей открыл глаза и еще раз посмотрел на фотографию. Сомнений быть не могло — это была она. Те же неправильные черты лица, тот же пронизывающий взгляд, который он так хорошо запомнил. Андрей понимал, что это не может быть она, но тем не менее это было именно так.

В этот момент снова раздался тот же самый гул, который Андрей слышал после пробуждения. Он положил подкову с фотографией на то же место, откуда взял и подбежал к окну, подумав, что звук может идти оттуда. Возможно это самолет пролетает, или еще что-нибудь. Но за окном ничего не изменилось — лишь облака плыли по небу, создавая каждую секунду новый, неповторимый узор.