Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

в глаза бывшего солдата. Прищурился нехорошо.

Последним протянул свою «лопату» Карнаухов. Сжал с силой. Заметив, что Юра поморщился, неожиданно рванул его тяжестью всего тела вниз. Не удержавшись, бывший солдат пригнулся.

И тотчас Приступа рубящим ударом по шее «отключил» его.

Юра рухнул на асфальт.

Приятели спокойно огляделись. Все произошло довольно быстро, не напоминая собой обычной драки. К тому же время было уже позднее, на остановке торчало несколько запоздалых прохожих: увидев, что трое подошли к одному, а затем кто-то (кто их сейчас разберет, шпану эту!) упал, благоразумные люди сочли за благо просто не обратить на случившееся внимания. Ты никого не трогаешь, и тебя никто не тронет…

— Сними с него куртку, — приказал Карнаухов шустрому Суслику, — а то испачкает…

Суслик выполнил приказ главаря.

Юра, приходя в себя, застонал:

— Мужики, вы чего?..

Это неожиданно рассердило Приступу.

— Вот ведь падла! — зло сказал он. — Еще голос подает!.. — Он с силой пнул лежавшего Славина, целясь в голову, но тот успел в самый последний момент увернуться. — Верткий, сука!

Приступа сделал еще один выпад. И вновь не попал.

Юра сделал попытку вскочить, но его ловкой подсечкой сбил Суслик:

— Теперь моя очередь, пацаны!

И он несколько раз ударил ногой Юру. Суслик оказался «метче» приятеля: почти все его пинки достигли цели. Юра закричал от ужаса и боли, но тут удар тяжелым каблуком пришелся ему по носу, и он едва не захлебнулся хлынувшей кровью…

Карнаухов, некоторое время наблюдая за действиями своих подручных, наконец решил тоже вмешаться:

— А ну-ка!..

Отодвинув приятелей, он стал медленно и рассчетливо пинать лежавшего. Бить изо всех сил, сладострастно хекая:

— Эх!.. Их!.. Эх!!.

Звуки рассекаемой плоти были страшны и отвратительны.

Эти жуткие удары то «отключали» избиваемого, тот наоборот, приводили в чувство. Юре показалось, что он попал под гигантские молоты. И эти страшные механизмы не знали жалости…

Наконец Карнаухов устал.

— Хорош с него! — сказал он сам себе.

Огляделся с вызовом: притихшие на остановке люди делали вид, что ничего не замечают.

— Обыщи его, — велел главарь Приступе.

Тот быстро обшарил карманы, достал кошелек, потряс им гордо — добыча!

— Все! Сваливаем…

— Ага! Если еще куртку толкнем… — Приступа улыбнулся.

— А курточка-то дрянь, — подал голос Суслик, осматривая вещь. — Мелочевка китайская. За нее много не дадут.

— Да и хрен с ней! — заключил Карнаухов. — Пошли…

Суслик напоследок еще раз пнул парня, и приятели бесшумно скользнули в спасительную черноту ближайшего двора…

Через некоторое время к остановке подкатил автобус. Открыл двери и подобрал припоздавшихся пассажиров. Никто из людей так и не подошел к лежащему Славину.

Едва автобус скрылся за поворотом, как на дороге показалась легковая машина. Это была «Нива» Олега Васильевича Хлынова…

Заметив человека без признаков жизни, Хлынов затормозил.

Не выходя из машины, огляделся. Оценил обстановку. Решившись, вышел. Подошел ближе. Нагнулся. Приподнял за волосы голову парня. Изуродованное пинками лицо напоминало страшную маску, кровь, свернувшись, чернела на пыльном асфальте. Но избитый был жив — шумно дышал носом и время от времени стонал…

Хлынов покачал головой. Снова огляделся.

Затем направился к своей машине, прихватив несколько гвоздик, валявшихся рядом. Один из цветков почему-то ему не понравился, и он его отшвырнул в сторону.

Сел в машину.

И медленно поехал по дороге…

Судьба свела их на небольшом освещенном «пятачке» недалеко от кинотеатра, названного в честь венгерской столицы. Они появились с трех сторон, и было в этом что-то роковое, почти мистическое…

Три парня, девочка и машина.

Карнаухов, Суслик, Приступа, Рита. И Хлынов, который сидел за рулем своей белой «Нивы».

Словно три вектора сошлись в одной точке. Сошлись, чтобы странным образом повлиять друг на друга и образовать еще один узел в этой страшной истории…

…Рите повезло.

Она получила кайф после первого же глотка. Темная маслянистая на вид жидкость если и напоминала портвейн, то только по названию на этикетке.

— Это что? — хрипло спросила Рита, сделав глоток.

— Бормотуха! — с готовностью отозвался Самец, а Авто негромко и радостно заржал.

— Сам ты… — Рита выругалась и отдала ребятам бутылку. — Травиться с вами…

Самец обиженно наморщил нос, втянул воздух над горлышком и удивленно округлил глаза.

— Ты чего, Рита? Самый класс!.. — Передал портвейн приятелю. — Ну-ка, Авто…

Тот быстро глотнул.

— Ништяк! — вынес свой приговор Авто.

— А ты говоришь, — удовлетворенно произнес Самец. — Теперь твоя очередь. — Он кивнул Тылкиной.

Та храбро взялась за бутылку, отпила немного, закашлялась…

— Привыкнешь! — снисходительно заметил Самец. — Дай-ка отцу… — Сделал глоток, второй, третий… Вздохнул с удовольствием. — Хороша, зар-раза!..

Авто протянул было руку к бутылке, но Самец его остановил:

— Успеешь!.. Сначала — дамам. Рита, будешь?

— Погоди. Закурить есть?

— А как же. Авто! Огня и дыма, живо!..

Авто беспрекословно подчинился главарю. Рита затянулась, выпустила две гонкие струйки вверх. Сплюнула. Покосилась на Тылкину. Та сидела, безучастно глядя перед собой. Казалось, ей не было никакого дела до окружающих.

— Ты! — обратился к ней Самец.

— Хватит…

— Чего? А вот это видела? — Он погрозил ей кулаком. — Пей и не возникай.

Пришлось Тылкиной сделать глоток.

— Еще! — приказал Самец.

Тылкина подчинилась. Вновь закашлялась, едва не поперхнувшись. Пролила портвейн на пол. Авто выхватил из ее рук бутылку, отвесил подзатыльник.

— Ну ее, Самец, — недовольно проворчал он. — Только добро переводить…

— И то верно, — согласился Самец. — Она здесь для другого!

И он захохотал, подмигивая Рите.

Авто подхватил этот смех. Рита криво усмехнулась, чуть кивнув головой — ей было хорошо, — и даже сама Тылкина попыталась улыбнуться, но не смогла — она уже «поплыла» от выпитого.

Самец это заметил. Облапил девчонку, прижал к себе. Заговорил, едва не касаясь жирными губами ее лица:

— Тебе кайфово, Тылкина?.. Вижу, что кайфово. А кто это сделал, а? Молчишь. Молчи, молчи… Это Самец тебя угостил. Я, я, я… Вот он я, смотри Тылкина. Да ты уже «плывешь»!..

Тылкина вяло кивнула. Она чувствовала себя пьяной — ей было хорошо и спокойно. Когда хочется пить, надо пить. Это люди правильно придумали. И никого не нужно стесняться. Вон мать же не стесняется. И отец не стесняется. Значит, все правильно. А Самец молодец. И Рита молодец. Даже Авто молодец. Куда же он лезет? Ему же неудобно. Погоди, Авто, миленький, я сама…

— Во дает! — восхищенно заметил Самец, когда Тылкина сделала неуклюжую попытку задрать короткую юбку. — Молодец, Рита, хорошую девочку ты нам дала. Смотри, смотри, что она делает!..

— Пошли вы все!.. — лениво выругалась Рита.

Она отвернулась от ребят, которые начали раздевать не сопротивляющуюся Тылкину, взяла вторую бутылку. Попробовала открыть — не получилось.

— Самец, — попросила Рита, — помоги.

— Счас! — отозвался