Земля вечерних звёзд - Людмила Минич

Райшана влетела сразу же.

— Что? Что случилось?

— Ничего.

— Ты выпил вино? — быстро спросила она. — Может, принести еще?

— Да, да, — соврал Тай, — иди сюда, не суетись попусту. Не хочется больше.

— Но мне не трудно…

— Иди, — попросил он, и девушка вернулась, прилегла рядышком, приникла, обняла.

— Тай… Я все хочу знать… откуда ты, кто ты… хочу знать все… Тай… Любимый…

Он насторожился. Нет, ему только кажется.

— Голова болит, — выдавил он. — Меня, наверное, ищут.

Вряд ли, но вдруг отец обеспокоился его долгим отсутствием. Вдруг оседланный Ижок вернулся во дворец. Тай зашевелился.

— Нет, оставайся, оставайся, — молила она, — хотя бы до утра…

Он сдался, тем более что хотел быть побежденным. Тем более что неудержимо клонило в спасительный сон. Легкость, явившаяся после двух глотков чудесного напитка, уже утекала тонкой струйкой. А она все говорила что-то, говорила… говорила… О чем-то расспрашивала, теребила его за локоть…

Райшана разбудила его, когда вокруг еще стояла темень.

— Открой ставни, — пробормотал он, щурясь от надоевших свечных огней. — Глаза режет.

— Еще темно, — прошептала она. — Скоро слуги встанут. Я не хочу… ты понимаешь… чтобы…

— Чтобы по Дайчану поползли сплетни. Понимаю.

— Я вдова, Тай…

— Не беспокойся, Райшана. Я уйду сейчас.

Он тяжело поднялся. Голова раздулась, как с похмелья. С трудом подобрал одежду, поискал глазами оружие. Его не было. Наверное, слуги оставили на месте схватки.

Женщина, все такая же прекрасная и полуодетая, спускалась вниз, указывая ему путь. Деревянная лестница отчаянно скрипела, словно по ней давно уже никто не ходил. Странно, но от дома несло запустением. Разглядеть почти ничего нельзя было, Райшана захватила из комнатки наверху всего одну маленькую тусклую свечку и тщательно прикрывала ее рукою, чтобы та не погасла, Тай же продвигался почти на ощупь. Все двери затворены. Холодный камень вокруг, ни ковров, ни тканей на стенах. Суровый дом и небогатый.

Райшана остановилась у дверей.

— Ты же придешь, правда? Придешь еще? — почти с мольбой потянулась к нему, маленькая, беззащитная. И вновь желанная.

Тай притронулся к ее губам, сперва легко, потом, не выдержав, притянул ее к себе, принялся целовать. Она задрожала. Но в этот раз осталась непреклонной.

— Нет… нет. Сейчас уходи. Приходи, когда стемнеет, когда затворятся все ставни. Я отошлю сегодня слуг. Всех. Приходи обязательно! Только слышишь: когда затворятся ставни, не раньше!

Он выскользнул в предутренний сумрак.

— Направо, — тихо бросила она на прощание, — потом еще раз. До конца, и выйдешь на улицу, ведущую ко дворцу.

Дверь тихонько затворилась.

Тай медленно поплелся, куда было указано. Свернул. Прикинул, как отсюда побыстрее добраться до дворца Кальги. А может, его оружие еще валяется там, где вчера его ловко огрели по затылку? Где же это? Где-то рядом. Нет, непохоже, чтобы так уж близко. Не мог он вчера проехать так близко от дома Райшаны. Как же слуги услышали ее крики? Как прибежали так быстро?

Он принялся блуждать вокруг, отыскивая место. Солнце уже взошло, когда Таю наконец это удалось. Кажется, здесь. Или там? Своего оружия, как и следовало ожидать, он не нашел.

Ставни уже распахивались у него над головой, и Тай задумчиво поплелся во дворец Кальги, почему-то выбрав кружной путь. Почти дошел до дома, еле двигая ногами. По той улице, что указала Райшана, было бы скорее. Он остановился.

«Ко дворцу», «ведущую ко дворцу» — так она сказала. Не к королевскому, а к его, Тая, дворцу. Разве он говорил, что принадлежит к роду Кальги? Или, может, ночью проболтался, когда отчаянно хотелось спать? Да, наверное, ночью. Беспокойство заставило его обернуться, и в который раз он ухватил краем глаза знакомую звериную тень. Скользя по каменным стенам окрестных домов, она побежала обратно в Дайчан, торговые кварталы.

Тай невольно двинулся за ней, несмотря на предостережение Райшаны. Пусть скажет ему, что все не так, что его подозрения — бред, что тень на стене — наваждение. Пусть скажет, или он не успокоится весь день. Он только увидит ее — и сразу все поймет.

Скоро Тай уже стучал в дверь Райшаны. Никто не отозвался на стук. Он еще раз постучал, принялся колотить громче. Закрытые ставни слепо таращились на него.

— Эй, что вытворяешь? — донеслось сзади. — Ох, простите, господин, — слуга в дверях соседнего дома, разглядев богатый наряд Тая, принялся кланяться.

— Где хозяева? — бросился к нему Тай. — Кто тут живет?

— Да никто не живет, господин, — старик пожал плечами. — Торговец этот помер давно. Дом-то, поди, с год пустует.

— А дочь его?

— Какая такая дочка? — Старый плут ухмыльнулся. — Нет тут дочек никаких.

Тай шагнул к нему.

— Не шути со мной, старик!

— Да правду я говорю, господин! — спохватился тот. — У него сыновей двое было, клянусь Кайятрэ, господин! Оба на юг подались да сгинули, нет их, а дом запертый стоит, изнутри там все окна приколочены. Сам видел, сам и приколачивать помогал. Его ж с того… как хозяин помер, не отпирали. А дочек… нету никаких. — Наверное, увидев подозрительный блеск в глазах знатного айэта, принялся клясться опять: — Всеми богами Адья клянусь, не было дочки никакой!

Тай растеряно торчал столбом посреди улицы, не зная, что еще спросить. Старик воровато оглянулся, подобрался к знатному незнакомцу поближе и прошептал:

— Странные дела тут творятся, господин. Сегодня ночью я шум слышал, будто дом отпирали, будто много людей ходило.

Тай вытянул золотую монету, вложил в протянутую руку.

— А еще факелы на улице горели, люди с факелами ходили. Сквозь ставни пламя отсвечивало. Голоса было слышно, но плохо, тихо очень. Я старый уже, по ночам не сплю почти… вот и разобрал все это. А отпереть, поосмотреться — так испугался я. Уж больно много всего побрякивало. Оружие, поди.

— Слушай и сегодня, — сказал Тай. — Узнаешь что-то новое — еще больше получишь.

Не слушая благодарствований доброму господину, пошел прочь. Ай да Райшана! Его поймали в ловушку. Да как искусно. Вот почему она так беспокоилась, выпил ли он вино. Что в нем было? Чего оно так опьянило всего с двух глотков? «Расскажи мне все…» Да если бы не тень-наваждение, что бы Тай ей открыл, что рассказал? Мог бы все повыболтать. Он закусил губу. В памяти сразу заворочалось, как год назад, напившись какого-то снадобья у лесного костра, он выложил всю правду Ак Ми Э, Воображая, что говорит с Гайят. Вот почему женщина невольно указала ему дорогу ко дворцу. Райшана знала, кто он. Его заманили в ловушку, как мальчишку.