Сыскное бюро «Квартет» - Екатерина Вильмонт

Итак, мы доехали до остановки «Селезневская улица», сошли и двинулись обратно.

— Ребята, постойте, мы сейчас! Мы с Матильдой нырнули в подъезд одного из домов и быстро нацепили парики.

— Ну как?

— Нормалек!

Когда мы вышли, ребята ахнули.

— Ну, вы даете! Вас и родная мать не узнала бы! — пришел в восторг Митя, а Костя только одобрительно хмыкнул.

— Так, а сейчас сориентируемся на местности, — сказал Костя. — Сначала найдем дом и квартиру, а потом, если его машины нет, будем внимательно изучать обстановку. Если машина тут, я попробую сунуться прямо к нему.

— И что ты ему скажешь? — спросил Митя.

— Там видно будет.

Мы быстро нашли дом. Это оказалась кирпичная башня, и жил Гриша, как выяснилось, на одиннадцатом этаже.

— Так, дом кирпичный, что называется улучшенной планировки. Тут вряд ли есть коммуналки, — соображал вслух Костя. — В таких домах контакт с соседями затруднительнее, чем в старых. Машины нет. Похоже, наш Мусьяк отсутствует. Но на всякий случай надо позвонить по телефону. Так, жетон у меня есть! — И он направился к автомату.

— А может, у него машина в гараже стоит? — предположила Мотька.

— Это вряд ли, — отвечал Митя. — Я ее видел, эту машину. Нет, она явно не в гараже живет! Уличная тачка, сразу видно!

Костя с кем-то разговаривал.

Вскоре он подошел к нам и доложил:

— Обстановка такова: в квартире находится мать нашего Мусьяка. Кажется, вполне добродушная старушенция. Девчонки, надо что-то придумать, чтобы попасть в квартиру. Ну, напрягите мозги, вы же такие выдумщицы!

— А зачем нам соваться к нему в квартиру? — спросила я.

— Как ты не понимаешь! А вдруг он у себя хранит краденое!

— И так хранит, что сразу с порога любому дураку видно? Это уж ты, старик, загнул! — возразил Митя.

— Да, похоже, меня немножко занесло!

А впрочем, все возможно! Он ведь считает, что у него стопроцентное алиби — он же был с Ненормой, когда произошло ограбление.

— С чего ты взял?

— А разве нет?

— Я не знаю, но наверняка он был с ней накануне, когда этот узкоплечий дверь осматривал. А вчера — нет, про это мне ничего не известно, — проговорила я.

— Значит, я что-то перепутал! Так, первым делом нужно выяснить, был ли он с ней во время ограбления.

— Но если выяснится, что он был с ней, тогда у него и впрямь стопроцентное алиби! И значит, делать нам тут больше нечего!

— Ой, ребята, смотрите! — воскликнула я. — Узкоплечий!

Это и в самом деле был он. Какой-то странной вихляющей походкой, втянув голову в узюсенькие плечи, он шел через двор.

— Его нельзя упустить! — прошептал Костя и неторопливо двинулся за ним. Мы трое стояли в каком-то обалдении.

— Может, в милицию позвонить? — спросила Мотька.

— Погоди, надо самим выследить, куда он пойдет, а потом уж сообщать в милицию.

Узкоплечий свернул за угол, Костя за ним. Через минуту Костя вышел из-за угла, и на лице его была написана полная растерянность.

— Не понимаю, он вдруг куда-то пропал, как испарился. Был и нету.

— Вот-вот, со мной то же самое было! — поспешила сообщить я.

— Все-таки мы не зря сюда пришли, я как чувствовал! — возбужденно говорил Костя. — Совершенно ясно, что это не случайность. Они с Гришей сообщники, какое бы у Мусьяка не было алиби! Это очень, очень интересно, и я считаю делом чести распутать эту историю. Согласны?

— Да! Конечно!

— Значит, пока в милицию не заявляем?

— Нет, это мы успеем!

— И что же мы будем делать дальше?

— Придется нам тут дежурить, как мы и говорили вначале!

— Поодиночке?

— Вот это вопрос! Я понимаю, поодиночке скучно, но ничего не попишешь. Следить будем только в дневное время, сами понимаете. По два часа каждый, — констатировал Костя.

— А как быть со школой?

— Черт, до чего некстати каникулы кончились! Ну, ладно, тогда придется следить после школы…

— По-моему, — перебил Костю Митя, — не надо составлять никаких графиков дежурства, а просто договариваться, кому когда удобно. Я, например, могу уже в половине первого быть здесь, а потом кто-нибудь из вас меня сменит.

— Пожалуй, ты прав. Тогда около трех я тебя сменю, а вы, девочки, решите сами, кто меня сменит.

— Нет, мы лучше вдвоем, — нерешительно заявила Матильда. — Пусть даже мы продежурим четыре часа, но вместе. Правда, Ася?

— Вообще-то, да.

— Ладно, так и быть.

— Костя, а что делать, если мы его обнаружим? — спросила я.

— Как что? Идти за ним и посмотреть, куда он пойдет. Кстати, ваши уоки-токи очень бы пригодились. Надо, чтобы дежурный всегда имел при себе трубку.

— А вторая у кого будет?

— Это неважно, у любого из нас.

— Ну, предположим, я его обнаружила, — приставала я к Косте, — проследила за ним, не упустила из виду, узнала, куда он пошел, и что мне дальше делать? Сообщить в милицию или вызвать кого-то из вас?

— Сначала кого-то из нас, мы же решили сами в этом разобраться. А кроме того, если он куда-то зашел, ты должна не бежать к автомату звонить в милицию, а ждать, не выйдет ли он снова. Кстати, вторая трубка должна быть у того, кто придет тебе на смену. Иначе все теряет смысл.

— Вот это верно! — одобрил Митя.

— Значит, договорились, завтра первым дежурит Митяй, потом я, а потом Ася с Матильдой, — подвел итог Костя, — а сейчас давайте еще тут побродим, вдруг он опять нам на глаза попадется.

— А на Мусьяка ты уже наплевал? — поинтересовался Митя.

— Не наплевал, просто мне с ним теперь все ясно — он в этом деле замешан! И потом нас слишком мало, чтобы следить за обоими. К тому же Мусьяк на машине, а Узкоплечий пешочком ходит. Есть разница?

Мы долго еще прочесывали все окрестные дворы и переулки, но Узкоплечего больше не встретили.

— Ладно, хватит, а то уже ноги отваливаются, — сказал Костя. — Пошли по домам!

Когда мы простились с мальчишками, Мотька сказала:

— Ась, пошли пока ко мне, а то твои пристанут с расспросами, почему так рано.

— Да, верно, пошли к тебе.

На подходе к Мотькиному дому мы вдруг заметили, что на нас как-то странно посматривают.

— Аська, мы же забыли про парики! — взвизгнула Матильда.

— Ой, и что это вы, девоньки, с собой сотворили? — раздался вдруг голос Марьи Матвеевны, разносчицы телеграмм с нашей почты. Уж она не преминет сообщить об этом Мотькиной маме.

— Здрасьте, Марья Матвеевна, мы вот к школьному вечеру готовимся, репетируем, — затараторила Мотька. — Их не так-то просто без привычки носить, парики-то, вот мы и осваиваем…

— Да вид у вас больно страшный!

— Почему?

— Вы в них на этих похожи…

— На кого?

— Говорить даже неудобно. Ну как есть вылитые малолетние… прости Господи.

— Ну вы и скажете, Марья Матвеевна, — оскорбилась Матильда.

— Точно-точно. Уж вы, девоньки, хоть по улицам так не ходите, а то всякое случиться может, пристанут какие-нибудь… а потом беды не оберетесь. Там, у себя на вечере, дело другое, а вот на улицу — ни-ни!

— Ладно, Марья Матвеевна, учтем! — пообещала Мотька. — Вы только маме не говорите!

— Ась, а может, у нас и вправду вид неприличный? — засомневалась Мотька, поглядев на себя в зеркало, висящее у них в прихожей.

— Не думаю, — без всякой уверенности отвечала я. — Митя с Костей ничего такого не говорили, им, по-моему, понравилось.

— А может, они просто из вежливости промолчали, а?

— Бог его знает, может, и так.

— Давай лучше не будем их больше надевать, наверное, мы в них очень в глаза бросаемся, для нашего дела это ни к чему.

— А если Гриша меня узнает?

— Понимаешь, стоит ему один раз увидеть этот рыжий парик, он уж точно сразу тебя приметит. А так вполне может и не обратить на тебя внимание. Просто старайся не лезть ему на глаза.

— Тем более мы теперь и не за ним вовсе следить собираемся!

— Да, это облегчает задачу! Ась, ты не забыла, что химичка тебя завтра вызовет?

— Конечно, забыла! У меня, что касается химии, в голове вообще не держится!

— Ну два-то параграфа ты выучить в состоянии?

— Смотря каких!

— Давай сейчас вместе выучим, я тебе объясню, если что будет непонятно! А то неудобно даже — она тебя предупредила, когда спросит и что, а ты снова будешь столбом стоять?

— Нет, Мотя, сейчас еще рано учить, я до завтра это в голове не удержу. Лучше утром пораньше встану и задолблю, что смогу. А сейчас бесполезно, только время зря потратим! Моть, а Моть, признайся, тебе Костя нравится? — перевела я разговор.

— Вообще-то, да, но уж очень он командовать любит! Если бы не Митяй, он бы незнамо куда занесся, а тот хорошо его осаживает. Но глаза у него красивые!

— А все-таки это тебе не наши мальчишки из класса! Совсем другое дело!

— Конечно, они же на два года старше! А ты в Митьку, по-моему, вообще уже по уши?

— Ничего подобного! Если хочешь знать, он мне сейчас меньше нравится, чем вначале.

— Почему?

— Не знаю, очень уж он спокойный, рассудительный!