Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

заголовки газетных статей: «Агент смотрит в сторону, когда убивают кандидата», «Роковая халатность опытного агента», «Заснул на посту». А одна статья называлась особенно эффектно — «Вот зачем они носят темные очки». При других обстоятельствах он бы только хмыкнул, но его начали сторониться даже коллеги.

Тогда же распался и брак Кинга. Вообще-то предпосылки к тому были и раньше. Шону приходилось находиться дома гораздо меньше, чем за его пределами, а иногда неожиданно уезжать в течение часа с неизвестной датой возвращения. Вот почему скрепя сердце он простил жене, когда она ему изменила в первый раз и даже во второй. Третий совпал с обрушившимися на него неприятностями, и жена быстро согласилась на развод. Впрочем, нельзя сказать, чтобы конец семейной жизни его сильно опечалил…

Шон забрался на катер и поплыл назад, однако заходить в свой док не стал, а, выключив двигатель и ходовые огни, свернул в маленькую бухточку за несколько сот ярдов до дома. Здесь он тихо опустил в воду грибовидный судовой якорь, чтобы погасить движение лодки и не врезаться в глинистый берег, и стал наблюдать за домом, поскольку ранее заметил возле него луч фонаря. Кто-то пришел в гости: может, некий шустрый репортер пытался что-нибудь разузнать о герое дня, а может, пожаловал убийца Говарда Дженнингса с целью увеличить список своих жертв.

Глава 11

Кинг тихо причалил к берегу, оделся и устроил себе что-то вроде наблюдательного пункта, расположившись на корточках в темноте позади кустов. Луч фонаря прыгал в разные стороны, будто кто-то изучал его владения по всему периметру. Кинг двинулся к главному входу, прячась за деревьями. Там стоял неизвестный ему синий «БМВ» с откидным верхом. Он собрался уже подойти к машине, но потом решил, что сначала лучше обзавестись оружием. С пистолетом в руке ему будет гораздо спокойнее.

Шон проскользнул в дом, достал оружие и вышел через боковую дверь. Теперь луча фонаря не было видно, и это его встревожило. Он опустился на колено и прислушался. Вдруг справа, буквально в десяти футах от него, хрустнула ветка, и Кинг услышал, как кто-то шагнул. Он напрягся и выставил пистолет со снятым предохранителем вперед. Заметив незнакомца, Шон бросился на него, с ходу опрокинул на землю и, навалившись всем телом, навел на него ствол.

И тут выяснилось, что он имеет дело с женщиной! И в руке у нее тоже оказался пистолет.

— Какого черта ты здесь делаешь?! — с раздражением бросил Шон, узнав посетительницу.

— Для начала слезь с меня, пока я не задохнулась.

Кинг отпустил ее, но подняться не помог, хотя она и протянула для этого руку.

Женщина была одета в юбку, блузку и короткий пиджак. Во время падения юбка высоко задралась, и она, поднимаясь, ее одернула.

— У тебя такая манера нападать ни с того ни с сего на своих гостей? — Она пристегнула пистолет к держателю на поясе и пригладила волосы.

— Мои гости не расхаживают по территории без спроса.

— Я постучалась, но никто не ответил.

— Тогда надо было уйти и прийти в следующий раз. Тебя мама этому не учила?

Она сложила руки на груди:

— Мы так давно не виделись, Шон.

— Разве? А я и не заметил. Устраивал свою новую жизнь.

Она огляделась:

— Это заметно. Хорошее место.

— Так что ты здесь делаешь, Джоан?

— Приехала навестить старого друга, у которого неприятности.

— Ты это о чем?

Она сдержанно улыбнулась:

— Об убийстве в твоем офисе. Это ведь неприятность, верно?

— Еще бы! Ну а при чем тут «старый друг»?

Она кивнула в сторону дома.

— Я проделала долгий путь. И наслышана о гостеприимстве южан. Может, проявишь его?

Шону очень хотелось прогнать ее отсюда. Однако единственным способом узнать, зачем к нему явилась Джоан Диллинджер, было подыграть ей.

— О каком гостеприимстве идет речь?

— Ну, сейчас почти девять часов вечера, время ужина. Давай начнем с него, а потом двинемся дальше.

— После стольких лет ты являешься сюда незваной и рассчитываешь, что я накормлю тебя ужином?! Нахальства тебе не занимать!

— Тебя это вряд ли удивляет, верно?

Пока Кинг готовил еду, Джоан с полученным от него бокалом джина с тоником осматривала первый этаж дома. Закончив, она вернулась на кухню и облокотилась на разделочный стол:

— Палец не беспокоит?

— Только когда мне не по себе. Своего рода показатель настроения. Вот и сейчас его дергает так, что мало не покажется.

Она не обратила внимания на колкость:

— У тебя потрясающий дом. Я слышала, что ты построил его своими руками.

— Надо же было чем-то себя занять.

— Я и не знала, что ты умеешь плотничать.

— Во время учебы я подрабатывал тем, что строил дома для людей, которые могли за это хорошо заплатить. Ну а теперь решил поработать на себя.

Они поужинали на открытой площадке возле кухни, откуда открывался изумительный вид на озеро. За едой распили бутылку дорогого красного вина, которую Шон принес из винного погреба. При других обстоятельствах это была бы очень романтическая трапеза.

После ужина они захватили бокалы с вином и перешли в гостиную с высоким потолком и стеклянной стеной. Увидев, что Джоан озябла, Кинг зажег газовый камин и бросил ей плед. Они сели на диванах друг напротив друга.

Джоан скинула туфли, подогнув под себя ноги, набросила сверху плед и подняла бокал:

— Ужин был просто чудесным. — Вдохнув аромат напитка, она заметила: — Вижу, что к списку своих достоинств ты добавил еще и умение разбираться в винах.

— Ладно, теперь я тебя накормил и напоил. Зачем ты приехала?

— Когда с бывшим агентом секретной службы происходит нечто из ряда вон выходящее и требующее полномасштабного расследования, это всем интересно.

— И тебя послали встретиться со мной?

— В моем нынешнем положении я сама решаю, куда мне ездить.

— Значит, с твоей стороны это неофициальный визит? Или ты приехала, чтобы шпионить для Секретной службы?

— Нет-нет, я здесь совершенно неофициально. И хотела бы услышать твою версию происшедшего.

Кинг сжал в ладони стакан, едва сдерживая желание запустить им в незваную гостью.

— У меня нет никакой версии. Этот человек непродолжительное время работал на меня. Его убили. Сегодня я узнал, что он был в программе защиты свидетелей. Я не знаю, кто его убил. Это все.

Она кивнула и долго смотрела на огонь. Потом поднялась, подошла к камину, присела возле него на корточки и провела рукой по облицовке:

— Не только плотник, но и каменщик?

— Камин делали другие. Я знаю границы своих возможностей.

— Приятно слышать. Большинство мужчин, с которыми я знакома,