Син-Бин (ЛП) - Уайт Анастасия

Кто-то похлопывает меня по плечу, и я инстинктивно отшатываюсь. Открываю глаза и встречаю взгляд Хадсона Мура. Еще один ублюдок, которого я терпеть не могу. Что ему от меня нужно? Музыка останавливается, когда я вынимаю один из AirPods из уха.

— Привет, Ава.

— Привет.

— Я заметил тебя по дороге с занятий. — Он улыбается, опускаясь рядом со мной. — Как ты?

— Я в порядке.

Не хочу смотреть на него, поэтому просто смотрю перед собой.

— Ты выглядишь грустной. — Добавляет Мур, заставляя меня взглянуть на него.

Я ни с кем не говорю о своих проблемах; я держу все в себе.

— Я просто неважно себя чувствую. — Я использую ответ, который даю всем. — Из-за девчонок.

— У тебя здесь нет друзей. Люди относятся к тебе так, будто тебя не существует. Разве ты не расстроена из-за этого? — Мне хочется блевать. Неужели все уже знают? — Я просто очень наблюдательный, вот и все. К тому же ты как бы на моем радаре…

— Мне все равно. — Огрызаюсь я, вставая.

Гнев поднимается в моей груди; я готова кого-нибудь пнуть.

— Люди думают, что Томпсон тебя ненавидит. — Мур встает вместе со мной, затем наклоняется и берет в руки мой рюкзак. — Никто не хочет дружить со своим врагом.

— Мой рюкзак. Пожалуйста.

— Я могу быть твоим другом или даже больше, чем другом.

Он подходит ближе.

— Нет, спасибо. — Я выхватываю свой рюкзак из его хватки и делаю шаг назад. — Пока.

Иду прочь от него. Через пятнадцать минут у меня еще одно занятие, так что мне нужно идти.

— Ава, подожди. — Он бежит за мной. Этот парень не знает, как понять намек, не так ли? — Ты придешь на игру на следующей неделе?

— Ха. — Это так неожиданно, что я даже зажимаю рот рукой. Он выглядит смущенным, его брови сведены вместе. — Нет.

— На вечеринку после игры?

— Нет.

— Есть шанс, что я смогу тебя переубедить?

Он снова вторгается в мое личное пространство, но я быстро отступаю.

— Нет.

Разворачиваюсь и марширую в класс, и на этот раз он не следует за мной.

Но и он не обманывает меня — он не собирается сдаваться в ближайшее время.

После окончания занятий я иду в столовую, погрузившись в свои мысли.

Обед — единственное время, когда я могу увидеть свою лучшую подругу.

Это редкость, поэтому я дорожу ею, даже если знаю, что у меня есть от нее секреты. В последнее время все больше и больше.

Внезапно кто-то спотыкается у меня на глазах. Что-то холодное ударяет меня по коже, и я вскрикиваю. Что за хрень? Смотрю вниз, и мне кажется, что я персонаж из «Хора». Гребаная мокрота.

Осматриваю свою футболку, а затем встречаю взгляд Джордан. Она стоит передо мной, пытаясь подавить улыбку на своем тупом лице.

— Ты что, с ума сошла?

— О, мне так жаль. Я такая неуклюжая. — Она едва скрывает ухмылку. — Если хочешь, мы можем пойти в нашу комнату, чтобы ты могла переодеться и вернуться к занятиям. Или ты можешь остаться в общежитии. Все равно никто не заметит твоего отсутствия.

Моя грудь вдруг стала такой тяжелой.

Я начинаю задыхаться. Открываю рот, но ничего не говорю. Слезы жгут мне глаза.

Справиться с этой ситуацией становится все труднее и труднее. Впервые в жизни люди обращаются со мной как с ничтожеством, и все потому, что какой-то высокомерный урод со мной не ладит.

— Пошла ты!

Я прорываюсь мимо нее и направляюсь в ванную. Все смотрят мне вслед. Все.

Я вижу их ухмылки. Слышу их смех, и мне хочется исчезнуть.

Хочу оказаться как можно дальше от этого места.

Хочу вернуться домой, в свою комнату, зная, что могу найти утешение в объятиях отца.

Я просто хочу снова почувствовать себя в безопасности.

Пробираюсь сквозь толпу и останавливаюсь в нескольких шагах от туалета.

Он стоит там, спрятав руки в карманы. Его взгляд тяжел и устремлен на меня. Я чувствую желание ударить его по лицу, пнуть в пах или просто показать ему средний палец еще раз.

Это желание выместить свой гнев очень сильно, но я его игнорирую.

Мы впервые видим друг друга за две недели, и я могу честно признаться, что с удовольствием не видела бы его еще дольше.

Я продолжаю идти, дергаю за ручку и широко распахиваю дверь. Она с грохотом закрывается за мной, а я тем временем подхожу к зеркалу. Как только мои глаза встречаются с моим отражением, мне хочется зарыдать.

Моя футболка испорчена. Втягиваю воздух и стягиваю ее через голову, оставаясь в одном лифчике. Я просто хочу попытаться спасти одну из своих любимых футболок. Может быть, удастся отстирать ее, пока пятно не затянулось?

Включаю кран и сую футболку под струю воды. Стираю ее снова и снова, натирая ткань, думая только об одном — я хочу завтра вернуться домой. Хочу увидеть отца и быть его маленькой девочкой, и ничего больше.

Дверь открывается, и я готовлюсь к шуткам. Как только встречаюсь взглядом с человеком, который вошел в ванную, мои пальцы начинают дрожать, а во рту пересыхает. Какого черта ему от меня нужно? Он пришел, чтобы насыпать соль на рану?

Отвернувшись, стираю слякоть со своей футболки и молчу. Я буквально прикусываю язык, чтобы сдержать слова, которые отчаянно хотят вырваться наружу. Не хочу, чтобы мои дни в колледже стали еще хуже, чем они уже есть. Колтон вполне способен сделать это. Опыт показывает, что ему даже не нужно никому ничего говорить. Его репутация играет ему на руку.

Чувствую на себе его пристальный взгляд. Его глаза путешествуют по моей фигуре. Я спешила снять футболку и не подумала о том, что на мне надето нижнее белье. Это бежево-розовый бюстгальтер push-up, и он мне очень идет, но я вдруг почувствовала себя очень стесненно. Я не хочу, чтобы он видел мое нижнее белье. Я и так чувствую себя уязвимой, а полуобнаженность не помогает.

— Что случилось?

Его голос тише, чем я ожидала.

Он останавливается прямо за моей спиной, и по моей коже бегут мурашки.

— Ничего.

— Почему она выплеснула на тебя свой напиток? Это не было похоже на несчастный случай.

Он говорит странно. Почти как будто ему не все равно.

Я энергично трясу головой, пытаясь избавиться от глупой мысли. У парня настолько большое эго, что он до сих пор не может забыть о пощечине.

О той, о которой знают лишь несколько человек.

Люди, которые никому ничего не скажут. Или это из-за того, что я его отшила? Если так, то он еще более высокомерен, чем я думала.

— Почему она это сделала?

Томпсон делает шаг ближе, кладет обе руки на раковину и заманивает меня в ловушку. Мои внутренности вспыхивают, и на щеках появляется румянец. Какого черта он делает?

— Она просто сука. — Бормочу я, пытаясь сосредоточиться на задаче. Это трудно. Его близость и его запах начали действовать на меня. Он пахнет приятно, очень приятно, и мне хочется закрыть глаза и вдыхать его. Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы привести себя в чувство. Он тупой ублюдок. Он не может меня привлекать. — Она знает, что у меня здесь нет друзей.

— В смысле?

— Никто не хочет со мной разговаривать. Или даже замечать меня. Люди ведут себя так, будто меня не существует. — Я закрываю глаза, потому что мой голос дрожит. Затем делаю глубокий вдох и смотрю на него через зеркало. — Теперь это моя жизнь.

— Почему?

— Потому что они думают, что ты меня ненавидишь, а никто не хочет быть на твоей плохой стороне.

— На моей плохой стороне?

Он моргает, отступает назад, и я вдруг чувствую себя одинокой. Я хочу, чтобы он снова был рядом со мной.

— Ты популярный парень, и люди уважают тебя. Многие девушки хотят встречаться с тобой или просто спать с тобой. — Объясняю я, удивляясь, почему мне вообще нужно говорить ему об этом. Он не похож на идиота, который не знает, какую власть он имеет над людьми в этом месте. Или я неправильно его понимаю? — После того как ты меня выгнал, они все думают, что я тебя обидела или что-то в этом роде. Они игнорируют мое присутствие.