'Фантастика 2024-146'. Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов

— Твоё тело вспоминает, это нормально.

— Что вспоминает? Вторую мировую? Да я там никогда не был, только из учебников истории о ней знаю. Или из кино.

— Кто-то из твоих предков там был.

— Прадед. Но я его даже в глаза не видел. Мне говорили, что он погиб на войне… Твою мать! Вы сейчас это серьёзно? Я пережил смерть своего прадеда? Тогда мой дед… Отец… Получается, я их всех видел?

— Не выражайся, пожалуйста, ты всё-таки в храме.

— Зачем мне всё это? Почему я?

— Я уже отвечал на твой вопрос.

— Что-то не могу припомнить.

— Ты воин, Сергей, в твоих венах течёт кровь таких же воинов.

— Это прекрасно, дальше что?

— Ты должен вспомнить нечто важное.

— Хотелось бы больше конкретики. А то получается, как в той сказке: «Пойди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что».

— Сказка ложь, да в ней намёк…

— Хватит, отец Владимир, — уже откровенно завёлся я. — Давайте поговорим как взрослые люди. Вам ведь от меня что-то нужно, так?

— Для начала ты должен принять судьбу, перестать от неё бегать. Тогда твой разум сам подскажет ответы. Я лишь скромный служитель церкви, моё дело — направить на нужный путь. А все решения остаются в твоей власти.

— Вот вы вроде что-то сказали сейчас, но я ни хрена не понял. Какой путь? Вы сказали, что я должен вспомнить нечто важное. О чём идёт речь?

— Если бы мне было это известно… — Священник тяжело вздохнул и сделал первый глоток чая. — Ты пей, пока не остыло. Иван-чай очень полезный. Вот, если хочешь, мёдом угощайся.

— Спасибо, — буркнул я и почему-то моментально успокоился. — Что я должен вспомнить?

— Конкретно я тебе не скажу. Нашим предкам удалось победить демонов, но как — неизвестно. Информация об этом утеряна, да и владели ей единицы.

— И вы решили, что я… то есть кто-то из моих предков об этом знал?

— Уверен, что так.

— И как мне это вспомнить?

— Боюсь, только время покажет.

— А вы не могли бы как-то ускорить процесс? Раз уж это так необходимо.

— Я уже сделал всё, что от меня зависело. Теперь всё в твоих руках. Если пойдёшь правильным путём, память сама подскажет. А продолжишь пить и шалопутничать, она вскоре закроется, и ты спокойно вернёшься к прежней жизни. Хотя не факт, что она так и останется прежней.

— Что вы хотите этим сказать?

— Сущности, о которых мы с тобой говорим, стали слишком частыми гостями в нашем мире. С каждым днём их становится всё больше. Если так будет продолжаться, то до конца года привычный нам мир перестанет существовать.

— И что случится?

— Это мне неведомо. Но ты и сам всё прекрасно видел, в магазине у своей подружки.

— Она мне не подружка.

— Не в этом суть. Они порождения хаоса, и ничего хорошего в наш мир принести не могут. Ты можешь нас защитить, возглавить людей и отыскать способ снова запрятать их туда, откуда они пришли.

— Лично я сильно сомневаюсь, что способен на всё это.

— Они тебе и мешают. В смысле, сомнения.

В кармане снова затрезвонил телефон. Я бросил взгляд на экран и скинул звонок. Отец Владимир, глядя на это, усмехнулся, а затем залпом допил чай и поднялся с табурета.

— Тебя ждут, — кивнул он на трубку в моих руках. — Сегодня человек преставился, так что иди, делай свою работу. А мне пора браться за свою.

— Так что мне теперь со всем этим делать?

— Не знаю, — пожал плечами священник. — Тебе решать.

* * *

Я выбрался из храма, а в голове гудело ещё больше вопросов, чем до того, как я в него вошёл. Нет, я не против роли спасителя мира, просто не знаю, с какого конца начинать. В принципе, моя предыдущая профессия как раз в том и заключалась, чтобы поддерживать этот самый мир. Мало кто догадывается, насколько он на самом деле шаткий. И не будь таких, как я, мы бы давно погрязли в нескончаемой мировой войне.

Задачи, которые ставились перед моим взводом, порой переходили все рамки нормального. Но я всегда знал, что служу благой цели. А сейчас… Я даже близко не мог понять: что, мать его, происходит?! Раньше я получал приказ и точно знал, что или кого нужно искать, какие действия предпринимать, чтобы устранить угрозу. Правда, система, в которую я так свято верил, в один прекрасный момент дала сбой. В течение часа я потерял всё.

Именно тогда я принял решение уйти. Жаль, отец так и не дожил до этого дня, пусть земля ему будет пухом. Хотя, может, оно и к лучшему. Слишком тяжело я перенёс потерю боевых товарищей, а зная отца, он обязательно сковырнул бы именно эту рану. В общем, ни к чему хорошему это бы нас не привело. Так что да, хорошо, что он не застал тот день. Да и все последующие тоже.

Интересно, а его родовую память отец Владимир тоже пытался разбудить? Мой отец участвовал во всём этом дерьме? Судя по всему да, ведь священник отзывался о нём так, словно они вместе через всё это прошли. Пожалуй, следует ещё раз наведаться в дом и как следует осмотреться.

С этими мыслями я не заметил, как добрался до кладбища. Очнулся лишь в тот момент, когда проходил мимо Надькиного магазина. Странно, но он оказался закрыт, а, насколько я помню, она всегда работала без выходных. Неужели это последствия вчерашнего вечера? Ладно, попробую выяснить позже. Но что-то мне подсказывает, не всё так просто.

— Здорова, — буркнул я Валеричу, который околачивался возле сторожки.

— Ты зачем замок сменил? — тут же вместо приветствия набросился на меня он.

— А чтоб ты мне там не хозяйничал, — с ухмылкой объявил я.

— Мне Колька сказал, что ты сюда оружие припёр! — Начальника тут же прорвало. — Ты в своём уме?! Всё, мне это надоело. Собирай манатки и вали куда хочешь, чтоб глаза мои тебя здесь больше не видели.

— А за кладбищем сам будешь присматривать? Или Зайца с Лётчиком на смену поставишь?

— Без сопливых разберусь. Всё, моё терпение лопнуло, открывай богадельню и выметайся к чёртовой матери.

— Да не пыли ты, Валерич, всё же нормально.

— Нормально, говоришь?! А кто здесь вчера из ружья палил на всю улицу, а?! Мне уже доложили! Всё, выметайся, говорю.

— Да не я это!

— А кто? Может, отец Владимир? Или не знаю… Колька приезжал, ты ему ружьё пострелять выдал?

— Ты не поверишь…

— А я и не собираюсь ни во что верить. Всё, давай, хватит с меня. Никаких нервов уже не хватает.

Валерич вдруг вытер пот со лба и уселся на скамейку, которая расположилась прямо под окнами сторожки. Он схватился за грудь, сморщился и принялся стучать себя по карманам. А затем попытался встать,