Идеальный мир для Лекаря 20 - Олег Сапфир

оказался куда прочнее, чем тот мог подумать, и потому, со временем, бой становился всё громче и красочнее. Я даже залюбовался на несколько минут, наблюдая за тем, как сильный Одаренный метает в противника сгустки энергии, как его меч разбивает сложные заклинания и пытается пробить прочнейший покров противника.

Да и на мага приятно было посмотреть. Он использовал всё новые и новые техники, активировал припасенные, на всякий случай, заклинания, взрывал воздухом землю, вырывал деревья, но всё равно не мог достать цесаревича и причинить ему серьезный урон.

Но вечно на это смотреть всё равно бы не удалось. Цесаревич пока еще заметно слабее магистра, потому изначально было понятно, что он не справится.

— Ладно, посиди и отдохни, — лениво подошел к Александру и взмахом руки отбил пару атак мага. — Да, тебе еще тренироваться и тренироваться… — вздохнул я.

— В смысле, тренироваться? — возмутился он. — Ты видел, что он умеет? Как с таким, вообще, драться? Сюда целый отряд нужен, или гранд, как минимум!

— Да-да, всё видел, — кивнул ему, и влил в него немного энергии. А то умрет еще, а Император на такое может обидеться. — Мужик! — обратился к магу, что готовил очередное убойное заклинание. — А ты подмогу-то вызвал?

— Какая подмога? — расхохотался он. — Вас и для меня одного слишком мало, даже не разомнусь толком!

— Ну раз не вызвал, вызывай, — пожал я плечами. — А то я тебя сейчас убивать буду, потом может не получиться.

Странно, почему мне никто не верит на слово? Говорю, что иду убивать, а они думают, что это шутки какие-то.

В меня устремились несколько лезвий и концентрированных штормовых бомб. Они взорвались за моей спиной, и создали четыре глубокие воронки, а мне вслед, на невероятной скорости, полетели крупные комья земли и обломки деревьев.

В этот раз сражение получилось еще более красочным. Маг окончательно перестал сдерживаться и пустил в ход не только магию, но и артефакты. Надо сказать, что я получил куда больше ранений, чем в свое время Александр. Но для меня отсеченная рука — это дело пяти секунд. Если хорошо сохранилась и улетела недалеко — можно просто подобрать ее, отряхнуть от пыли и поставить на место. В противном же случае никто не запрещает отрастить новую, а остатки старой использовать, как оружие.

Казалось бы, лупить врага своей же отрубленной рукой глупо. Но что еще сможет так хорошо проводить энергию, как не своя собственная конечность? Думал даже ногой пожертвовать, чтобы оружие приобрело дробящий эффект, но маг вовремя одумался и бросил на землю фиолетовый кристалл.

Вспышка, и над ним тут же открылся пространственный Разлом, а буквально через пару секунд из него вышло трое мужчин в артефактной броне.

— Ты чего нас позвал? — недовольно проговорил воин, и огляделся по сторонам. Он сразу заметил, что у меня нет одной руки, увидел избитого мага, что висел на дереве, подвешенный за штаны. Александр тоже выглядел так себе, лежал неподалеку и пытался прийти в себя. — Это что, нарушители?

— Убейте их! — прохрипел маг. — Это местные! И они сильнее, чем кажутся!

* * *

Александр думал, что от Булатова можно ожидать чего угодно. Он уже давно привык к непредсказуемым поступкам графа, и потому почти смирился с тем, что впереди его ждет еще много страха, боли, и ужаса. И так до тех пор, пока он не сможет вернуться домой.

Но вот такого цесаревич точно не ожидал.

Непонятно как, почему и зачем, Булатов высадился в глубоком тылу иномирской армии вторжения. Сложно придумать более опасное мероприятие. Хуже было бы, разве, если Михаил решил бы отправиться на надувной шлюпке в красную зону океана, как раз в момент вторжения водных тварей. Но эту мысль Александр сразу отбросил, и постарался забыть, а то вдруг Булатов услышит.

Разумеется, здесь встретился довольно сильный маг. И нет ничего удивительного в том, что Михаил с ним вполне справляется. Как раз чего-то подобного от Булатова вполне можно было ожидать. Да, он лекарь, но все давно поняли, что лекарь он довольно странный и неординарный. Граф даже не пытается скрывать этого, ему это уже не нужно.

Но если с одним сильным магом Михаил мог справиться, то вот с этими тремя могущественными воинами — уже вряд ли… Александр надеялся просто подождать, когда Булатов закончит всю работу за него, но теперь цесаревич осознал, что отсидеться не выйдет, и придется выложиться на полную.

Очень не хотелось показывать посторонним свою силу, ведь она держится в тайне уже многие поколения. Да и отец не раз повторял, что применять истинную силу императорского Рода строго запрещено до достижения хотя бы тридцати лет. А лучше подождать с этим и до сорока, после чего только начинать тренировки с ней. Не говоря уже о том, чтобы использовать в реальном бою. Ведь, в противном случае, сила может разрушить тело изнутри, слишком агрессивная и могущественная энергия течет в жилах у цесаревича. Но выбора не было, пришлось сражаться всерьез.

Михаил уже получил несколько страшных ран, когда Александр налетел на троицу воинов, и двоих даже смог сбить с ног. Но они быстро перегруппировались, и завязалась схватка, где у иномирцев было явное преимущество, не только в количестве, но и в силах.

Александр активировал свой скрытый Дар, и меч покрылся тонким слоем золотистой пыльцы. Она легким шлейфом тянулась вслед за лезвием, и казалось, что такая концентрация энергии попросту не может нанести вред.

Но, к удивлению иномирцев, Александр сделал несколько ложных выпадов, и после этого смог вскользь зацепить покров одного из воинов. Тот с треском лопнул, а на животе осталась серьезная рана, так что ему пришлось отступить под защиту своих сослуживцев.

— Ха! Дубина! — сначала мимо цесаревича пролетела отрубленная под самый корень нога. А затем вслед за ней, задорно хохоча, проскакал Булатов.

Помотав головой, чтобы поскорее забыть произошедший бред, Александр снова сконцентрировался на контроле своей энергии, и вступил в схватку с новыми силами.

Вот только с каждой секундой боя приходилось вкладывать всё больше энергии не только в удары, но и в защиту. Иномирцы действовали слаженно, и потому не позволяли попадать по себе. Тогда как их атаки всё чаще заканчивались царапинами и ранами на теле цесаревича. И ведь можно укрепить покров и попробовать атаковать их массово. Но Александр понимал, что если он добавит еще хоть немного энергии… Это