Девятая директива - Адам Холл

Я отстранился и отвел глаза, давая ему пять секунд на размышление. Ему нужны были эти секунды, чтобы заглянуть в себя, посоветоваться со своим внутренним судьей. Я ему дал даже больше, чем пять секунд, ибо завершающий укол должен быть выверен по времени до десятой доли мгновения.

— И в конце концов, план просто красив… разве нет?

Хрупок, изящен, прост, жесток и справедлив. Классика. Пес пожирает пса.

Абсурд. Сколько времени он угрохал, чтобы уговорить меня принять задание, а теперь уговаривал, и тратил время я.

— Что тебе нужно? — спросил он.

Я понял: сделка состоялась.

— Три вещи: база, фотолаборатория, знакомство с автомобилем.

— Больше ничего?

— Твое общее руководство. Я слишком мало сплю. Боюсь, что могу допустить ошибку. Времени для сна не будет. Но твое руководство мне нужно в любом случае. Со мной все в порядке, Джек, — как ты?

— Какого рода база тебе нужна?

Ломан говорил унылым речитативом, так бубнят пьяные себе под нос. Он только что дал свое согласие, а подумать над тем, что это означает, еще не успел. Я искренне желал, чтобы ночные часы пролетели для него как можно легче и незаметнее.

— На пересечении Линк-роуд и Рамы IV фасадом на восток стоит офисное здание, с вывеской на входе: «Тейлор-Спиарз». Здание списано под снос, но работы начнутся не раньше середины следующего месяца. Они там не укладываются в график: повредили электрокабель под навесом трамвайного разворотного депо, которое недавно убрали. Это английская компания, найдешь в справочнике. Так вот: не нужна одна из комнат на верхнем этаже с фасадной части. Само собой разумеется, знать про меня там никто не должен.

Ломану это не понравилось.

— Полковник Рамин, — сказал он, — сообщил мне, что полиция, начиная с раннего, утра двадцать девятого, должна провести осмотр трехсот незаселенных комнат, выходящих на улицы, по которым проследует кортеж. А сейчас они уже проверяют тысячи и тысячи людей, проживающих в помещениях, из окон которых можно будет видеть проезжающих.

— Я готов примириться с этим. Внутри я уже был.

Ломану все равно что-то не нравилось.

— «Тейлор-Спиарз» наверняка откроют вход в здание, и их работники повиснут на подоконниках, чтобы хоть что-то увидеть. День прибытия объявлен национальным праздником. Там будет полно народу.

Я сказал:

— Мне бы хотелось, чтобы именно это ты и уладил. Никто, кроме полиции, в этот день в здание войти не должен. Это британская фирма, а у тебя целый набор официальных удостоверений — используй любое. Гос-подам из «Тейлор-Спиарз» выпал наконец шанс продемонстрировать на деле свою верность Ее Величеству, под чьим покровительством они уже которое столетие… и так далее, Ломан, ты знаешь, что говорить.

— Я объясню им по-своему, — сварливо огрызнулся он.

— Вот-вот, наш лозунг в том и состоит — любые средства оправданы.

— Что за лабораторию ты имел в виду?

— Самую обычную. Комната, лишенная доступа света, где даже в яркий полдень я бы смог использовать фотоувеличитель. Естественно, как можно ближе к названному мной зданию. Показываться на улицах Бангкока лишний раз мне бы не хотелось.

— А сама камера? Принадлежности?

— Выберу на свой вкус.

— Когда желаешь взглянуть на автомобиль?

— Как только ты договоришься.

Голоса наши звучали глухо и невыразительно. Каждое слово, каждая фраза все ближе и ближе подводили нас к тому, что мы задумали.

— Я не могу терять ни минуты, — напомнил я.

— Я знаю.

Он первым направился к выходу, я должен был подождать пять минут. Перед тем как он вышел, я сказал:

— Я забыл одну вещь, Ломан. — Он обернулся. — Устрой мне гостевой пропуск в «Райфл-клуб». А бы хотел потренироваться часок-другой на их полигоне. Там как раз стреляют на тысячу ярдов, а нам предстоит длинный выстрел. И промахнуться было бы глупо и обидно.

Глава 9

НИША

Бангкок — это город, чьи храмы увенчаны башнями из золота, чьи отели поднимаются над изумрудной зеленью пальм белоснежным алебастром. Фонтаны здесь журчат, переливаясь, во мраморных двориках, женщины ходят в шелках, их волосы украшают самоцветы, а воздух настоян на ароматах, собранных со всей Аравии. Это райский уголок, созданный для праздной роскоши принцев; в свете дня его укромные аллеи купаются в розовых лучах солнца, а синий сумрак ночи оплетен паутиной чарующих мелодий…

Бродяга скрючившись спал в углу на расстеленном на пыльном полу драном коврике. Штукатурка крошилась со стен, и мелкие ее кусочки опадали неторопливо, словно умирающие мотыльки. Пахло гнилью и плесенью. Крыша и потолок протекали, вода от последнего дождя сочилась в образовавшиеся трещины, балки и доски потолочных перекрытий пропитались влагой, высохнуть которой было уже не суждено. Скоро здесь раздадутся удары, и все сооружение рухнет, как бык на скотобойне.

Ломан сработал быстро, следует отдать ему должное. В руководстве «Тейлор-Спиарз» проявили патриотизм и верность знамени, и этот разваливающийся остов здания стал моим логовищем до конца своих дней. Слетевшиеся на запах смерти призраки готовились править бал.

Иногда я спал, но часто просыпался от мысли, которую все никак не мог додумать: «Кто она? Важно ли мне знать это? Может быть, Эм-Ай-6 или другая группа задумали параллельную операцию? Если так, то это не случайное совпадение. А если не случайное совпадение, то что? В чем состоит их замысел?»

Фотолабораторию Ломан нашел в соседнем квартале. Мне было позволено использовать ее, когда потребуется. Ему удалось даже убедить в чистоте своих намерений службу охраны дворца, и нас доставили туда в полицейской машине, любезно позволив посетить королевские гаражи. Правда, перед этим дважды проверили документы.

Автомобиль являл собой весьма примечательный экземпляр: «кадиллак» модели «флитвуд эльдорадо» цвета слоновой кости с золотой гарнитурой и обивкой из желтой кожи. Двигатель на 340 лошадиных сил способен был разогнать почти двухтонную громадину до ста двадцати миль в час, кузов реконструирован таким образом, что в нем свободно размещались шесть пассажиров, два средних сиденья складывались, превращаясь в кушетку, а заднее для лучшего обзора было приподнято на девять дюймов. Радиосвязь с эскортом и полицейской машиной осуществлялась с помощью четырех антенн. Конструкционно усиленные ступеньки по бокам напоминали маленькие платформы, покрытые ребристой белой резиной. Стоящие на них охранники могли ехать спокойно и, если потребуется, без промедления исполнить свой первейший долг — подставить тело под пулю, выпущенную в человека, которого они защищают. Специальное оборудование включало в себя встроенную полицейскую сирену, огни аварийного предупреждения, огнетушители, медицинскую аптечку и пуленепробиваемые покрышки.

Крыша кузова состояла из пяти снимаемых сегментов, один — из листовой стали, остальные четыре — из пуленепробиваемого прозрачного пластика.

Я сказал Ломану:

— Важно знать, какие сегменты крыши будут установлены, — если их вообще решат устанавливать.

— Это может вызвать определенную трудность. Никакой заведенной системы здесь нет. Наши из службы безопасности и их местные коллеги наверняка захотят, чтобы пластиковые щитки стояли. Сам высокий гость, а его характер известен, потребует не ставить их вовсе. Принц Удом будет сидеть в автомобиле вместе с Персоной, а это означает, что указания из дворца будут весьма определенны. И при этом никто никоим образом не хочет показать, что есть опасения; что безопасность на улицах Бангкока могут гарантировать только пуленепробиваемые стекла.

— Если можешь, Ломан, выясни поточнее. Это все, чего я прошу.

Действительно, это было крайне важно. Положение прозрачных пластиковых щитов составляло неотъемлемый элемент схемы в целом и определяло, наряду с другими факторами, расстояние, траекторию, тригонометрию и баллистику. Не будь одного из них — и все уже надо менять, вплоть до перенесения позиции снайпера. А нам приходилось работать, исходя из предпосылки, что все, известное нам, способен разузнать и Куо.

Куо — это не какой-нибудь бандит с обрезом. В толпе по пути следования кортежа его не будет. Такие не стоят в ожидании, когда им подвернется возможность нажать на курок, а потом под шумок смотаться. На везение и удачу Куо никогда не рассчитывает. Он — профессионал. В этом смысле он сродни Ломану: предпочитает работать и добивается лучших результатов с отлично вымуштрованной командой, при полной информации и безупречном взаимодействии. С момента появления в городе он с максимальной точностью проинструктировал каждого, и если только информация есть, они ее добудут. Узнают схему обеспечения безопасности, найдут в ней слабое место и воспользуются им.