Идеальный мир для Лекаря 20 - Олег Сапфир

— Александр! Давай уже, начинай биться серьезно! — крикнул Михаил и ударил своей ногой магу по голове. — На полную! Или они нас, или мы их!

— Но ведь я…

— Давай!

Александр на мгновение закрыл глаза. Он не боялся, что в это время его проткнут мечом или насадят на копье, ведь в разные стороны вырвалась императорская энергия. Глаза его засверкали тем же золотистым светом, а меч покрылся пламенем.

— Вы пришли на земли Российской Империи, — спокойно проговорил Александр, а от его голоса задрожало само пространство. — И теперь…

Цесаревич хотел показать захватчикам, кто хозяин этих земель. Но стоило ему сделать всего один шаг, как сознание стало резко угасать. Происходящее вокруг словно разделили на отдельные кадры, и в какой-то момент Александр осознал себя сидящим на земле. Руки перестали слушать его, тело покрылось ледяной испариной, а грудь разрывалась от нехватки воздуха. Но при этом он явно ощущал, как энергия струится по его жилам. И контролировать ее потоки цесаревич не мог.

— Ну всё, один готов! — довольно усмехнулся воин. — Теперь твоя очередь, — он указал мечом на Михаила.

— Мужики, а может не надо? — граф оперся на дерево, так как на одной ноге стоять было неудобно. — Мы же просто мимо шли, на лагерь напасть хотели. А не на вас.

На секунду воцарилась тишина, иномирцы переглянулись, и расхохотались.

— Александр, вставай! Помощь нужна! — воскликнул Булатов. Цесаревич, и правда, приложил все силы, но стало только хуже. Не успел он подняться, как его тело покрылось множеством искр и разрядов золотистой энергии.

В этот момент Александр осознал, что всё! Точка невозврата пройдена, и его жизнь закончится в этом лесу. Кажется, так и погибнет наследник престола.

— Что с тобой? — Булатов явно забеспокоился.

— Запретная энергия теперь полностью во мне, — вздохнул цесаревич. — Вот только я уже не смогу с ней справиться.

— Точно? — прищурился Михаил, а Александр уверенно кивнул. — Полностью, да?

— Да полностью, говорю же, — обреченно проговорил он.

— А, ну тогда хорошо, — граф попрыгал к ближайшему воину и, не успел тот открыть рот, как его голову снес мощнейший удар с ноги. С отрубленной ноги, разумеется. — Всё, мужики, всем спасибо!

— Что? — остальные приготовились к бою, и с недоумением смотрели на обезглавленный труп товарища.

— Ну, я своего добился, — пожал плечами Булатов.

Цесаревичу оставалось только недоуменно смотреть на происходящее. Как одноногий и однорукий лекарь при помощи своей отрубленной ноги в считанные секунды разобрался с сильнейшими воинами и одним магом. Те даже закричать не успели, их будто бы пустили под бронепоезд, и потом несколько раз прокатились сверху, для верности.

— Ну всё! — отряхнул руку Михаил и попрыгал к цесаревичу. — А теперь разберемся с тобой…

— То есть, ты мог убить их в любой момент? — постепенно впадая в истерику, закричал Александр.

— Ну да! — пожал плечами граф.

— А почему тогда сразу не убил???

— Хотел посмотреть, что будет дальше, — для Булатова это было настолько нормально, что он не мог понять сути претензии.

А вот Александру хотелось просто закричать. Ведь это энергия императорской семьи, её невозможно полностью принять, иначе смерть будет неминуема. Не поможет никакой лекарь, так как это совсем другой тип энергии. Её невозможно контролировать извне.

— Ой, да твой отец просто ссытся, — махнул рукой Михаил, а у Александра отвисла челюсть от удивления. — Сейчас всё будет, дядя Миша разберется! Но будет больно, кстати…

Последние слова цесаревич практически не слышал, так как сильнейшая боль прострелила всё его тело. Он выл, орал матом, обещал пожаловаться Мирабель. И когда открыл глаза, понял одну вещь. Он всё еще живой…

— Ха! Я выжил! — обрадовался Александр, стоило ему прийти в себя. Но в этот момент накатила новая волна боли, правда, уже далеко не такая сильная. На уровне нецензурных выражений, но никак не обещаний пожаловаться Мирабель.

Оглядевшись по сторонам, цесаревич увидел Михаила, что сидел у костра и поедал тушенку прямо из банки. Оказалось, что пролежал он до самой ночи, но большая часть произошедшего попросту выпала из памяти.

— А что произошло? — Александр приподнялся на локтях.

— Ты стал мужиком! — радостно воскликнул Михаил.

— А? В смысле? — испугался цесаревич.

— Ну, магическим мужиком. А не то, что ты мог подумать, — сразу поправился Булатов. — Как себя чувствуешь? Нормально?

— Да вроде бы…

— Вон дерево, направь туда свой удар, — указал куда-то в сторону граф. — Попробуй, тебе понравится! Снеси его!

— Что?

— Делай! — рыкнул Михаил, и цесаревич, на автомате, выполнил приказ. Он вытянул руку и пропустил по ней волну энергии, а спустя мгновение вперед вырвалась золотистая молния. Она с треском врезалась в широкий ствол дерева, и того размолотило в мелкую щепу, тогда как Александр так и остался сидеть с раскрытым ртом.

— Это что сейчас было?

— Это то, что ты скрывал от самого себя, — довольно ухмыльнулся Булатов.

— Невозможно…

— Ага, конечно! — усмехнулся Михаил.

— Но…

— Да-да-да… — Булатов ловко подхватил банку тушенки и метнул ее в цесаревича. Но немного не рассчитал и попал прямо в лоб, отчего тот охнул и упал на спину. — Так-с… а реакция ещё не восстановилась.

— А других методов диагностики у тебя не было? — простонал наследник престола.

— Другие не такие веселые! — Михаил подошел к цесаревичу и коснулся его светящейся ладонью. — Всё, вставай! Сотрясение вылечено, можешь поесть.

Александр не стал спорить, так как в нем проснулся страшный голод. А тут еще и вкусная тушеная говядина… Так что он быстро закинул в рот еду, и сам не заметил, как силы покинули его. Сознание само собой отключилось, и цесаревич уснул крепким сном, а перед глазами у него проплывали странные сны. Как предки приходили к нему, что-то рассказывали, и даже хвалили его. А некоторые и вовсе, сочувствовали.

* * *

Хорошо, что уснул. Теперь процессы пройдут, как надо, и результат будет закреплен. А ведь было довольно трудно заставить его раскрыть свой потенциал. По-хорошему Александр не понимал, тренировки не помогали, и потому пришлось прибегнуть к крайним мерам.

Курлыку было довольно трудно найти подходящих противников. Таких, чтобы не убили цесаревича сразу, но