Во Власти Тьмы - Мадина Ризванова

- Мне с самого детства рассказывали, что тот, кто владеет высшей магией, не имеют мастерства в фехтовании, - быстро о них позабыв, заметил Сэм. - Как это получилось у тебя?

- Я маг, а не воин, - наконец открыв глаза, ответил ему Давид. - Вы правы: я не умелец в фехтовании.

Почесывая затылок, он сел и бросил на светлого принца сонный взгляд. Обычно именно такое выражение в красках говорило о том, насколько сильно человек не расположен к беседе. Но если присмотреться к лесному магу, можно было без труда понять, что это касается уже не его. Вероятно, таким сонным он бывает очень часто.

- Вас тоже раздражает это напряжение? - догадался Давид.

- Да... - уже менее оживленно кивнул Сэм, отведя взгляд.

- Это не изменится. По крайней мере не сейчас. Они слишком ненавидят друг друга.

- Они? - изумился светлый эльф, сорвав светло-синий полевой цветок. - То есть, ты не в их компании.

- Мне все равно, - отозвался Давид, снова ложась и, закрыв глаза, продолжил. - Я сдружусь даже с минотавром, если мне прикажет мой Владыка.

Это заявление загнало Сэма в угол. Сколько не пытался он, так и не смог с точностью определить - положителен был данный ответ или все же нет. Так или иначе, вытянуть из него более точный ответ у него не получилось. Но в разговор вступил третий лесной эльф, который все это время сидел позади них. Им был парень, не отличающийся ростом, но привлекающий внимание своей простотой. Самым примечательным в нем была, пожалуй, его повязкой на лбу, идеально подходящая к его необычайно темно-синим глазам.

- Лесные, кто бы это ни был, всегда ставят приказ правителя выше всего, - заметил он. - И в этой тихой войне не мы зачинщики.

Сказав это, он ткнул кончиком метательного ножа в сторону темных эльфов. Поневоле Сэм улыбнулся. Несомненно, он понимал все это и без подсказки лесного, но объяснение это не стало для него лишним. Это все вызывало у него более жгучее желание что-либо в этом изменить. Забив на Давида, он перебрался ближе к лесному.

- С темными всегда сложно найти что-то общее, - продолжал тем временем тот. - Для этого нужно как минимум встать на их уровень.

- Точнее опуститься, - стряхивая остатки золы с рубахи, которую лично лишил рукавов, вмешался в разговор второй воин. Подойдя к ним, он протянул руку светлому эльфу и представился. - Гайлинт Минан. Брат этого ненормального.

С этими словами он кивнул в сторону Алиоса. Подобное поведение со стороны брата никак не отразилось на его спокойствии. Не произнеся ни слова, Алиос просто отвел от него взгляд, не имея желания с ним спорить. Сэм в свою очередь весьма охотно пожал руку Гайлинту, который на брата был похож только невысоким ростом.

- Сэмиан Дель Парос.

- Вы нанесли визит лесным, - Гайлинт отступил на шаг. - Это честь.

- Гай, - попытался осадить его Алиос.

- А что? - недоумился тот, пряча руки в карманы штанов. - Я серьезно. Не всякий из высших знатей на такое пойдет.

Алиос хотел было сказать еще что-то, но тут Сэм поднялся на ноги и заглянул в глаза его брата с непривычной ему серьезностью.

- Я не всякий.

Более он не проронил ни слова. Обойдя Гайлинта стороной, он неторопливо направился прочь. Укоризненный взгляд Алиоса младший брат проигнорировал. Немного задумчиво он смотрел себе под ноги, после чего лишь ухмыльнулся.

Та же ухмылка коснулась и губ Давида. Он продолжал лежать столь же безмятежно, не открывая глаз, но он слышал шорох листвы под ногами удаляющегося светлого принца. Стоило заметить, что за столь короткое время он сумел расположить их к себе. Нет, они не считали светлых эльфов своими врагами, но эти минуты отняли и равнодушие к ним.

В действительности, лесные эльфы не были такими, как говорилось о них в книгах и летописях, что хранились в дворцовой библиотеке. Но вот с темными они не прогадали. Чтобы завязать с кем-то ссору им веской причины не нужно. Но как же быть со светлыми? Впрочем, и тут не все ангелы. Именно это и доказал всем Лейн, гневно обругав темного воина за то, что он, якобы, стоит на его пути. На деле тот просто стоял в стороне и, в принципе, никому не мешал. Лейн по своей привычке разгуливал по территории поляны, крутя в руках излюбленные катаны и, возможно, случайно зацепил плечо Карлена. В итоге темный виноватым и остался.

Карлен оказался спокойным, хоть и чистокровным темным. Ругань светлого эльфа он слушал молча, опустив глаза. Вероятно, он и сам согласился с обвинениями Лейна и, действительно, считал себя виноватым. Но в час, когда с его губ едва не вылетели слова извинения, вмешалась Сафи.

- Еще одно слово против него и твоя убогая голова слетит с плеч! - прошипела она, встав между ними, и, направив острый стелет в сторону Лейна. - Повторять не буду.

Весь ее пыл тут же испарился, как только конец лезвия катаны коснулся ее горла. Именно в эту минуту она поняла, что стилет - это не самое весомое оружие против него, но и луком тут не обойдешься.

- Не будешь, - согласился с ней Лейн. - Мертвые ведь не говорят.

Насколько же бесполезен был ее гнев. Спасти ее в этом случае он не мог. Отчаяние лишь усугубляло ситуацию. Она стояла напротив него, продолжая хранить молчание. В ее голове пролетели сотни идей избежать смерти, но за это время Лейн уже лишил бы ее жизни. Но почему он медлил?

- Лейн, - Сэм хлопнул его по плечу и довольно уверенно отстранил от темной. - Остынь.

Светлый воин все же опустил катану и подарил Сафи пристальный взгляд. В нем не было ненависти, что радовало. Темная эльфийка недовольно шикнула и отвернулась. Чувствовать себя слабой перед врагом ей приходилось впервые и, признаться, чувство то было не из приятных. Помилованная недругом она чувствовала себя униженной, что само собой было хуже смерти.

Сэм это понимал, как и Лейн. Но в отличии от последнего, принц этим не наслаждался. Оставив его позади себя, Сэмиан бережно повернул эльфийку к себе. В ее черных глазах по новой затеплилась ярость, но это была лишь пелена, что скрывала ее обиду.

- Не злись на него, - привычно мягко и крайне миролюбиво произнес Сэм. – Уверен, он не хотел этого.

Темная эльфийка поджала тонкие губы и опустила взгляд. Она и сама не понимала почему, но ненавидеть Сэма у нее не получалось. Впрочем, и гнев позабылся. Только вот гордость не позволяла ей пойти на мировую, а Сэм тем временем продолжал говорить с ней как с ребенком.

- Ты ведь больше не злишься? - полюбопытствовал он, протянув ей ранее сорванный цветок.

Сафи молчала, долго рассуждая. Злиться у нее не получалось даже при желании. Сэм словно околдовал ее своей улыбкой. И даже его раса уже не имела никакого значения. Ненависть просто испарилась, оставляя ее в растерянности. Сафи немного неуверенно приняла цветок, но осталась стоять, не глядя ему в глаза.