И всё-таки я люблю тебя! Том 1 - Елена Харькова

Позади этого коротышки какой-то мужчина в военной форме нёс коробку и букет роз. Фёдор Николаевич, кивая в знак приветствия, но при этом хмуро глядя себе под ноги, наконец-то дошёл до стола и сел во главе его.

– Так, а где виновники торжества? – строго спросил он хриплым басом, как будто вызывал провинившихся к себе в кабинет для взбучки.

Вот голос у Фёдора Николаевича в отличие от внешности соответствовал статусу очень важного начальника.

Николай Ефимович с Анной Брониславовной быстро подвели Вадима с Верочкой, а сами встали сбоку. Фёдор Николаевич поднялся из-за стола, подошёл к молодожёнам, пожал руку Вадиму, потом Верочке и сказал: «Молодцы! Поздравляю! Так держать!» Затем пожал руки родителям и бросил взгляд на военного. Тот передал подарок с цветами и, по привычке чеканя шаг, ушёл.

– Ну-с, а почему вы ещё не за столом? Я уж думал, что тут пир горой, а все ещё почему-то трезвые, – наконец-то улыбнулся Фёдор Николаевич.

Это для всех явилось приглашением, и гости радостно заняли места за красиво сервированным длинным столом. Инна постаралась сесть напротив приглянувшегося ей симпатичного блондина, но долговязый парень тут же уселся рядом с ней, чем вызвал у девушки трудноскрываемое раздражение.

Гости начали заполнять салатами и закусками фарфоровые тарелки. Радостный стук вилок сопровождало бульканье разливаемого по бокалам шампанского. Наконец все взяли в руки бокалы с золотистым пузырящимся напитком и посмотрели почему-то не на молодожёнов, а на противоположный конец стола.

Фёдор Николаевич поднялся, откашлялся и заговорил:

– Товарищи, мы собрались на очень важное мероприятие. Сегодня создаётся ещё одна ячейка социалистического общества…

Дальше речь шла о том, что надо быть благодарным нашей стране за то, что здесь люди могут жить счастливо, что поэтому нужно стремиться быть полезным своей родине. Потом он рассказал о международной обстановке, о предсмертных судорогах загнивающего капитализма, о преимуществах социалистического общества и так далее. Говорил он долго и утомительно. Инна подумала, что хоть речь комендантши общежития на проводах была и менее складной, но смысл был совершенно одинаковый.

«Может, есть специальный документ для ответственных работников, в котором напечатан образец тостов?» – усмехнулась она.

Все уже устали держать бокалы, и менее послушная молодёжь поставила их на стол. Наконец-то речь закончилась, и все с удовольствием произнесли «горько!», что всё-таки напомнило окружающим о том, что они присутствуют на свадьбе.

Верочка с Вадимом поднялись и поцеловались. А дальше уже на них особо не обращали внимания, лишь изредка, желая в очередной раз опустошить бокалы, произносили заветное «горько» и наблюдали, как жених целует невесту. Но Верочку это совсем не обижало. Напротив, она была рада, что всё внимание сосредоточено не на ней, а на том пузатом коротышке, который сидел на другом конце стола. Ей совсем не хотелось изображать веселье. Верочка с грустью думала о том, что сегодня она совершила самое большое за свою жизнь предательство по отношению к подругам и в то же время самый большой подвиг ради Вадима. Она так была поглощена своими мыслями, что не обращала внимания на окружающих и не увидела среди гостей Инну. А подруга тем временем старалась изо всех сил покорить симпатичного блондина, но тот почему-то оставался холоден к её томному взгляду и чарующей улыбке и весь вечер ухаживал за совершенно обыкновенной девицей, сидящей рядом с ним. В конце концов Инна смирилась с тем, что её кавалером на этой свадьбе будет прыщавый долговязый парень. А после того как Фёдор Николаевич обратился к долговязому, назвав его при этом племянником, Инна с интересом поглядела на своего ухажёра.

– Ты чё, правда его племянник?

– Да. Только двоюродный. Моя мама – двоюродная сестра Фёдора Николаевича.

Инна ещё раз на него посмотрела. Кроме большого носа, никакого другого сходства она не нашла. Но внешность парня уже не казалась ей такой отталкивающей.

– Ну что ж, раз ты мой кавалер, давай хоть познакомимся. Я Инна.

– А я Володя, – улыбнулся парень.

Чем больше было выпито спиртного, тем более раскованно вели себя гости. Если в начале банкета слышен был только стук ножей и вилок о тарелки, то теперь гости стали переговариваться и даже смеяться. Особенно разительная перемена произошла с Фёдором Николаевичем. По мере того как опустошалась бутылка водки рядом с его тарелкой, он превращался из хмурого начальника в весёлого мужичка и к середине вечера уже разошёлся не на шутку.

Он стал рассказывать соседям по столу, как на собственной свадьбе он крепко выпил и проворонил невесту. Сваты её украли и потребовали потом с него выкуп в виде десяти бутылей самогона, на что он ответил, что ни одна баба не стоит так дорого, поэтому пусть оставляют её себе.

Он так хохотал над собственной шуткой, что чуть не свалился со стула.

– Кстати, а почему на этой свадьбе так скучно? Никто невесту не крадёт, частушек не поёт. Это не по-нашему, не по-русски. Надо это исправить, – он хохотнул и шёпотом сообщил соседям по столу: – А мы сейчас украдём туфлю у невесты и заставим жениха из неё выпить.

Подмигнув соседке, Фёдор Николаевич опустился на четвереньки и полез под стол. По мере продвижения под столом он, однако, не упускал возможности погладить дам по ножке, а некоторым даже целовал туфельки. Дамы сначала возмущённо ахали, но, заглянув под стол и увидев, кто именно позволяет себе такие вольности, меняли гнев на смущенную улыбку.

Ничего не подозревающая Верочка старательно резала ножом мясо, размышляя о том, что, может, сходить на днях к девчонкам и попытаться всё объяснить им? Может, простят? Она подбирала слова для будущих извинений, как вдруг почувствовала, как кто-то погладил её по ноге. Верочка с удивлением посмотрела на Вадима, но его руки были на столе. Значит, это не он. Она в ужасе растерялась, не зная, как реагировать на такое хамство. Но когда Верочка почувствовала, как кто-то пытается снять с неё туфлю, она решила, что этот нахал к тому же ещё и вор, который хочет украсть её прелестные туфельки. Верочка так разозлилась! Она с силой второй ногой отпихнула наглеца.

Удар пришёлся Фёдору Николаевичу по лбу, а острый каблук пробил голову как раз посередине между бровями. Взревев, как медведь: «Ё!!!» – Фёдор Николаевич рухнул на спину без сознания.

Что тут началось! Сначала никто не мог сообразить, что произошло. Но потом по ужасу на лицах и по истошному крику дам: «Фёдора Николаевича убили!!!» – люди поняли, что произошла ужасная трагедия. Целая толпа кинулась под стол и, толкая и мешая друг другу, пытались помочь пострадавшему. А когда столпившиеся вокруг места происшествия увидели, как из-под стола вытащили за ноги самого важного гостя, который лежал с закрытыми глазами и с дыркой во лбу, из которой тонкой струйкой текла кровь, все ахнули: «Застрелили!!!» И как эхо, многократно повторяясь, разнеслось по всему залу: «Фёдора Николаевича убили!!!»