"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

— Да, думаю, если хотите, то пару спокойных песен и спать, — Сигурн взяла гитару из угла комнаты. — Всего пару, в следующий раз как следует посидим.

Песни были и правда спокойными, а после все стали постепенно расходиться. Альба проводила Свена половину пути до его башни. Пара поцелуев — и каждый направился спать к себе.

Впрочем, на этом день Пришедшей заканчиваться не собирался. Стоило ей уснуть, как сонная мешанина образов сменилась конкретными, знакомыми. Правда, на сей раз это была бескрайняя степь, куда Альбу заносило редко. Прикосновение чужого сознания она ощущала, хотя и понимала, что захоти тот, кто вел взаимодействие, и отыскать его было бы сложно. Впрочем, с другой стороны — сознание Теора, а встраивался в контакт именно он, нашло ее собственное из-за частых практик и полуперманентной настройки, да и пару амулетов, облегчающих такой вид взаимодействия, менталист ученице выдал. С совершенно случайным человеком такой трюк не пройдет, да и с почти случайным — тоже.

Альба сама встроилась в контакт, условно «открывая дверь» чужому сознанию.

Теор появился рядом, напоминая внешне побитого жизнью степного воина в пластинчатом доспехе, который словно бы побывал в сече.

— Что случилось? — поинтересовалась Альба.

Вслух говорить было вовсе не обязательно, обмен мыслями был обменом мыслями, пусть иллюзия разговора и создавалась.

— Это ты мне скажи, — менталист ткнул пальцем в кожаной перчатке на длинную царапину на руке, — что случилось? Кто на тебя напал?

Альба подняла руки, чувствуя мысли наставника. Сейчас ощущения были довольно яркими, хотя обычно Теор очень хорошо контролировал то, что передавал. Не то его так взволновала царапина, следствие тех самых сломанных деревьев, вот так вот отображавшихся на ее «теле» в этом пространстве образов, не то он сам устал.

— Не без этого, — откликнулся на ее мысли Теор, — твои закадычные приятели и любители шуток и квестов устроили нашим гостям настоящую войну с нежитью, а нам как ответственным — противостояние с кафедрой практической некромантии, чьи пособия оказались загублены в процессе.

Альба не смогла не улыбнуться. Вагнер в своем репертуаре.

— А ты с кем поцапалась? Студент хоть?

Судя по всему, менталист был уже наслышан о «любви» местных к ментальным противоборствам.

Подумав, Альба передала наставнику поток образов о происшествии в местной столовой. Правда не уследила за тем, как к нему прицепились и пара мыслей о идиотах-менталистах во главе с ле Гаем. Теор предсказуемо заинтересовался, и пришлось показывать-пересказывать случившееся. Правда, у Альбы было точное ощущение, что наставник видит куда больше, чем она транслирует… Но, с другой стороны, Теор почти полностью контакт на себя перевел, хотя вообще-то учил ее всегда держать баланс на середине, ведь кто тратит больше сил во взаимодействии, тот им и управляет…

— Не тот случай, — ответил менталист на ее мысли, — ты, конечно, не первый курс, но и не архимаг, силы не бесконечны.

Альба выразительно оглядела наставника, чья броня выглядела весьма побитой.

— Это отображение трат, — отмахнулся менталист, — мои щиты не тронуты, и завтра к утру все будет в порядке. Ты почему свои не восстановила?

Пришедшая только плечами пожала. Она, вообще-то, собиралась, но спать хотелось больше, чем заниматься еще чем-нибудь даже минимально осмысленным.

— Завтра сделаю.

— В спешке на пары собираясь?

Альба пожала плечами.

— Давай руку, сам восстановлю, — внимательно оглядев ее, проговорил наставник.

Пришедшая хотела было отказаться, — все-таки сама справится, дело-то ерундовое, — но вспомнила про завтрашнюю возможную дуэль и протянула ладонь.

Здесь не нужны были ни плетения, ни образы — наставник просто положил свою руку на царапину, и кожа стала зарастать, а ощутимые сейчас каким-то внутренним чутьем срезы деревьев — покрываться новыми побегами.

— Говорил сколько раз — сначала работаешь с собой, потом помогаешь другим, — ворчливо произнес менталист. — И что еще за дуэль завтра?

— Местные соревнования, — честно отозвалась Альба.

— Нравится мне как сталийцы трактуют Запрет, — не без иронии отозвался Теор. — Ладно, нечего силы жечь понапрасну, отдыхай. И не слушай всяких политиков, мнящих себя великими магами и упивающихся властью.

Альба, уловив несколько образов, улыбнулась.

Контакт истаивал, образ менталиста размывался и исчезал.

А сама Пришедшая вместо ковыльной степи вдруг оказалась около костра у знакомой речки. В месте, где ей было тепло и безопасно.

Глава 3

Различия. ч.3

Теор прикрыл глаза, в очередной раз мысленно прогоняя воспоминания о «противостоянии» во время мероприятия Вагнера. Менталист чувствовал недовольный взгляд молодого аспиранта, сидевшего напротив, чувствовал сдержанное недоумение Эльзы и внимание Драйх, которая из всех троих была ближе всего к пониманию сути проблемы.

Картинки увиденного замелькали перед глазами. Больше всего мага интересовал сталийский менталист, Герберт Ланцо. Менталист, несмотря на множество этических ограничений, собиравшийся применить весьма травмоопасные виды контакта. Боевые, если быть точнее.

— Магистр, — не сдержался Вагнер, — мы все понимаем, но предусмотреть это не было никакой возможности. Вы сами участвовали в подготовке.

— Участвовал, — согласился Теор, сворачивая погружение в воспоминание, — и я вас сюда позвал не для того чтобы отчитывать, вы уже не студенты. Нам нужно решить, что делать дальше. Если, разумеется, вы по-прежнему намереваетесь проводить всю вашу программу мероприятий, среди которой, если я все правильно помню, есть и проективная боевка.

Вагнер, Драйх и Эльза были основными организаторами того, что Айвор окрестила «развлекательной программой». И все было бы ничего, не окажись среди сталийцев профильного менталиста, явно не собирающегося сдерживать свои силы. Да и остальное, использованное магистрантами, Теору не слишком нравилось. Он не был профильным боевиком, хотя в прошлом имел опыт задержаний, но даже ему применение кое-каких калечащих заклятий казалось чрезмерным.

Этики пока не было, специализации тоже, и менталист потратил утро на то, чтобы погрузиться в университетскую, и не только, программу и еще раз проанализировать все увиденное вчера. Сделанные по итогу заметки затребовала Айвор, сегодня проводившая пары и с первым курсом, и с магистрантами, и имевшая возможность посмотреть на гостей «в деле». Она же отправилась со сталийцами на экскурсию в городскую библиотеку, а Теор, свободный от своих дополнительно-проектных пар, вызвал троицу организаторов развлечений для гостей чтобы эти самые развлечения подкорректировать.

Вагнер с некоторым непониманием переглянулся с Эльзой.

— Я не понимаю, что… а.

Драйх улыбнулась уголками губ. Контакт она кинула аккуратно, подсказывая коллеге и другу суть проблемы, но все же для Теора этот маневр незамеченным не остался.

Вагнер задумчиво почесал голову.

— А это какой уровень воздействия? — не то у Драйх, не то у самого Теора уточнил он. — Может, просто обговорим запрет по силе или сложности — и все? Да, наверное, будет сложновато в некоторых моментах, мы-то хотели и ночной квест с поиском улик сделать, и по вламагу их погонять, договорились насчет полигонов… Но и творческое решение задачи будет ведь отличной заманухой чтобы соображали резвее, разве нет?

— Ограничение будет стимулировать нетривиальные подходы к решению задач? — не без иронии в голосе уточнил Теор.

— А, ну да, — смутился молодой преподаватель. — так лучше звучит. Вы не думаете, я так с адептами не разговариваю. Ну, не всегда, — спохватился он, явно поняв, что менталист способен считать его мысли, изобилующие примерами обратного.

— Я принимал у вас педагогическую практику, — отмахнулся Теор, — и не сомневаюсь в вашей компетентности. Вопрос в том, что, хотя в случае устных ограничений мы сможем показать гостям необходимость порой применять простые решения и простые плетения, у этого предложения есть два изъяна.