Хранитель меча - Лэйна Джеймс

— Что это такое? — спросил Ринн.

Рыжеватый Керил, благодаря своему происхождению прекрасно осведомленный во всех историях, так или иначе связанных с королевской родословной, ответил ему, ухмыляясь:

— Это — гробницы Черных Королей. Говорят, что сам Орим лежит здесь рядом со своими родственничками, с которыми он был тесно связан благодаря постоянному кровосмешению.

— Совершенно верно, — подтвердил Гэйлон, раздавая приятелям факелы, которые доставал из пещеры. — Именно кости Орима мы и разыскиваем. Ну, и сокровища, конечно.

— За тысячу лет, — фыркнул Керил, — кости Орима истлели и превратились в пыль. Это все, что мы найдем в катакомбах.

Лицо Мартена стало белее снега.

— Негоже тревожить тени умерших, милорд, особенно тени королей-магов.

— И королев, — весело подхватил Ринн. — Я слышал, что после смерти Орима очень много его родственников были умерщвлены вместе с ним. Должно быть, их пришлось складывать в склепах словно поленья.

— До сих пор, — сказал король, и странная улыбка тронула его губы, — мы подшучивали лишь над живыми. Но и мертвые также заслуживают нашего внимания, не так ли?

Стянув перчатку с правой руки, он начертил в воздухе магический знак. Колдовской Камень в его перстне на мгновение вспыхнул голубым огнем, и факел в руках Ринна загорелся.

Пока остальные поджигали свои факелы от факела Ринна, король прислонился к каменному столбу ворот, и Арлин заметил смертельную усталость в его глазах, в опущенных книзу уголках рта и в заострившемся лице. Это было настоящее безумие — лишь только встав с постели, к которой он был прикован изнурительной болезнью, король отважился на столь тяжелое для него путешествие. Остальные спутники Гэйлона ничего не заметили, следуя за своим королем во мрак гробницы.

Мартен в последний раз заколебался на пороге.

— Это добром не кончится, — пробормотал он и, погрузив палец в урну с древесной золой, установленную сразу за воротами, прочертил поперек лба широкую черную полосу.

Это был древний виннамирский обычай, которым пренебрегли Гэйлон, Керил и Ринн. Арлин был воспитан в религиозных традициях Ксенары, но и он задержался у порога. Скорее всего, духи умерших обитали в этих мрачных катакомбах. Мертвые не всегда обретают мир после похорон. Он знал это очень хорошо и, опасливо оглядевшись, последовал примеру Мартена, начертив у себя на лбу такой же знак. Только после этого он отважился спуститься вниз по узким, вросшим в землю каменным ступеням.

Свет факелов уже трепетал где-то внизу, и эхо доносило до него голоса Ринна и Керила. Их смех звучал все же несколько напряженно, хотя они и старались это скрыть.

Лестница привела Арлина в небольшое, тесное и сырое помещение, откуда уходили под холм несколько темных тоннелей. Устья нескольких из них были наполовину засыпаны обвалившимися с потолка камнями. Король исследовал все штольни по очереди, и его приятели следовали за ним по пятам. Мартен остался стоять в центре небольшой комнаты, испытывая сильное нежелание двигаться дальше.

Арлин присоединился к Мартену как раз в тот момент, когда Гэйлон остановился перед входом в узкий тоннель, начинавшийся справа от лестницы. Взяв из рук Ринна факел, король поднял его высоко вверх, и все увидели высеченный над тоннелем древний герб — вставшего на дыбы медведя с короной в зубах, перечеркнутого двумя скрещенными копьями.

— Арлин пойдет со мной, — сказал Гэйлон, возвращая факел Ринну. — А вы подождите здесь.

И, пригнувшись, он нырнул в тоннель.

Молодой южанин последовал за ним, освещая путь своим факелом. Сосновая смола потрескивала, а пламя факела облизывало низкий свод штольни. Коридор изогнулся и неожиданно оборвался, и король с Арлином оказались в крошечном склепе, посреди которого стояло два каменных саркофага. Мраморная крышка одного из них когда-то была разбита на несколько кусков, но теперь эти куски были скреплены между собой цементным раствором. Обходя вокруг него, Арлин почувствовал, как что-то хрустнуло у него под ногой. Неизвестно что почудилось ему в первый миг, ибо он испуганно вздрогнул и посмотрел на пол. Но это был только цветок — белая роза, высохшая и побуревшая от времени.

Гэйлон остановился около второго саркофага, который выглядел более новым. Опершись о его крышку обеими руками, он наклонил голову и раскашлялся.

— Ты чувствуешь этот запах? — спросил он наконец, с трудом переводя дыхание и вытирая рот кончиком плаща.

— Какой запах, милорд?

— Сладкий запах лесных фиалок, Арлин.

Арлин неловко пожал плечами:

— Нет, милорд. Я чувствую только запах дыма от факела.

— Почему ты идешь за мной? — неожиданно спросил Гэйлон, и его глаза сузились.

— Что вы имеете в виду, сир?

— Я имею в виду только то, что сказал. Почему ты со мной?

— Потому что вы — король, — растерявшись, ответил Арлин.

— Роффо — твой король, не я. Отвечай честно.

— Я с вами потому… — Ксенарский аристократ почувствовал в груди непривычный холод. — Мы все следуем за вами потому, что… любим вас.

— Боги мои! Что за дурацкая причина! — Гэйлон ударил кулаком по холодному камню, и Арлин почувствовал внезапный гнев.

— Тогда все мы — дураки, и я — самый главный! Вы «мой» король, и я готов присягнуть вам на верность, если это доставит вам удовольствие. Я с радостью отдам жизнь за вас, милорд!

— Нет, ради всего святого — нет! — вскричал Гэйлон, и Арлин увидел, как страшно исказилось его лицо и вздулась на лбу жила. — Обещай, что ты не умрешь за меня! Обещай мне это!

— Нет, сир, этого обещания я дать не могу, — твердо ответил Арлин и сделал небольшой шаг вперед, надеясь отвлечь короля от этой странной темы.

— Чей это гроб?

— Еще одного глупца, — с горечью ответил Гэйлон, отворачиваясь.

Не проронив больше ни слова, король скрылся в темном тоннеле, и Арлин был вынужден последовать за ним.

Свет факелов, колеблемый потоком холодного воздуха снаружи, плясал по стенам маленького помещения, где вокруг короля уже столпились друзья. Король снова зашелся в кашле, и Арлин, воспользовавшись случаем, отвел Ринна в сторону.

— Его величество утомлен. Мы должны вернуться в замок.

Гэйлон услышал его слова, но, к великому удивление южанина, согласился.

— Да, я устал, — выхватив из рук Мартена бутылку бренди, он запрокинул голову и вылил остатки напитка себе в горло, а затем швырнул опустевший сосуд на каменный пол. — Слишком устал, чтобы преодолеть долгий обратный путь в Каслкип. Может быть, мне удастся найти путь покороче.

Выхватив факел из рук Керила, король нырнул в тоннель, который находился дальше всех от ступенек.