Злодейка, разыгравшая свою смерть. Том 2 - Элли Лин

Рина и попала в тот мир? Книга пыталась доказать Китрану, что он ошибается, раз не верит словам пробужденной в теле Эйрены чужачки?

— Кто-то из моих предков говорил, что ты, фолиант, можешь все слышать и чувствовать, потому что живой. Когда я в последний раз открывал тебя, ты услышал меня и решил дать ответ? Но почему таким странным образом?

Когда открывал книгу в последний раз, Китран долго ломал голову над тем, что же не так с этой Риной. Он пытался найти прецедент — похожую сказку, но у него не вышло разглядеть в истории о волках скрытый подтекст.

Фолиант рода Акария считался темным артефактом, в которое была вложена чья-то душа. Эта книга сама себя заполняла, сама описывала истории, но как она могла знать все? Как ей удалось узнать даже мысли Китрана?

— Ладно, ты меня убедил, мне и правда следует начать верить Рине. Вот только надо было мне это раньше понять…

Еще до попадания в уже павший мир, описанный на страницах книги.

Если бы только Китран заранее смог убедить себя, что Рина ему и всем людям не враг, если бы только начал серьезнее к ней относиться, ему не пришлось бы видеть, как бедная девушка оседает на пол и, сотрясаясь всем телом, тихонько плачет.

Китран слишком хорошо запомнил, как Рина расплакалась. В тот момент ее тело безвольно опустилось на корточки, а тонкие плечи начали из-за всхлипов тихонько дрожать. Вся она съежилась, будто пыталось стать маленькой и незаметной, будто искала способ закрыться, будто желала исчезнуть, а не просто сбежать. Ему так хотелось ее успокоить…

Герцог прикрыл руками лицо.

И кто здесь дикий демон? Кто полез к девушке, когда она так уязвима: Нагата или он сам?

Пора бы смириться и наконец-то признать, что они оба — и Китран, и Нагата — это части единого целого. По всей видимости, Китран и Нагата всегда разделяли одни и те же желания.

«Нужно придумать способ не дать Рине стать жертвой сюжета», — решил Китран, взглянув на листок, заполненный ровными буквами. Конечно, у него уже появилась идея.

* * *

Раньше Рина, когда задумывалась над тем, как может выглядеть летний сад в замке демона, представляла его похожим на заброшенный участок высохшей и никому не интересной земли: с торчащими ветками, с мрачными покосившимися беседками и цветущими тут и там ядовитыми травами и кустарниками. Вот только в отличие от ее ожиданий все здесь оказалось не зловещим, а на редкость невинным и очаровательным. Здесь росли благоухающие цветы всех сортов и расцветок, а деревья были высокими и зелеными и не напоминали собой голые ветви, которые давно облюбовали стаи крикливых ворон. Здесь даже имелся искусственный водоем, в котором плавали рыбы и уточки. На ум тут же непроизвольно пришли эльфы, а не страшные демоны.

Диссонанс в голове, вызванный садом, заставил Рину так сильно задуматься, что она даже не сразу заметила, что неподалеку от нее стоял Китран. Он уже ждал ее для совместного завтрака.

— Доброе утро, герцог Ака… — начала она, как вдруг замерла, прервалась на полуслове.

Рина заметила нечто маленькое, помятое. Нечто, что Китран держал в своих руках и внимательно изучал.

— Этим фальшивым детишкам очень понравились твои поделки, — в руках у него находился листок с зачеркнутыми словами. Лист ясно складывался в форму самолетика, но теперь был раскрыт и, по всей видимости, Китраном прочитан. — Очень рад, что ты использовала бумагу по назначению.

Рина собралась с духом, успокаивая себя. Она не писала на тех клочках бумаги ничего злобного по отношению к демону, так что какой смысл сейчас беспокоиться? Не о чем ей переживать. Вообще не о чем!

Вот только щеки, как и все лицо, у нее все равно непреднамеренно вспыхнули.

— Я очень рада, что кому-то, как и господину Китрану, приглянулись мои самолетики, — сказала Рина, растягивая слова и подходя к демону ближе. — Скажите, господин герцог, вы ведь подобрали его не из-за того, что решили, что это мое письмо с просьбой о помощи? Не думали же вы, что я с помощью неказистого самолетика передам кому-нибудь сообщение с призывом меня освободить?

— Ты так тактично хочешь узнать, прочел ли я его? — Китран усмехнулся. — Я его развернул не из-за опасения, что ты напишешь письмо с призывом о помощи. Просто хотел твой почерк увидеть.

"Ха-ха, ну конечно, почерк…"

— Ну и как? Он вам понравился? Если хотите, я что-нибудь специально для вас напишу. Могу прямо на лбу, будете потом в любое время на него заглядываться и любоваться словами.

— Напишешь на моем лбу гадости на своем родном языке? — Китран спрятал самолетик в карман, после также удачно скрыл с лица улыбку и стал серьезней. Он напомнил: — В следующий раз тебе не нужно потакать всем желаниям детей. Иначе я запрещу им по ночам покидать свои комнаты.

— Какой же вы, господин герцог, злой. Прямо истинный демон.

Сама того не осознавая, Рина снова начала отпускать в адрес демона шуточки, как и в то время, когда герцог еще притворялся священником под именем Антей. У самого Китрана от этого на душе полегчало. Пускай он и понимал, что сейчас Рина делает это не из большого доверия к нему, злобному демону, она так скорее пытается за шутками скрыть обуревающее сердце смущение. Как-никак демон, не спросив должного разрешения, ее поцеловал, что ей теперь делать, если не шутки шутить? Просить его взять ее в жены, потому что Китран посягнул на целомудрие губ?

Кстати, о браке… а точнее, помолвке. Как бы Китрану начать о ней разговор?

— 9 — Защита

Помолвка, о которой до этого говорила Рина, теперь не казалась Китрану плохой затеей, как он поначалу считал. Если бессильная ведьма хочет спастись и зазря не лишать себя жизни, ей действительно необходима особая сила, например, повелитель демонов — сам герцог Китран. С другой стороны, Китран и сам теперь не желал видеть, как Рина сгинет и пропадет, поэтому должен был дать ей прикрытие и новую силу. В теле Эйрены больше нет прежней мощи, у бессильной ведьмы остался только статус и бесчисленные враги, поэтому теперь ей нужно хорошо защищаться. После всего произошедшего Китран наконец-то понял, что действительно может стать хорошим щитом.

Пока он раздумывал, как заговорить об идее с помолвкой, он на пару с Риной уже дошел до садового столика, рядом с которым стоял еще один человек. Точнее сказать, еще один демон.

— Позволь представить тебе этого парня, Рина, —