Восхождение - МикаТчи

мужчина и женщина. Беспроигрышное сочетание, чтобы понравится людям противоположного пола. Не скрою, Вероника была очень симпатичной, волнующе желанной. О красоте парня в очках судить было трудно, но кажется такие вот мрачные герои обычно нравятся впечатлительным барышням.

Или это действительно могла быть тюрьма, и каждый из пленников старается сыграть на эмоциях в свою пользу. Неужели я забрел в уголок башни, не предназначенный для посторонних.

Сомнительно. Предполагалось что создатель наблюдает за всем, что происходит на его территории, и корректирует пути восхождения. По крайней мере, такой слух ходил в среде бывалых приключенцев.

Возможен ли вариант, в котором он решил совместить приятное с полезным, превратив с легкой руки карцер в очередную площадку для испытаний. Как следует поступить — выбрать правильного спутника или освободить всех разом?

В этом уравнении было слишком много неизвестных переменных, а еще вместо цифр прямо передо мной стояли люди, рассчитывающие на спасение. Никогда не слышал о том, что приключенцам давали возможность освободить пленников башни. Как и об играющих не по правилам отражениях. Почему все эти новшества выпали на мою долю?

Может это намек на то, что случилось с братом.

Кто-нибудь из вас встречал парня, похожего на меня? Его зовут Александр Вышнецкий. Может быть он был одним из заключенных?

Мужчина и Вероника переглянулись, а затем оба покачали головами.

— Здесь прошло не мало людей, но я никогда не слышал этого имени, — отозвался человек в зеркальных очках.

— Он пробыл здесь дольше остальных. Так что, если говорит, что не знает, мы и подавно не встречали такого, — покосилась Вероника на своего соседа.

Я тяжело вздохнул, разочарованный очередным провалом. Не стоит надеяться на слишком простое решение. Просто нужно придерживаться плана и закончить восхождение.

А пока может получится помочь кому-то из них.

Я потер переносицу. Честно говоря, в голове не было ни одной идеи о том, как разрешить эту задачу. Раз пленники оказались в своих камерах, разве на то не была воля башни?

Впрочем, философия сейчас ни к чему не приведет. Если весь этот зал часть большого замысла с испытанием, то освобождение — это проверка на благородство. Вот только если создатель так легко убивает своих гостей, стоит ли отвечать на его загадки благородством? Что за существо будет радостно наблюдать за чужими смертями, мучениями от морального выбора, постоянным риском.

Размышлять в таком ключе было своего рода кощунством, но глядя на беспомощных в своем заключении авантюристом я не мог отделать от мысли, что Александр может так же томиться в одном из темных углов, ожидая спасения. Это злило.

Мой взгляд встретился с серебристыми линзами очков: — Даже не попытаешься уговорить меня использовать ключ для твоей камеры?

Мужчина лишь покачал головой: — Этот ребенок возможно еще жив. Вероника права, шансов на его спасение мало, но я не смогу спокойно спать, зная, что даже не попытался его спасти.

Я молча кивнул. Не согласиться с его рассуждениями было верхом цинизма.

— Звучит очень трогательно, вот только есть один нюанс, — отозвалась вдруг вероника. — Прежде чем поверить в человечность красавчика, подумай, не захочет ли он вырваться из своей клетки, как только малец окажется на свободе. Вакуум тут же убьет меня, но кому не наплевать на незнакомца?

— Кому-то вроде меня, — покачал головой мужчина. — Даже не стану спорить, мне все равно не сравниться с тобой в красноречии.

— Как вы попали сюда? — скрестив руки на груди спросил я. — Что это вообще за место?

— Залезла туда, куда совсем не следовало. С дроперами такое случается, иногда, — вздохнула Вероника, поправляя перепачканные волосы.

— Дроперы? — нахмурился я.

Глава 7

— Дроперы, надо же какое словечко придумали, — поморщился мужчина в очках. — Мародеры, подбирающие лут, который им не принадлежит. Шныряют по локациям в поисках тайников, стараются обойти головоломки или навязаться к кому-нибудь в напарники, чтобы не рисковать самим.

Вероника криво улыбнулась. Я впервые заметил на ее лице шрам, пересекающий верхнюю губу.

— Все мы мечтаем найти сокровище. Разве авантюристы приходят в башню за чем-то другим? — закатила глаза женщина.

— Мне уже надоело слушать твою философию, — жаль, что эта ловушка оказалась не настолько милостивой, чтобы быть смертельной, — вздохнул незнакомец в очках.

— Кстати, раз уж я погналась за наживой и поплатилась за это. Как здесь оказался столь благородный воин? — прищурилась Виктория.

— Меня телепортировало из головоломки, решение оказалось не верным, но я не старался юлить! — ощетинился мужчина.

— Ну конееечно, легко поверить. А теперь расскажи, почему несколько родов назначили награду за твою голову? — не унималась женщина.

Незнакомец насупился, но промолчал. Кажется, у него не было достаточно убедительного ответа. Он демонстративно отвернулся в сторону, не желая продолжать разговор.

— Не знаю, зачем ему сдался этот паренек, но готова спорить на любые деньги, что как только ключ откроет клетку, наш друг разнесет свою камеру, просто чтобы заткнуть меня, и дальше вешать лапшу о своих праведных намерениях, — продолжила Виктория, обращаясь ко мне.

Я окончательно запутался, совершенно не зная, как поступить. Если пленники действительно являются частью моего вступительного испытания, тогда у создателя башни очень изощренное чувство юмора.

Однако, кое-что хорошее во всем этом бардаке было. Если авантюристов на самом деле могли поймать и посадить в тюрьму, вероятность найти Александра живым несколько повышается. Не знаю, что он должен был совершить, но это лучше, чем безвозвратная гибель. Возможности создателя башни казались безграничными, но кто даст гарантию, что он умеет воскрешать из мертвых.

Это была запретная тема. Сама мысль о том, что все старания по восхождению могут оказаться напрасными, вгоняла меня в невероятную тоску. Я пережил череду тяжелейших тренировок и согласился стать авантюристом только для того, чтобы вернуть брата домой. Прочие блага этого места мне были ни к чему.

Доводы Вероники звучали убедительно, вот только нельзя было оставлять ребенка при смерти, как бы не повернулась ситуация потом. Я осторожно двинулся в сторону его камеры, держа ключ наготове.

— Спасибо, — проговорил мужчина. — Кстати меня зовут Крис.

— Если ты хотя бы двинешься с места, после того, как откроется замок, я выпущу твою подругу при помощи вот этого, — моя рука коснулась трости. — А если не получится, активирую все найденные ловушки, что никто из нас не смог выбраться.

Крис молча кивнул. Подняв ладони в примирительном жесте. Вероника лишь цыкнула, в очередной раз закатив глаза: — Надеюсь ты знаешь, что делаешь, малыш.

— Почти уверен, что не знаю, — проговорил я, оглянувшись на нее. — Почему ты решила, что именно синий ключ подходит для ваших