Логово дракона - Кэтрин Джордж

— Что, Наоми, и на этот раз я не заслужил аплодисментов? — Он вернулся к софе и уселся, вытянув ноги на ковре. — Какое же ты непробиваемое создание!

— Просто не хотелось разрушить очарование, — сказала девушка, прокашлявшись. — Ты очень хорошо играешь.

— Скорее, вполне прилично. И это так же верно, как то, что меня зовут Бран. Но если хочешь послушать Листа или Шопена, лучше обратись к моей коллекции записей.

— Наверное, твоя матушка была сильно разочарована, когда ты не выбрал карьеру музыканта?

— Моя матушка была весьма практичная женщина. Когда умер отец, то, чтобы учиться в колледже, я должен был получать стипендию. — Бран пожал плечами. — Поэтому, когда мне предложили стипендию в художественном колледже, все вопросы отпали. Правда, мать не представляла себе, как я смогу живописью зарабатывать на жизнь, но успокаивала себя тем, что, если будет необходимо, я всегда смогу преподавать в школе, как и она. — Он повернулся к Наоми. — Пожалуйста, плесни мне виски. С содовой.

Она налила виски в стакан, разбавила содовой и протянула Брану.

— Спасибо. И что я буду делать, когда ты уедешь? — сказал он шутливо. — Ты здесь всего несколько минут — и уже абсолютно незаменима.

— Незаменимых нет.

— Но одни более заменимы, а другие менее, Наоми.

— К тому времени, когда я уеду, ты уже будешь видеть. А теперь, если не возражаешь, я пожелаю тебе спокойной ночи. Я немного устала.

— Не удивлен. Работа на меня — это тебе не фунт изюма, не так ли?

— Хоть какое-то разнообразие. Не все же возиться с отмывалкой, — усмехнулась девушка.

Бран удивленно нахмурился.

— Отмывалкой?

— Конечно. Когда мой начальник привозит с аукциона партию китайского фарфора, как ты думаешь, кто его отмывает?

— Дай-ка мне руку.

Бран ощупал ладонь Наоми.

— На ощупь не скажешь, что ты часто что-то моешь.

— Руперт снабжает нас кремом для рук, — с трудом выговорила она, вся во власти его прикосновения.

— Нас?

— В магазине мне помогает его жена, а по выходным еще приходят почасовые работники. Вообще-то другие действительно моют гораздо больше меня.

— Почему?

— Я веду бухгалтерию фирмы.

— Какая предприимчивая натура! А что ты еще делаешь?

— Ничего особенного. Вообще-то моя жизнь не слишком интересна, — сказала она и высвободила руку из его пальцев.

Бран засмеялся.

— В моем нынешнем состоянии, Наоми, все, что нарушает монотонность жизни, — все интересно. Даже средство, которым ты моешь китайский фарфор!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

В эту ночь Наоми поднималась в комнату, раздираемая противоречивыми чувствами. Самым разумным было бы вернуться в Лондон, и это она прекрасно понимала. Но нет, она не сделает этого. И вовсе не потому, что горит желанием помочь Диане, — просто ей мучительно хотелось остаться рядом с Браном Ллевеллином, хотя бы пока не закончится работа над книгой. Глупо было бы отрицать, что она не очарована его яркой и сильной личностью, причем уже с того момента, когда столкнулась с ним в опере. Узнав о его слепоте, Наоми была потрясена до глубины души, но это обстоятельство только усиливало его притягательность, делая его более доступным, что ли, более человечным. Стоя посреди комнаты, Наоми закрыла глаза, пытаясь представить, как это — жить в темноте, тем более что главным в жизни Брана были цвет и свет и дар переносить их на холст.

Она открыла глаза. Пора было возвращаться на грешную землю, и она вынула блокнот из потайного места. Мечты о Бране Ллевеллине — это, конечно, замечательно, но он всего лишь временный работодатель, а Диана — часть ее реальной жизни, любящая сестра, которая нуждается в ее помощи. Наоми чувствовала, что просто обязана помочь сестре, даже если при этом рискует навлечь на свою голову гнев Брана. Но он, может быть, еще ничего не узнает. Возможно, он вообще никогда не читает «Кроникл». И даже если Диана напечатает статью, он никогда не увидит ее. Но был еще один момент, оправдывающий Наоми в собственных глазах. Она не собиралась передавать Диане сведения личного порядка, решив ограничиться только описанием дома. Все остальные факты все равно скоро станут общеизвестными — благодаря выходу в свет автобиографии. Хотя тайной все же останутся слепота и Аллегра. А Наоми не намеревалась сообщать об этом ни Диане, ни кому-либо еще.

Последующие дни ничем не отличались друг от друга: завтрак с Мейган и Талом, работа на компьютере с раннего утра, кофе с Браном и потом они уже не встречались до ужина.

Чувство вины быстро растаяло, когда она втянулась в спокойную жизнь «Логова Дракона», где самый сильный шум исходил из овечьего загона. Но сейчас даже овцы вели себя довольно тихо, потому что прошло время появления на свет ягнят. Лондон отошел на второй план. Сейчас реальность — это жизнь здесь с Браном Ллевеллином, в уединенном красивом доме в Черных Горах.

— Завтра суббота, — сказал Бран за ужином. — Голосую за то, чтобы выйти на волю. С тех пор как приехала, ты работаешь как каторжная, без перерыва. И выходной тебе просто необходим. Попрошу Тала покатать нас по округе.

Не можешь же ты вернуться в Лондон, не совершив ознакомительного путешествия по земле моих предков, Наоми Берри. Так что решено: посетим мои любимые прибежища, а ты опишешь их мне. Хочу увидеть их твоими глазами.

— Но…

— Никаких «но». В любом случае ты не сможешь печатать, пока я не дам тебе очередную кассету, а я категорически отказываюсь это сделать до понедельника, — решительно сказал художник. Потом его лицо помрачнело. — Понедельник будет в полном твоем распоряжении, и ты сможешь спокойно трудиться в одиночестве. Я поеду к врачу на консультацию.

Вилка и нож Наоми звякнули о тарелку.

— Что-то не так?

— Нет. Обычный осмотр. Мне послышалась нотка сочувствия?

— Да, конечно.

Его рот горько искривился.

— Будь добра, Наоми, никакой жалости. Именно против этого я протестую более всего.

— Постараюсь запомнить, — сухо пообещала девушка.

— Тебя это задело, да?

— Да.

— И это означает, что ты не принимаешь мое предложение покататься?

— Ну что ты! Я была бы круглой дурой, если б отказалась от поездки.

— Какая практичность!

— Качество, которое восхищало тебя в твоей матушке.

Он фыркнул.

— Ты напоминаешь мне ее. Часто.

— Принимаю это как комплимент, — засмеялась Наоми. — И чем же я ее напоминаю?

— Как и ты, она имела привычку спускать меня с небес на землю.

— Вот уж чего я не хотела! — сказала Наоми, свертывая салфетку. — А теперь, если ты закончил с ужином, предлагаю приступить к читке. Сегодня я сделала более обычного, поэтому лучше начать пораньше.