Наполовину. Книга 1. Принц - Максим Коляскин

Ещё два года тому назад дочь Софии считалась весьма перспективной кандидатурой на роль невесты Принца. Казалось, что нарушить подобные план могло лишь желание отца Ричарда породниться с властителем какого-нибудь сильного государства. Но подобных идей от старого Короля никто не слышал. Зато он препятствовал свободному общению молодых людей, симпатизировавших друг другу. До поры это казалось заботой о том, чтобы юнцы не наделали глупостей раньше времени.

- Как бы не испортил наш обалдуй свою будущую жену! – говаривал Король своей жене.

- Или она его? – фыркала в ответ Королева.

Не просто и не сразу выяснилось, что отец Ричарда сам не прочь насладиться нетронутыми прелестями красавицы Элеоноры. Как бы то ни было, он во всеуслышание объявил, что не торопится женить сына. А сам, не дождавшись совершеннолетия Норы, приватно заявил ей о своём намерении лично подготовить девушку к семейной жизни с наследником королевского престола. Чему именно Король успел научить Элеонору, теперь можно было узнать только у неё самой, а в те времена в королевском семействе разразился громкий скандал. О неуёмной активности мужа в отношении будущей невестки прознала Королева.

Пожалуй, это был единственный случай, когда ничего не подозревающая София едва не попала в опалу своей двоюродной сестры. К чести Королевы, следует признать, что она быстро разобралась в ситуации. О занятиях с Королём Элеонора рассказывала только своему старшему брату Нилу, да и с ним не делилась подробностями. В итоге, вместо замужества, Нора отправилась в монастырь. Нил встал на защиту чести и достоинства сестры. Ходили слухи, что молодой человек пытался вызвать Короля на дуэль.

Надо сказать, что долгое время брат Элеоноры считался юным другом Ричарда и тесно общался с ним в компании с Эндрю и прочими членами «ватаги Принца». Но история с сестрой изменила его отношения с приятелями. Выяснив, что Принц понятия не имел о шалостях своего отца, Нил не стал предъявлять Ричарду претензий, но затаил на него обиду. «Как может жених до такой степени не интересоваться делами невесты?» – недоумевал брат Норы, не вдаваясь в детали отношений сестры с Принцем, а по сути, в отсутствие каких-либо отношений. Бурная деятельность Нила привела его… в мужской монастырь, на большом удалении от обители, ставшей прибежищем для Элеоноры.

Повествование Софии не содержало новой информации для молодого Короля. Но её тщательно сдерживаемые эмоции дали Ричарду пищу для размышлений.

- Не пора ли вернуть твоих детей в Роял Стронгхолд? – поинтересовался он.

- Мне радостно слышать от тебя подобные слова, мой чудесный Король! – заулыбалась Соня, но тут же погрустнела: – Так или иначе, я поддерживала связь с детьми, но... Видишь ли, они и на меня обижены. По их мнению, я могла активно поддержать их протест, возможно, отправиться в монастырь с дочерью. Но «чёрствая мамаша» предпочла не портить отношения со своей двоюродной сестрой и «горячо любимым племянником». Так они говорили...

- Я понимаю, что от твоего умения и желания сгладить углы зависело благополучие детей, пусть и сосланных из столицы, но... – полубог в теле Ричарда посмотрел на Маркизу с изумлением: – Ты осталась во дворце… из-за меня, Соня?!

- Прости свою глупую подданную! – опустила голову София.

- Простить? – Король подсел к Маркизе и обнял её за талию. – Простить тебя… за любовь ко мне?!

Продолжить разговор оказалось Соне не под силу. Её душили слёзы и бурные эмоции к любимому мужчине, ставшему любовником Софии лишь по счастливому стечению обстоятельств. Так, по крайней мере, думала она... Прижавшись к тёплой и родной, мужской груди, Маркиза зашептала:

- Мой любимый! К несчастью, за последние полгода я потеряла связь с детьми... Вероятно, тебе по силам восстановить её. Если ты не разочаровался в Элеоноре окончательно и желаешь приблизить её к себе... Конечно, я не знаю, в каком качестве она может тебе понадобиться...

- Мне нужна ты, Соня! – мягко прервал её Ричард. – И я не хочу, чтобы тебя беспокоила разлука с детьми.

Не желая расставаться со своим Королём, Маркиза, тем не менее, упрямо отправляла его в королевскую спальню к Трепетной Лани. Король не стал сопротивляться. На постели Ричарда крепко спала изящная девушка с Севера, разметав по подушке длинные чёрные волосы. Властитель Королевства минуту созерцал красоту своей «утешительницы», но, даже не коснувшись нагого женского тела, укрыл его одеялом, лёг рядом и уснул, едва положив голову на соседнюю подушку.

Утром Ричард направился в Храм Трёх Богов, где его уже ждали. «Рад видеть тебя, жрец Солнца», – воскликнул Король, пожимая руку священнику. Тот, не скрывая радости от дружеского визита Властителя государства, сразу же повёл его в свою келью.

- Быть может, Вам удобнее обращаться ко мне по имени? Меня зовут Давидом, Ваше Величество, – заговорил по дороге жрец.

- Я знаю, Давид, – кивнул Ричард. – Помнится, с Принцем священнослужители общались на «ты». Что-то изменилось?

- Очень многое, – улыбнулся жрец.

В углу его кельи, смиренно сложив руки на коленях, сидели двое молодых людей в монашеских рясах с откинутыми капюшонами. Во внешности мужчины двадцати трёх лет с первого взгляда угадывалась близкородственная связь с Ричардом. Двадцатилетняя женщина, напротив, не походила на своих родственников совершенно. К ним и обратился Отец Давид, представляя своего спутника:

- Его Величество Король Ричард, ваш старший брат по отцу.

- Послушник Генрих, – низко поклонился Ричарду молодой человек, чьи глаза ярко вспыхнули и округлились.

- Послушница Луиза, – поедая Короля опасливым взглядом, пролепетала девушка и склонилась в глубоком поклоне.

- Приятно видеть моих близких родственников в добром здравии, – широко улыбнулся Ричи. – Вас доставили сюда по моей личной просьбе. Как вы знаете, после трагических событий в Королевстве происходят серьёзные перемены. Я счёл необходимым познакомиться с людьми, связанными со мной братскими узами, и прояснить, не готовы ли они послужить отечеству.

- Вы можете располагать мною в полной мере по своему усмотрению, – воскликнул Генрих. – В монастыре культа Стихий я занимался изучением тактики и техники боя, с оружием и без него, нёс