Скандалы советской эпохи - Федор Раззаков

До Одессы Пугачева и Стефанович добрались поездом. Но поскольку они приехали туда рано утром, а пароход отплывал в четыре часа дня, им надо было как-то убить оставшееся время. Но как? Ничего путного в голову не шло. В итоге они сдали вещи в багаж и присели на скамеечку возле гостиницы «Лондонская». Причем Пугачеву по дороге так разморило, что она закинула ноги на скамейку, голову положила мужу на колени и задремала. А в это время по бульвару экскурсовод вел группу туристов. И Стефанович слышит следующее:

– Товарищи, слева от нас – знаменитая Потемкинская лестница, известная нам по фильму «Броненосец Потемкин». Справа – гостиница «Лондонская». А прямо перед вами на скамейке лежит певица Алла Пугачева.

Но на этом курьезы не закончились. Часа за два до отплытия Пугачева с мужем отправились в ресторан «Лондонской». Едва они пообедали, как к ним подошел администратор ресторана и обратился к Пугачевой с неожиданной просьбой. Оказывается, у него есть сын Изя, которому он купил скрипку, но он совершенно на ней не занимается, предпочитая слушать пластинки Пугачевой. И администратор просил певицу зайти к нему домой – благо это было рядом с рестораном – и сделать его сыну внушение. «Вас он обязательно послушает», – объяснил свою странную просьбу администратор. Делать было нечего: звездная чета отправилась по указанному адресу, и Пугачева лично попросила мальчика учиться играть на скрипочке.

В четыре часа дня «Иван Франко» отчалил от причала одесского порта. А спустя еще час Пугачева закатила скандал. Она узнала, что ей досталась каюта хуже, чем у Гарина с Олевым (у них было два иллюминатора, а у нее всего один), и потребовала себе другое жилище. Она так разволновалась, что к ней пришлось вызывать врача, который сделал ей укол. Потом примчался директор круиза и попытался внести ясность в возникшую проблему. Он объяснил, что «Иван Франко» – не круизный пароход, а бывший танковоз, поэтому кают типа «люкс» всего три. Но в одном плывет секретарь ЦК, в другом – министр, а в третьем – семья начальника пароходства. Однако Пугачеву это объяснение не удовлетворило, и она стала вновь требовать свое. Тогда пришел капитан и сурово сообщил: дескать, будете шуметь – отправитесь жить в трюм. Это заявление подействовало на певицу отрезвляюще: она успокоилась, но пообещала, что во время первой же остановки сойдет с теплохода. И свое обещание выполнила: на следующее утро, когда «Иван Франко» пришел в Ялту, Пугачева и Стефанович покинули борт судна. Но на этом их приключения не закончились.

Когда они стали подыскивать себе гостиничное жилье, выяснилось, что свободных мест нигде нет, причем даже для Пугачевой. «Совсем охренели!» – ругалась звезда, но поделать ничего не могла. В итоге ей пришлось позвонить своей коллеге и негласной сопернице Софии Ротару. Та помогла: выбила для них номер в престижной гостинице. Но только на одну ночь. «Больше ничего сделать не могу!» – сочувственно сообщила Ротару. Короче, отпуск Пугачевой летел в тартарары. Как вдруг…

Все произошло в тот момент, когда они отнесли свои вещи в гостиницу и вышли на набережную подышать свежим воздухом. Тут к ним подбежал плотного телосложения мужик и, представившись директором круизного теплохода «Леонид Собинов», предложил отправиться с ним в круиз. Пугачева, естественно, послала мужика куда подальше, но тут в дело вмешался ее супруг Стефанович. Он взял мужика под локоть и вежливо сказал: дескать, если вы сделаете нам каюту люкс и обеспечите другими удобствами, то мы согласимся. «Об чем речь? – расплылся в довольной улыбке директор. – Все будет по высшему разряду. Наш теплоход хоть и староват, но обслуживает заграничные круизы и ходит по линии „Гонконг – Австралия“.

Директор не соврал: «Собинов» действительно оказался комфортабельным теплоходом, не чета предыдущему танковозу. Звездной чете выделили комфортабельную каюту, а сам капитан теплохода Николай Сопильняк пригласил их на капитанский мостик, где устроил легкий фуршет с отменным французским шампанским, да еще под музыку Нино Рота из фильма «Крестный отец». И с этого момента все у Пугачевой и ее супруга пошло как надо.

Сразу после отдыха Пугачева отправилась с гастролями в Ростов-на-Дону. Там было все, как обычно: толпы желающих попасть на концерт, конная милиция. Но была и «ложка дегтя» – заметка в тамошней газете «Комсомолец» от 8 июля под названием «И другие… „московского розлива“. Что любопытно, заметка была анонимная – фамилии автора под ней не было. Приведу несколько отрывков из этой публикации:

«…На сцене появилась Пугачева. Очарованные песнями, мы поначалу как-то забываем о ней самой. Но Пугачева не из тех, кто способен это позволить:

– Прежде всего я хочу реабилитироваться перед вами. Исправить то впечатление, которое складывается от моих выступлений по телевидению.

Вот те раз! Чем же виновато телевидение, которое буквально выпестовало певицу, начиная от «Золотого Орфея» и «Иронии судьбы» и кончая многочисленными концертными роликами и целыми программами?

Оказывается, на голубом экране манеры, прическа и в особенности наряд певицы производят довольно вульгарное впечатление.

Честно говоря, не соответствуют они и сейчас мыслям и настроениям большинства песен Пугачевой.

И, словно почувствовав это, певица бросает в зал:

– Не вульгарная я, а свободная!

Трудно сказать, что вкладывает Пугачева в понятие «свободная». Судя по дальнейшему – возможность делать или, по крайней мере, говорить все, что вздумается. Чего стоит хотя бы такое заявление зрителям:

– Дети – единственные, кто меня любит и понимает. Если бы не они, взрослые меня бы давно сожрали…

Кто бы вас «сожрал», дорогая Алла? Те рабочие, колхозники, строители, которые работали, пока вы учились в музыкальном училище и разъезжали на гастроли, а сейчас сидят в зале? Те самые люди, что шли на ваш концерт как на праздник? Сколько же пренебрежения к ним нужно иметь, чтобы так сказать? Ведь у нас не Запад, где распоясавшиеся панк-идолы сознательно плюют на публику, сравнивая ее с дворнягой, которую чем сильнее пнешь, тем крепче будет любить и помнить!

Но вернемся к детям. Звучит песенка «Волшебник-недоучка». К сцене устремляются малыши. И тут реплика со сцены:

– Ну и ну! Я же не могу наклоняться за каждым букетом – так мы никогда не закончим концерт. Впрочем, если им так хочется – пусть складывают цветы к соседнему микрофону.

Но, может, певица просто устала? Три концерта в день – не шутка. Работая на износ, очень легко пресытиться песнями…

Образ раздвоился. Так какая же она на самом деле – «женщина, которая поет»?

Договариваемся о встрече (певица – «за», редакция – тем более). Два раза Пугачева переносит ее, а на третий раз встречает милой улыбкой:

– Интервью не будет. Я передумала…»

Между тем в конце августа Пугачева отправилась на фестиваль эстрадной песни в Сопот. Там с ней случился еще один скандал. Она завоевала Гран-при «Янтарный соловей», исполнив песню Бориса Рычкова и Леонида Дербенева. Помимо статуэтки «Соловья», победительнице вручили денежный приз – 20 тысяч злотых. Эти деньги требовалось поделить на троих: на авторов песни, которых на фестиваль не выпустили родные «органы», и саму исполнительницу. Пугачева по доброте душевной сделала широкий жест – отдала все деньги в фонд строительства «Международного центра здоровья детей». Однако это задело авторов песни, которые посчитали, что, прежде чем распоряжаться чужими деньгами, она должна была поставить в известность их. Оба были не против помочь больным детям, но их задело другое: получалось, что власти не пустили их на фестиваль, а они им за это еще и деньги подарили. В итоге разгорелся нешуточный скандал. Улаживать его пришлось мужу певицы Александру Стефановичу. Он уладил: вернул причитающиеся деньги Дербеневу со своими извинениями.

Скандалы Багио

(Анатолий Карпов / Виктор Корчной)

В 1978 году случился один из самых скандальных матчей в истории шахмат. Это был суперматч за звание чемпиона мира между Анатолием Карповым и Виктором Корчным. Матч стал настоящей сенсацией, причем не только для поклонников этой древней игры, но и для миллионов людей, которые шахматами вообще не интересовались. А все потому, что интрига у матча была потрясающая: против молодого представителя первого в мире государства рабочих и крестьян (Карпов) выступал бывший гражданин этой же страны (как мы помним, Корчной сбежал из СССР в 1976 году), а ныне «отщепенец без кола и двора» (у перебежчика тогда еще не было никакого гражданства). Вот почему этот поединок приковал к себе внимание чуть ли не всего мира.

До матча оставались считаные дни, а обстановка вокруг него уже накалилась до предела: обе стороны предпринимали друг против друга разные шаги, в основном психологического характера. Так, Карпов обнародовал 12 июля меморандум из нескольких пунктов. В частности, там указывалось, что он готов для поддержания нормальной спортивной обстановки обмениваться со своим противником рукопожатием, за исключением случаев, когда один из участников опаздывает на игру. Далее говорилось, что Карпов не возражает против использования Корчным специального кресла, но требует подвергнуть его проверке. Что за кресло такое, вправе спросить читатель. Отвечаю. Корчной привез с собой чудо-кресло фирмы «Жиро-флекс», в котором можно было легко отклоняться назад, подаваться вперед, крутиться. Карпов заподозрил в этой «мебели» какой-то подвох и затребовал его для лабораторного анализа. Корчной согласился. Кресло подвергли рентгеновскому просвечиванию, и врач-рентгенолог выдал официальную справку о том, что «подозрительных затемнений не обнаружено». После этого Карпов отдал команду своим людям обеспечить его если не точно таким же креслом, то хотя бы не хуже. Приказ был выполнен.